Попаданка, Дракон и огуречный беспредел

Глава 3

Утро было суматошным. Проснулась я от диких воплей непонятного происхождения. Подорвалась чуть ли не до потолка, с диким страхом первобытного человека. Вопль напоминал чем-то рык динозавра с примесью защемленной чем-то коровы. Казалось, что от него трясётся не только моя тушка, но и дом целиком. Потом всё стихло. Поскольку, кроме замечательной ночнушки мне ничего не дали, завернулась в одеяло, насандалила мягкие кожаные балетки (привычным домашними тапочками их сложно было назвать) и пошла выяснять причину. На кухне совершенно спокойно суетилась матушка Френсиса, Аида. Я уже думала, что мне вопль причудился, настолько спокойной была женщина.

– А, разбудил таки, паразит. – она осмотрела меня при утреннем свете и хмыкнув указала сесть за стол. Поспешила подчиниться. – Это Жоффрей.

Исчерпывающая информация.

– А кто это такой? – передо мной поставили очередную плошку с кашей, похожей на овсянку в лучших английских традициях, сверху на ней была кучка чего-то напоминающая варенье из яблок. Приступила к еде, ожидая ответ.

– Жоффрей? – кивнула, – Так он тебя вчера в телеге вёз. Тригорн ездовой. Старый уже, вот и устраивает концерты переодически. Френсис в нём души не чает. Оно и понятно, единственное наследство отца. Ты ешь, ешь.

Вот значит как слоника зовут. Нежное имя Жоффрей вызвало у меня закономерную ассоциацию, благодаря которой в моей голове образовалась не одна шутка, но озвучить их не могла, не поймут. То, что я в другом мире, а не просто во времени скаканула, понятно было изначально. С нашими книгами и кино они тут явно не знакомы. Пришлось лыбиться в тарелку, представляя, как рыжий слоник уходит хромая в горизонт, а за ним бежит рыжеволосая красавица, крича на французском как он ей нужен.

После завтрака меня приодели в местную одежду и даже быстро объяснили что и как носить можно, а что (Аида покосилась на мои родные вещи сложенные на стульчике весьма неодобрительно) никак нельзя приличной фрекен.

Сначала я не поняла, но тут уж расспросила и выяснила, что фрекен это не упоминание домомучительницы малыша, а обращение к незамужней девушке. К замужней – фреа, к мужчинам или по чину (выяснилось, что тут множество военных, которые и заправляют в местном королевстве) или почти земное – герр. Переплетение всей Европы было на каждом шагу. Будто кто-то взял банку и набросал рандомные факты о ней из 19,18,17, а то и 16 и 12 веков и хорошенько все это встряхнул. Было чудно. Но надо привыкать, пока не пойму как вернуться обратно, придётся жить по здешним правилам. В то, что я такая особенная, что переиначу мир под себя, я не верила никогда. Будем крутиться, как говорит мой отец. Эх, как они там? Вот бы узнать.

Дальше был курс молодого бойца и урок истории одновременно. Мне рассказывали все и рандомно: местность, деньги, документы, еда, обычаи, речь, события до моего появления на свет (ну, это если бы я родилась тут), местная кухня, чем живёт город. Всё это запомнить не смог бы и подготовленный человек, но я пыталась, честно. Уж не знаю как получилось.

Вечером эти двое от меня отстали и пока Аида готовила павидло на продажу, раскладывая в красивые баночки разного размера, я помогала как могла. Закручивала разноцветные крышки. Френсис же отправился на променад с целью собрать сплетни, заметил кто нас или нет. Пока я искренне не понимала почему это было важно.

– Завтра я выведу тебя окольным путём через озеро и лес, а Френсис привезёт тебя обратно, я на рынке буду уже. Разыграем что ты наша дальняя родня, приехала погостить, да вот в пути документы то и потеряла. Поохаем перед местными кумушками и пойдём к военным, там говорить буду я, ты только поддакивай. А то напутаешь чего.

– Хорошо, – страшно стало что меня просто бросят в лесу, но откинула такие мысли. Не стали бы помогать сразу если бы так мыслили. – А почему такая сложность с документами?

– Так после военных действий, – ага, припоминаю, до моего рождения которые были, – сурово стало. На каждый чих бумажка нужна, а все кто без них, то шпионы. А там разговор короткий – без головы не поговоришь.

Сглотнула вязкую слюну, машинально проведя рукой по горлу. Вот тебе и открытка в живую.

– Сейчас так же строго?

– Да привыкли уже. Да и нарушать никто не рвётся, дураков нет.

Намотала на ус, прониклась, осознала. Почти полезла обнимать женщину, за то что не бросила, но постиснялась, просто интенсивнее стала закрывать баночки.

– Выкрутимся, Катерина. А ты чем занималась там?

Вот тут я и медленно рассказала всё про себя и, пришедший на середине моего рассказа, Френсис слушал как маленький, ротик приоткрыл, глаза горят, даже дышать забывал периодически. Ну чудо как хорош, повезёт какой-то девице.

После моего рассказа, Френсис решил ответить тем же, рассказав про их семью, иногда слово брала Аида.

Так я узнала что живут они за счёт продажи яблок разной степени свежести и приготовления, от спелых плодов до повидла. Отец Френсиса владел бюро по перевозкам на Жоффреях, но конкурент вывел его из игры, да и власти обещали порталы настроить между городами. Прогоревшие остатки бизнеса пришлось продать после смерти отца, остался только старенький живчик Жоффрей. Френсис, как я поняла по разговору, был типичным молодым человеком, что горел желанием заработать прилично, но не имел возможности. В военные мать не пустила, побоялась, вот он и крутился малыми перевозками вещей на Живчике( убейте, не могу спокойно называть это чудо Жоффреем),искал невесту и брался за любой местный стартап. Проговорили мы до середины ночи, нашли общий язык и я успокоенная этим отправилась на боковую.