Попаданка в 1812: Выжить и выстоять

Глава 5

Едва мы отошли от костра, нас окружила ночь. Будто с головой накрылись тёмным покрывалом.

Звуки стали ярче и отчётливее. Поскрипывание фонаря. Крик ночной птицы. Шелест травы под ногами.

Люди словно исчезли, растворились в непроницаемой тьме. Лишь запах костра напоминал, что мы с малышкой не одни в этом мире. Она доверчиво шла рядом, крепко держась за мою руку.

Мельница выделялась на фоне звёздного неба особой непроницаемой чернотой. Будто чёрная дыра в виде здания с покатой крышей и огромным колесом сбоку. Я двигалась на этот ориентир, светя под ноги, чтобы девочка не запнулась о густую траву.

Берег зарос рогозом и камышом. Далеко по окрестностям разносилось кваканье лягушек, радующихся хорошей погоде. А может, обилию комаров, которые явно уродились этим летом. Мне то и дело приходилось сдувать их с лица, поскольку обе руки были заняты.

Наконец мы добрались до колеса. Для него была вырыта протока. Постоянное движение воды вымыло рядом небольшой пруд. Он тоже зарос, но меня это даже порадовало – вода чище будет.

Я подняла фонарь повыше и осветила колесо. Оно намертво вросло в забитую илом протоку. Нижние лопасти покрывало нечто, похожее на мох или плесень. А верхние – пыль и паутина.

Я поставила лампу, которая залила берег пруда желтоватым светом, делая его сказочным.

– Малышка, – я склонилась к девочке. – У меня для тебя важное и ответственное задание. Мне нужно, чтобы ты подержала мою одежду, пока я купаюсь. И отгоняла от меня лягушек. Справишься?

Несколько секунд она смотрела на меня. На её лице отражались страх и сомнение.

– Я буду рядом, вот прямо здесь, – я указала на берег пруда. – Но мне нужно вымыться. Обещаю, что сразу после опять стану держать тебя за руку. Хорошо?

Она неуверенно кивнула. Однако свою ладонь мне пришлось вытаскивать из её захвата. Я сунула в её пальчики чистую холстину и заметила, как малявка судорожно сжала ткань.

Что же с тобой случилось, детка? Я ведь не твоя мама. Просто первый человек, который встретился тебе в тёмном лесу. Почему ты хватаешься за меня, словно я твоё единственное спасение?

– О-о, спасибо за помощь! Я уже не знала, куда деть это полотенце. Как хорошо, что у меня есть ты, – преувеличенно восхитилась я.

Однако девочка поверила. И даже перехватила холстину так, чтобы её край не стелился по траве. На траву немедленно опустился другой край, но это было неважно. Главное, она осознала, что выполняет важное и полезное дело.

Я выдохнула и уже обеими руками принялась за платье. К счастью, оно оказалось домашним. То есть было похоже на халат, но с большим запасом ткани, которая оборачивалась вокруг тела. А в небольшие петли продевался пояс, удерживая всю конструкцию.

Если бы это было платье для выхода с рядом крючков или пуговиц на спине, снять его самостоятельно я бы не сумела. А о корсете вообще страшно подумать. Наверное, будь я в него засунута, не пережила бы сегодняшний день.

Хотела бросить платье в воду у берега, чтобы размочить засохшую кровь. Но девочка протянула за ним руку. Пришлось отдать, я же просила её о помощи. Потом постираю.

Сорочку снимать не стала. Так и ступила в воду. Прохлада окутала уставшие ноги, оказавшись даже приятной. Сделав несколько осторожных шагов, убедилась, что глубина доходит лишь до колена, и присела.

Холод выбил дух из утомлённого тела. Адреналин подскочил до невероятных высот. Я вылетела из воды, резко выдохнув и ошалело уставившись на малявку.

До моего слуха донёсся странный звук. Мне понадобилось время, чтобы понять – девочка смеётся. Это было до того замечательно, что я могла обсыпаться льдом, лишь бы это мгновение длилось подольше.

Чудесный смех. Просто невероятно чудесный смех.

Я и сама улыбнулась.

– Тебе смешно, да? А если я тебя схвачу и тоже искупаю в холодной водичке?

Малявка покачала головой и сделала шаг назад. Смеяться она перестала. Однако затравленное выражение ушло с её лица. И это было уже немало.

Я стянула мокрую сорочку, бросила в воду и как следует потопталась по ней, изображая пантомимы. Вряд ли она поняла, что именно я пытаюсь показать, но смотрела с любопытством, хотя больше и не смеялась.

– Ты точно не хочешь искупаться? Водичка волшебная, – я соединила подушечки пальцев и изобразила поцелуй. – Холоднющая, как жаба.

Малявка снова покачала головой.

– Хорошо тебе, а я грязная, мне нужно вымыться, – я демонстративно вздохнула.

Оставив в покое сорочку, сорвала пучок травы и начала тереть кожу. Особенно шею, плечо и грудь, куда натекла кровь из раны на лице. Пришлось зайти чуть глубже, чтобы промыть волосы. Устав наклоняться вперёд, я набрала воздуха и присела, полностью скрывшись под водой.

С полминуты, пока хватало дыхания, тёрла кожу головы и волосы, смывая с них кровь и пыль. А затем встала, набрать ещё воздуха.

Поднимаясь, я услышала протяжный скрип. Следом за ним испуганный вскрик и тонкий детский голосок, который спросил:

– Qui est là?[1]