После развода. Поздно сожалеть, милый

Глава 5. Время пошло

Катя

Я ошарашенно пялюсь на мужа.

Неделю?

Семь дней, чтобы упаковать шесть лет жизни.

Семь дней на то, чтобы перестать быть женой и стать... кем? Бывшей женой. Разведенкой. Женщиной, которую бросили ради другой.

— Неделю, — повторяю я, проверяя, как это слово ощущается на языке.

Горько. Оно ощущается горько.

Артем кивает, явно довольной тем, что я не начала спорить, кричать, умолять. Наверное, он впервые за все время брака готовился к истерике.

«Ни рыба ни мясо», — эхом отзывается в голове.

Может, он прав. Может, со мной действительно что-то не так, раз даже в такой момент я не могу взорваться, не могу закричать, швырнуть в него что-нибудь тяжелое?

Просто сижу в полном оцепенении, не в силах поверить, что он это серьезно.

Артем продолжает складывать вещи в пакеты, и я смотрю на его руки. Те самые руки, которые когда-то держали мои. Которые гладили по волосам, когда мне было плохо. Которые обнимали по ночам.

Теперь эти руки торопливо запихивают рубашки в пакет, стараясь поскорее закончить и уйти отсюда. Подальше от меня.

— Как ее зовут? — вырывается у меня вдруг.

Я не планировала задавать этот вопрос, он вылетел сам, помимо воли. Мне нужно знать. Нужно дать имя той, которая разрушила мою жизнь. Сделать ее реальной, а не просто абстрактной «другой».

Артем замирает. Его спина напрягается, пальцы сжимают футболку, которую он держит. Несколько долгих секунд он молчит, не оборачиваясь.

— Неважно, — говорит наконец.

— Для меня важно, — настаиваю я, и голос звучит тверже, чем я ожидала. — Я хочу знать, как зовут женщину, из-за которой рушится мой брак.

Он резко оборачивается. На лице раздражение вперемешку с чем-то еще. С осторожностью? С напряжением?

— Какая разница, Катя? — бросает он.

Но в его взгляде проскальзывает что-то такое... что-то неуловимое, на мгновение. Беспокойство. Или даже тревога. Как будто он боится моей реакции.

И тут меня пронзает догадка. Холодная и острая, как ледяной укол.

— Я ее знаю?

Лицо Артема мгновенно меняется. Брови сдвигаются, челюсти сжимаются, в глазах вспыхивает гнев.

— Какая разница! — почти кричит он, и я вздрагиваю от резкости его тона. — Это ничего не меняет, понимаешь? Абсолютно ничего!

Его реакция говорит громче любых слов.

Значит, знаю.

Я знаю ее.

Это не просто какая-то незнакомка, которую он встретил случайно. Это кто-то из моего круга. Кто-то, кого я видела. С кем, возможно, разговаривала. Может, даже считала... что? Знакомой? Подругой?

В голове начинают мелькать лица. Коллеги Артема с корпоративов. Жены его друзей. Девушки из нашей компании, с которыми мы иногда выбирались куда-нибудь вместе. Кто? Кто из них?

— Кто она? Я имею право знать.

— Нет у тебя никакого права, — злобно обрывает меня муж. — Мы расстаемся. Все. Остальное тебя не касается.

Он поворачивается спиной, снова возвращается к пакетам. Разговор для него окончен.

Но для меня нет. Я сижу на кровати, и в голове крутится одна мысль: я ее знаю. Может, я даже улыбалась ей. Здоровалась. Болтала о погоде или о работе, не подозревая, что она...

Тошнота подступает к горлу, и я зажимаю рот ладонью.

— Когда уедешь, оставь ключи на полке в прихожей, — бросает Артем, не глядя на меня. — И если есть какие-то твои вещи, которые не успеешь забрать за неделю, я их сложу в коробки и отправлю, куда скажешь.

Его голос звучит деловито, отстраненно. Как будто мы обсуждаем какую-то рабочую задачу, а не конец нашей совместной жизни.

— Я пришлю тебе контакт юриста, — продолжает он. — Хороший специалист, все быстро оформит. Раздел имущества... ну, тут все просто. Квартира моя, машина тоже. У тебя есть своя машина. Общих счетов и кредитов нет. Так что процесс должен пройти гладко.

Гладко. Конечно. Шесть лет брака, и делить, оказывается, нечего.

Потому что я вложилась не в имущество. Я вложилась в отношения. В то, что, как выяснилось, не имеет для Артема никакой ценности.

Муж заканчивает собирать вещи, поднимает пакеты. Тяжело вздыхает, и я слышу в этом вздохе облегчение. Он рад, что самая неприятная часть позади. Что он все сказал, и теперь может уйти.

— Неделя, Катя, — повторяет он, подходя к двери спальни. — Этого более чем достаточно. Время пошло.

Он уходит, а я медленно встаю с кровати. Ноги ватные, в голове пустота. Подхожу к окну, смотрю вниз на заснеженный двор, на редких прохожих, спешащих по своим делам.

Что делать?

Артем, конечно, великодушно предложил переехать к родителям или к Лене, хотя прекрасно знает, что оба варианта невозможны. Мы столько раз обсуждали мою семью, ее семью. Но ему все равно, что я буду делать и куда пойду.