Полюби меня, детка или музыкант на охоте

Глава 1. Алисия.

Алисия Стивенсон( Кейла Уотсон)

Я спокойно шла на работу, когда услышала восторженный рев толпы. Причем, что немало важно, женской. Почему это столь важно? Да потому что, обычно такой рев исходит от обезумевших фанаток. Я сразу ускорилась. Уж мне ли не знать как звучит полнейшее безумие.
Вы спросите, а откуда я собственно это знаю?
Я отвечу. Позвольте представиться. Меня зовут Алисия Стивенсон. Мне 21 год. Я студентка четвертого курса юридического факультета, что меня крайне не устраивает. Я было пыталась перечить маме и пойти на журналистику, но дело кончилось истерикой, не моей. Маминой. И мне пришлось принять волю родительницы. Вы спросите, к чему я это веду и причем тут ты, юрфак и фанаты? Вы правы. Я тут не причем. Причем тут я. Поэтому позвольте представиться, меня зовут Кейла Уотсон и у меня двойная жизнь. Я стала Кейлой в тот момент, когда стала работать на радио. Как так вышло? Очень просто. Где то полгода назад я искала место подработки где смогу зарабатывать хотя бы грош в неделю. Устроилась курьером в пиццерии. Кто-то сделал заказ на радиостанцию. Приехав, я не обнаружила заказчика. Из-за приоткрытой двери слышались голоса. Кто-то ругался. Я услышала только конец, но сразу понятно о чем речь:
–Джессика!-вещал мужской низкий голос-Ты хоть понимаешь, что из-за тебя упадут рейтинги! Мы и так на дне плаваем. Нас никто не слушает! Ещё и ты нас подставляешь! Всё, нет больше сил моих, ты уволена!!!-с этими словами из комнаты выскочила заплаканная блондинка и побежала на выход ничего не замечая. Я так и не поняла, что сделала та блондинка.
–Всё! Всё пропало! Нам конец! Что делать?!-из комнаты вышел высокий мужчина лет 45 и удрученно качая головой пошел куда то на второй этаж. И вдруг у меня проснулся интерес и жажда найти приключения на свою ж… пардон, милую головушку. Мысленно проклиная себя великим и могучим я прокралась к щелочке и увидела, что это была эфирная комната. Осмотрев студию я наткнулась на горящую красным табличку, где было написано, что до эфира осталось полминуты. Не знаю какой черт меня дернул, но вместо того, чтобы спокойно уйти я села в кресло ведущего, и провела эфир. Я уже собралась уходить, как в студию ворвался вихрь, как мне тогда показалось. Это был тот мужчина, который уволил блондинку. Мне тогда показалось, что он меня просто убьет одним пальцем, такое бешенство читалось на его лице. Но когда он мельком взглянул на монитор компьютера, бешенство сменилось целой гаммой чувств. Там было изумление, возмущение, непонимание и как мне кажется, счастье. Честное слово, я до сих пор не понимаю как у него глаза из орбит не вывалились, и челюсть в прямом смысле слова не отвалилась. Он ещё с полминуты стоял с прикованным к компьютеру взором и хватал ртом воздух. Потом он перевел взгляд на меня:
–Ты…Ты…-Пытался он вымолвить хоть слово.
–Извините пожалуйста, я так больше не буду, больше вы меня здесь не увидете и на киллометр.-быстро промямлила я и попыталась проскользнуть мимо него, но тут его прорвало:
-Всмысле не будешь!?-я шлепнулась на только что покинутое кресло и осоловело уставилась на мужчину- Всмысле тебя тут и на киллометр не будет!!?-я сжалась в кресло, пытаясь слиться с ним в единое целое.- У меня тут все нафиг разваливается, а она приходит, проводит эфир с онлайном, какого эта идиотская станция с роду не видела, и заявляет, что больше так не будет!!? Нет милочка, ты останешься здесь, и будешь на меня работать!!!-я подумала, что ослышалась, и открыла зажмуренные было глаза, и открыла рот от удивления. Он говорил серьезно! Он требовал, чтобы я, серая, никем не примечательная мышка, работала на радио!- Да, ты будешь у меня работать! Хоть на каких условиях, мне все равно, но будешь!
Я хотела было отказать, но услышав последнюю фразу, осеклась. Это ж в каком надо быть отчаянии, чтобы нанимать незнакомую девчушку с улицы, да еще на любых условиях, которые она захочет? И я согласилась. Согласилась не потому, что я могла извлечь​ для себя какую-то выгоду, а потому, что когда я вела эфир, я испытывала просто нереальное чувство полета, какое испытывала, только один раз, очень давно, когда я пела. Когда я ещё пела. Больше не разу. Даже не подпевала любимым песням. Разве что невнятно мычала назойливый мотивчик, не получая от этого никакого удовольствия. Но не будем о грустном. Я согласилась. Мужчина хотел было что то сказать, но услышав мой ответ закрыл рот, переваривая мой ответ, видимо его винда, хе-хе, дала сбой от впечатлений. А потом он резко сорвался с места и заключив в объятья, закружил по студии.
Когда он меня отпустил, я отдышалась и попыталась произнести:
–На счет услов…-но меня перебили.
-Дайте угадаю, деньги? Отдельный кабинет? Может…
–Да стойте же!-прикрикнула я, и мужчина замолк.-Нет, я не собираюсь драть с вас три шкуры, мне не нужны сверхзарплата, отдельный кабинет и т.д. Мне нужно только одно,-я увидела как мой, наверное уже босс, напрягся- анонимность.
Он выдохнул, одновременно облегченно и непонимающе.
–Но давайте наконец познакомимся. Меня зовут Алисия Стивенсон, но как радиоведущая я…Кейла Уотсон.-Придумала я себе псевдоним.
–Ах да, точно. Меня зовут Артур Миронов, можно просто Артур, и я согласен на твои условия, Кейла.-Представился, уже точно мой босс. С того момента я работаю на радио, и когда эфир веду я, аудитория слушателей просто зашкаливает. Я наверное даже знаю почему. Потому что, я отдаю частичку себя. Общаюсь, так сказать, душой. Но не будем об этом. К слову сказать, я общаюсь и воспринимаю Артура не как начальника или друга, а как к любимому дяде, или скорее даже как к отцу, которого так давно потеряла.
 От воспоминаний об отце выступила одинокая слезинка.

Это было 5 лет назад. Мне тогда было 16 лет. Я просто обожала музыку, и пела везде, где только можно или нельзя. И у меня получалось. Я была очень раскрепощенной. Всем нравилось мое пение, а мне нравилось петь. Я ощущала себя так, будто парю высоко в облаках. Знакомые говорили, что во мне живет огонь о который рефлекторно хочется погреться. В школе я получала много наград, все пророчили мне большое будущее певицы. Наверное так бы и было если бы не один случай, который сломал мне жизнь. Мы с папой ехали на его машине. Мы возвращались с секции по пению. Я как всегда сидела сзади и слушала минус песни, а пела сама, так как знала текст от и до. К слову, это был первый раз, когда я пристегнула ремень безопасности. Папа заслушался моим громким тогда голосом, и не заметил опасности. Я всегда любила петь с закрытыми глазами, представляя образы из песен, поэтому ни о чем даже не подозревала. Как говорится, ничего не предвещало беды. Из-за поворота вылетел спорткар с пьяным водителем, и влетел в нас на огромной скорости.
Водители умерли на месте, ещё до приезда машины скорой помощи. Я практически не пострадала, так пару ссадин и трещина в кости. Врачи сказали ещё, что я родилась под счастливой звездой. После этого случая я словно потухла. Взгляд стал излучать бесконечную тоску, голос стал тихим, я стала замкнутой, а осанка перестала быть идеальной.
Я выкинула все диски с музыкой, продала всю аппаратуру( микрофон, колонки, плеер и т.д) и стерла из своей жизни все, что связанно с музыкой, слыша ее только разве что, случайно. Петь я перестала совсем. На вопросы отвечала односложно. Из меня будто вынули стержень. Такой вот серой мышкой меня и запомнили одногруппники, когда я поступила на юрфак. Поэтому у меня нет друзей. Вместо того чтобы краситься, я наоборот добавляю на лицо изъянов(прыщей, черных точек и т.д.) для того, чтобы ко мне никто не подходил, с намерением подружиться. Мне не нужны друзья. К слову, возможно я и смогла бы реабилитироваться, если бы мой парень мне не изменил. На следующую неделю после знакомства, как раз через день после похорон отца. Я бы поняла, если все произошло через год или хотя бы полгода. Но нет, как только он меня увидел, ту самую потухшую, то нашел какую-то бредовую отмазку и сбежал. Нет не подумайте, у нас ничего не было( и слава Богу). Он парнем то был так, для галочки. Но я успела к нему привязаться и предательства никак не ждала. Придя домой на следующий день, после дел, я обнаружила своего, уже бывшего, парня с какой-то силиконовой куклой Барби с утиными накачанными губами. В последствии оказалось, что он был моим парнем, только из-за моей тогдашней популярности. После этого происшествия я полностью замкнулась в себе и никого к себе не подпускала. Со временем конечно боль поутихла, но оставила на мне просто гигантский отпечаток. И только в студии я будто становлюсь прежней, отзывчивой Алиской, которая всегда смеется, улыбается с поводом и без. В меня будто вновь вставляют тот самый стержень. С тех пор кстати, я от слова вообще не доверяю парням.
За воспоминаниями я не заметила как подошла к радиостанции, которая находилась в самом начале улицы, но вдруг я определила, что крики доносились как раз с противоположного конца этой улицы, и только я это поняла, как из-за угла выскочила ревущая толпа фанаток, а присмотревшись, я заметила, что впереди всех бежит уже порядком выдохшийся парень, но оглянувшись он побежал ещё быстрее. Понятно, какая-то знаменитость, спасающаяся от фанаток бегством. Тут он заметил меня…