Попаданка на службе дракона-прокурора

7

В наступающей темноте его глаза сияют янтарным огнем. И в центре радужек не привычные точки зрачков, а… вертикальные щели, как у змей. Мужчина смотрит на меня без эмоций, словно я лишь цифра в числовом ряду, а не только что спасенная им девушка.

Это совершенно нечеловеческий взгляд. В глубине глаз полыхает нечто непостижимое.

Мне почему-то хочется жалобно пискнуть: “Мама”, превратиться в горошину и закатиться куда-то в высокую траву, чтобы на меня так не смотрели. Вся моя смелость слетает шелухой под этим взглядом.

— Спасибо… — нахожу в себе силы поблагодарить эту глыбу гранита и пячусь.

— Стой на месте, — холодно бросает он и садится на корточки

Затем кладет руки на землю, и она вспыхивает под его ладонями голубоватыми всполохами. Затем от его рук в стороны расширяется световое кольцо и замирает у носов моих стоптанных туфель. Трава, земля, останки разбойников — всё в границах круга начинает сиять голубым светом.

А потом полянку накрывает прозрачным куполом света. Я, как зачарованная, смотрю на происходящее. Ноги словно прирастают к земле, да я и не собираюсь никуда убегать. Зрелище волшебное.

Дракон завершает ритуал и выходит из-под сияющего купола.

— Место преступления законсервировано, — говорит сам себе. Затем переводит взгляд на меня: — С тебя показания.

— П-п-показания? — не сразу осознаю услышанное, чертовы янтарные глаза сбивают с мысли, не дают сосредоточиться.

— Ты знаешь, что такое показания? — немного резко спрашивает он, затем словно одергивает сам себя, устало замечает: — Хотя откуда тебе, крестьянке, знать…

Ах вот как, господин дракон? Его пренебрежительный тон срабатывает как красная тряпка для быка. Я мгновенно собираюсь.

— Я, Ханна Стаут, 21 год, направлялась из деревни Хечгехо в Хауптдрахт, чтобы найти работу. По пути на меня напали… — рассказываю спокойно, последовательно, опуская ненужные подробности.

Янтарные глаза внимательно следят за мной. Когда я заканчиваю давать показания, дракон кивает, а потом вкрадчиво говорит, пристально глядя мне в глаза:

— Неплохо для простой крестьянки… — в янтарных глубинах вспыхивает подозрение.

Молодец, Оксана! Недолго музыка играла… И кому ты что доказала своим выпендрёжем? Этот явно из местных органов. А уж судя по тому, как он обошелся с бандитами, — из каких-то подразделений с особыми полномочиями. Мысленно даю ему прозвище Товарищ Дракон, потому что в местных чинах я пока не разбираюсь.

— Спасибо, — кокетливо опускаю веки и скромно улыбаюсь. — У нас в Хечгехо всех допрашивали из-за того взрыва кареты. А я там как раз уборщицей подрабатывала. Вот и слышала всё. Покойный папенька всегда говорил, что у меня хорошая память. Так что я легко запомнила, как дознаватели говорили.

Огонь любопытства в янтарных глазах Товарища Дракона сразу сменяется ледяным холодом. Черты лица заостряются и грубеют.

— Хечгехо… — произносит он, ноздри хищно раздуваются. — Понятно. А на дороге ты что делала?

— Говорю же: в Хауптдрахт шла, работу искать. Мне после того переполоха так тесно стало в деревне. Я решила попытать счастья в городе. Читать-писать умею, всё же при господах несколько лет прожила. Память у меня отличная. Может, сгожусь на что-то более оплачиваемое, чем мытье полов.

— Принято… — кивает Товарищ Дракон и задумчиво произносит: — Хечгехо… Теперь понятно, отчего твое лицо мне показалось знакомым…

— Я свободна? А то мне еще идти и идти. Не хочется попасть в город за полночь.

— Я тебя сам в Хауптдрахт доставлю, — внезапно ставит меня перед фактом мужчина. — А то опять к разбойникам попадешь. Идём, будем на месте в течение двадцати минут, — бросает приказным тоном, не терпящим возражений.

Обходит меня и скрывается в зарослях.

Мои ноги вдруг отмирают и несут меня следом за Товарищем Драконом. Продираюсь через кусты и выхожу на дорогу. На ней ни души. Ни коня, ни экипажа. Интересно, как он собирается меня в город доставить?

Мужчина выходит на середину пути. Его накрывает невесть откуда взявшийся небольшой вихрь… Раздается электрическое потрескивание, а потом… Да нет! Ну нет же…

Дыши, Оксана! Вдох — выдох! Медленно… Теперь окончательно ясно, что слово “дракон” — не метафора. Совсем не метафора. И дело не в только глазах с вертикальными зрачками.

Потому что на месте моего спасителя стоит огромное черное, словно грозовая туча, чудовище с полным набором: чешуя, зубы, хвост и крылья.

Дракон. Настоящий! Размером со слона в зоопарке. Только движения плавные, грациозные. В каждом — смертоносная мощь. Глаза остаются неизменными — такой же расплавленный янтарь.

Дракон вальяжно подходит ко мне и смотрит свысока. Поворачивается боком. Хвост изгибается, его кончик замирает у моих ног. Что он от меня хочет?

Стою в ступоре, не понимаю, что делать. Дракон поворачивает ко мне голову и пристально смотрит. Во взгляде нетерпение и легкое раздражение. Неужели он хочет, чтобы я…

— Мне надо залезть вам на спину? — сглотнув, уточняю я.

Дракон кивает. Кончик хвоста дергается. Я, кажется, понимаю, что делать. Встаю на хвост, упираюсь руками в могучий крутой бок. Странно, я ожидала, что порежу пальцы о чешую, которая в темноте напоминает осколки обсидиана. Но она совсем не острая и даже не холодная.