После развода. Осколки его обещаний

Глава 20

- Возвращайся в палату, - говорю сухо.

Хочу пройти мимо. Еще мне только любовницы мужа сейчас не хватало.

- Мне надо с тобой поговорить, - тянет ко мне руку. – Прошу, выслушай.

- Нам не о чем говорить, Илона.

- Ты спасла мне жизнь. И я не поддерживаю то, что делает Андрей, - опускает голову.

- Что-то я в твоих показаниях этого не заметила.

- Но я и не написала его требований. Постаралась нейтрально. Так как есть. Ты спасала, а что там было в операционной я не знаю, - она говорит жалобно, немного пошатывается.

- Не так, Илона, - подхожу к ней немного ближе. – Почему ты не сказала Андрею и врачам, что на последнем обследовании тебя хотели госпитализировать? Твой сын уже был под угрозой! А ты написала отказ. Ты подвергла ребенка опасности! – отчитываю ее стальным голосом.

В первую очередь я не понимаю такую халатность. Я так мечтала о ребенке, да я бы реагировала на любое незначительное изменение. А тут реальная угроза, а она просто уходит и продолжает жить, словно все нормально!

Не могу этого понять!

- Я… я… - она шмыгает носом, поднимает на меня огромные, жалостливые глаза, - Я… не знала… Не понимала. Думала, это просто предостережение. И не могла я тогда в больницу. Вообще не могла. Никак, - в глазах мелькает растерянность, страх, и еще что-то непонятное.

- Тебе же врач все объяснила! Жизнь ребенка превыше всего! Ты понимаешь, что сделала?

- Не говори так со мной, - хнычет. – Ты врач, ты это все понимаешь. А я нет. Я финансист. У меня работа, обязательства. И… не важно… В общем я хотела закончить дела и потом уже лечь. Буквально денек не дотянула.

- Твой сын мог задохнуться! Ты могла умереть! Ты это понимаешь?

- Нет. Я тогда не думала…

- Илона, ты же не дура, зачем прикидываешься, - смотрю на нее пытливо.

Ее глаза на миг загораются, но тут же тухнут, и слезы начинают литься непрерывным потоком.

- Беременность меня изменила. Я сама на себя была не похожа. Я… не понимала, честно. Думала, обычные предостережения.

- Не верю. Теперь меня делают виноватой за принятые тобой решения. А я всего лишь хотела тебя спасти.

- Я тебе благодарна. И Андрею сказала, что он не прав по отношению к тебе. Мне жаль, что именно ты оказалась его женой. Ты очень хорошая, - и снова этот жалостливый взгляд.

- Ага, я заметила, твою благодарность.

- Пойми, меньше всего в жизни я хотела связываться с женатым. Я боролась с чувствами. Долго. Но они накатили. Они закружили. Такая любовь, когда он становится центром вселенной. И беременность я не планировала. Но как же Андрей обрадовался, ты бы видела сколько в его глазах было счастья… - она осекается, прикладывает руку к губам. – Ой, прости… я не хотела этого тебе говорить. Я представляю как тебе больно.

Слышать, что родной человек был так счастлив на стороне, хотел ребенка от любовницы, а от меня нет… должно быть больно. Но слова Илоны не пробивают мою броню. Не позволяю им нанести еще один удар в сердце. Мне надо выстоять, а не утопать в ненужной жалости к себе.

- Думай про своего сына. Андрей скоро будет свободен и в полном твоем распоряжении. Только бы вы меня в покое оставили, - говорю ровно. Поворачиваюсь, чтобы уйти.

- Ева, прошу… проводи меня к сыну…

- Попроси медсестру, своего лечащего врача, который из кожи вон лезет, чтобы меня потопить.

- Он отвратительный человек. Мне он не нравится.

- Зато с твоим любовником они отлично спелись.

- Андрей во многом не прав. И я с ним еще буду говорить. Обещаю тебе. И я не идеализирую его. Я знаю, он… далек от идеала. Но моему сердцу не прикажешь. Не могу я без него… Прости.

- Это меня больше не касается.

- Прошу проведи меня к сыну. Мне важно, чтобы ты на него посмотрела.

- Нет, - жестко и твердо.

Она морщит лоб, вздыхает, словно ей причинили невыносимую боль. Достает телефон, несколько действий пальцами и поворачивает ко мне экран.

- Посмотри на него. Какой он маленький. У него еще нет даже имени.

На фото малыш, обвитый трубками. Крохотный. Он сейчас сражается за жизнь по вине вот такой вот матери.

- К чему это все, Илона?

- Ева, - она делает шаг ко мне, хватает за руку. – Очень неправильно с моей стороны обращайся к тебе за помощью.

- Не обращайся. Я тебе не помощница.

- Просто… не знаю, как сказать… - мнется. – Не говори. Илона, нам не о чем разговаривать. У меня из-за тебя и твоего любовника сейчас куча проблем.

- Я знаю, как все уладить. Ты только сразу не отказывайся. Подумай…

- Ты о чем вообще?

- Понимаешь, Андрей не готов воспитывать такого ребенка… - болезненный всхлип, рукой впивается в свои спутанные волосы, тянет их будто вырвать хочет.

- Какого такого?

- Больного. Он же не будет полноценным.

- Пока еще неизвестно. Врачи высказали предположения и опасения, сейчас за его жизнь сражаются. И твой сын в первую очередь борется.

- Андрей не хочет такого. А я… я… если он заставит выбирать, я без Андрея не смогу. Это одержимая, страшная любовь, я над собой не властна.

- Не сможешь, и оставишь своего сына? – веду плечом, пытаясь сбросить морок.

- Я хочу предложить тебе взять малыша. Себе. Ты же так хотела родить. И ты врач, ты сможешь позаботиться о нем лучше всех. И он жив только благодаря тебе, так что, можно считать – ты его вторая мама. Сделай доброе дело, Ева, забери малыша. Тогда я буду спокойна, что с сыном точно все будет хорошо. Я его только тебе могу доверить.