Поместье "Оазис" для прокажённой госпожи

Глава 1

“Лишь ночное небо заставляет звёзды сиять”

(с) Незабытый Мудрец.

***

Её звали Исмерай Миерис, а меня Амелия Хофман. Она родилась в королевской семье иного мира, где её презирали за безобидный недуг. Я же могла похвастаться только германскими корнями, из-за которых сверстники любили в “шутку” рисовать свастику на моей одежде – их не волновало, что от немецких родственников мне достались только имя с фамилией. Моя семья мигрировала четыре поколения назад и успела полностью проникнуться атмосферой новой родины.

Однако это было не важно. Важен лишь сам повод для издёвок.

Исмерай тихо плакала в подушку, прячась в дальних покоях дворца. В то время как я искала справедливости, бесконечно жаловалась старшим, совсем не боясь прослыть “шестёркой”, и требовала возместить испорченные вещи. Правда потом получала взбучку от директора наравне с шутниками. Это лишний раз убедило меня в том, что без влиятельных родителей никто не встанет на твою сторону.

По крайней мере, я так думала, пока мне не показали самые яркие моменты из жизни Исмерай. Ведь она родилась буквально в первой семье самой богатой империи, но ей это ничуть не помогло. Скорее только подтолкнуло к тому, кто выбросил бедную девушку посреди пустыни, обозвав это «жертвой во благо». И снова она сидела и плакала, теперь уже в окружении горячих песков, пока я злилась за неё.

Вот такие мы с Исмерай разные, но по итогу… вынуждено стали одним человеком.

Тело Исмерай и душа Амелии. Молодой женщины, которая только выбралась из долговой ямы, бросила вторую работу и собиралась начать жить заново. Хах, словно злая шутка какая-то!

Не знаю толком, что случилось со мной на Земле, но, полагаю, свою роль сыграло упрямство. Последним было воспоминание о внезапно накатившей мигрени и халатном отношении к недомоганию. А ведь во всех учебниках твердили – нельзя терпеть боль, тем более головную. Я не послушалась, просто легла спать и потом уже повстречалась с той, кто назвал себя богиней Дакрой, одной из покровительниц некого мира Санвейт.

Как итог: после разговора с высшей сущностью мой финальный недуг сменился жуткой болью в новом теле, одновременным ознобом и окружающим меня жаром. А ещё ворчливым голосом, нудящим над ухом: «Пей, давай, а то шанс свой промантикоришь. Глотай, говорю!»

Хотелось бы сказать, что после этого моих губ коснулась живительная влага, но… она коснулась всего моего лица. Точнее это моё лицо буквально окунули в воду, которая на контрасте показалась ледяной. Рот и нос тут же наполнился жидкостью, а мне стало остро не хватать воздуха.

Нечеловеческим усилием вынырнув из забытья и вернув себе контроль над телом, я кое-как нащупала почву под руками, упёрлась в неё, а затем оттолкнулась. Голова тут же вынырнула из воды, и я жадно задышала.

– Ну вот, так-то лучше, – прокомментировал уже знакомый вредный голос, заставивший меня слабо возмутиться:

– Спятила? Добить вздумала?

Быстро поморгав, чтобы стряхнуть с ресниц воду, и найдя взглядом ту, кто должен был мне, вообще-то помогать, а не мучить, я едва удержалась, чтобы брезгливо не передёрнуть плечами. Никогда не любила змей. И словно в наказание именно такая форма была у проводника Дакры, – гибкое тело, серая слегка мерцающая чешуя и золотые глаза. Они посмотрели на меня с укором, когда магическое создание прошипело:

– А что мне оставалось делать? Весь свой драгоценный яд я тебе уже отдала, а ты продолжала валяться тут тряпкой. Пришлось ждать, пока вода дотянется к нам и окунать тебя в воду.

Вяло осмотревшись после возмущенных оправданий, я убедилась в словах змеи. Над нами безжалостно раскинуло свои лучи местное солнце, но его иссушающее проклятье было бессильно против источника воды, появившегося здесь после меня. Чуть поодаль небольшое озеро бурлило подземным потоком, а от него уже тянулись десятки тонких ручьев. Настоящее сокровище в самом центре пустыни, откуда меня угораздило начать свой новый путь.

Да, не будь дурой, я получила в качестве бонуса то, что две небесные, или где они там проживали, интриганки назвали Чудом. Именно оно прямо сейчас на моих глазах создаёт оазис, в котором мы и находимся. Ну а что было делать? Ведь душа Исмерай рассталась с телом как раз из-за безжалостных объятий пустыни. Раз уж меня втянули в это дело, следовать примеру бедняжки я не собиралась.

Потому, перед тем, как оказалась в чужом теле, я торговалась как безумная, хотя почти ощущала себя ею – богини, говорящие змеи и вообще переселение душ до сих пор казалось следствием игры разума! Если бы не боль, пульсирующая в каждой клеточке, то я бы усомнилась в трезвости своего рассудка. Однако душный воздух, палящие солнце и незнакомый запах – нагретого камня, испаряющейся воды и, удивительно, свежей зелени – говорили об обратном.

В итоге убедившись в реальности происходящего, снова сосредоточила всё своё внимание на змее.

– Вот спасибо, – скорее как издёвку прохрипела я, и Аша – так представилась надзирательница от Дакры – не стала от меня отставать, бросив:

– Всегда, пожалуйста. В моих интересах, чтобы ты выжила. Иначе моя Богиня никогда не вернётся из небытия. Так что давай, живее приходи в себя и берись за дело. У тебя много работы! Моя госпожа что, зря отдала все свои силы такой непутёвой заблудшей душе?

– Нашли бы путёвую, – огрызнулась я, дрожащими руками зачерпывая воду и отпаивая себя.

На зубах немного скрипел песок, но у меня не было времени ждать, пока тот осядет. По ощущениям я в любой момент могла снова отключиться. Всё же не так легко возвращаться с того света, да ещё и в чужое тело, израненное недавней песчаной бурей, а так же в другой мир, полный… магии.