После развода. Осколки его обещаний

Глава 8

- Откуда ты знаешь? – дергает головой на подушке. – Почему интересуешься? Какое это имеет значение?

- А ты не догадываешься?

Встречаю ее прищуренный взгляд.

- Ты странная. Ты спасла нас с сыночком, но сейчас… тебе не кажется, что не время читать мне морали?

Она реально не догадывается? Или прикидывается?

Эмоции считать сложно. Илона не отошла от наркоза. Соображает плохо. И не стоит продолжать этот разговор сейчас. Я спрошу, но немного позже. Пока размышляю, она начинает стонать.

- Мне плохо. Больно. Ай… помоги! – из глаз катится две крупных слезинки.

- Сейчас позову врача.

- Так ты мой врач!

- Уже нет.

- Я хочу, чтобы ты меня лечила! Я тебе доверяю.

Любовница мужа мне доверяет. Ситуация нарочно не придумаешь.

- Илона, тебе нужен врач, я позову, - говорю холодно.

Разворачиваюсь, чтобы уйти. Как дверь открывается и на пороге возникает Андрей.

- Тыыы! Тут! – глаза в миг кровь наливаются. – Да как ты посмела!

- Андрюша, ты пришел! – хнычет Илона. – Мне так плохо! Так больно! Ты мне так нужен!

- Девочка моя, красавица, я с тобой! – подходит к ее кровати. – Ты держись. Тебя сейчас сам завотделением осмотрит. Он тебя быстро на ноги поставит.

- Нет, Андрюша. Я хочу, чтобы она лечила, - слабо кивает головой в мою сторону.

- Она? – морщится так, будто я самое мерзкое существо, какое он когда-либо в жизни видел.

- Ты же ничего не знаешь! Она спасла нас с сыночком!

- Она… - поворачивается ко мне. Губы сжаты в тонкую линию, на висках вены вздуваются, а взгляд убийственный. – Уже уходит, - по слогам.

Прежде чем успеваю опомниться, хватает меня за полы халата и выталкивает.

- С тобой потом разберусь, дрянь! – встряхивает меня так, что перед глазами черные круги расплываются. – За сына и Илону я тебя порву!

Толкает и я падаю на пол. Андрей же возвращается к любовнице.

Мыслей нет. И боли тоже. Все атрофировалось. Сейчас силы уходят на то, чтобы просто подняться с пола.

- Ты точно с головой не дружишь, - раздается откуда-то сверху. – Уже прямым текстом мужик сказал сгинуть. Так ты пришла его любимую женщину терроризировать. После того, как их сына едва на тот свет не отправила. Нет, я точно сделаю все, чтобы обезопасить пациентов от такой ненормальной врачихи.

Надо мной возвышается Сергей Михайлович. Хорошо, что не вижу его лица. Сгораю от злости и унижения. Вот так валяться перед гадом. И подняться сил нет. В голове по-прежнему черный туман и боль, которая мешает соображать.

Мысленно обещаю себе, что я этого так не оставлю. Не могут такие издевательства ему с рук сойти.

Пытаюсь подняться, но ноги не держат. Видимо, я исчерпала лимит своих сил.

- Жалкое подобие женщины. Не удивляюсь, почему ты стала отвратна Андрею. Знал бы, никогда тебя на работу не взял. Столько проблем из-за тебя, - его гадости доносится отравой до воспаленного мозга.

- Серег, ты где? Илоночке больно! Глянь что там у нее? Оставь эту тварину. Она свое еще получит, - где-то вдалеке раздраженный голос мужа.

- Больно, потому что корявые руки кесарили. Сейчас все в лучшем виде сделаем, Андрюх.

И тишина. Болезненная. Изматывающая. Не знаю, сколько вот так сижу в какой-то удушающей прострации.

- Ева Павловна, вы поскользнулись? – чьи-то руки меня поднимают.

Теплые и сильные. Практически несут по коридору.

- Вам врача надо.

- Нет… - даже не понимаю, говорю это вслух, или сама себе.

- Артемка, что с ней? Ой, ужас какой. Давай ее в ту палату. Неси да. Довели ироды!

Ощущаю что-то мягкое под собой. Голоса вокруг. Я их слышу, но не различаю. И лишь одна мысль, мне нужно уйти из больницы. Нельзя тут находиться. Не тогда, когда мои палачи тут.

Усилием воли разлепляю веки. Моргаю несколько раз, пытаясь поймать резкость.

Я в палате, рядом Света и медбрат Артем. Медсестра суетится, дает мне какие-то таблетки. Глаза закрываются. Когда снова их открываю в палате никого нет.

С трудом, но получается сесть. Состояние немного лучше.

Света появляется с испуганным лицом и темным пакетом в руках.

- Ева Павловна, тут полиция. Нельзя вам с ними в таком виде. Я им скажу, что вы травму получили. Домой поехали. Но вас тут быть не должно. Я такси вызвала. Сумочку из вашей машины забрала, достает ее из пакета. - Дойдете?

- Дойду, - киваю.

Полиции я сейчас точно не перенесу. Света права, нельзя с ними в таком состоянии говорить.

- Я помогу, через задний двор.

- Спасибо, Света. Я у тебя в долгу.

- Ой, глупости. Вы о себе подумайте.

Ощущение опасности прибавляет сил, потому до такси с помощью Светы добираемся довольно быстро. Она усаживает меня, сжимает мою руку.

- Держитесь! Все образуется!

Называю домашний адрес. Андрей вряд ли появится дома. А я сейчас в таком состоянии, что мне точно не до поисков жилья. Хочется тишины, покоя, одиночества. Пустая квартира, где никто не будет трогать.

С трудом переношу дорогу. Укачивает жутко. Едва сдерживаю рвотные позывы.

Вижу очертания дома. Таксист, видя мое состояние, помогает дойти до подъезда. Дальше лифт, шестнадцатый этаж. Квартира.

Не могу открыть. Ключом никак не попаду. И ноги снова подкашиваются. Начинаю медленно сползать.

Внезапно дверь открывается. Не удерживаюсь и падаю в коридор.

- Ева, что вообще происходит? – слышу строгий, раздраженный голос над ухом.