После развода. Я без тебя смогла

Глава 19. Ко-пэрентинг

— Бред, — Царев, психуя, захлопывает дверь машины и следом за мной идет обратно в гостинично-ресторанный комплекс. — Лера, ты меня слышишь?! — бросает мне претензию он и набирает скорость.

Его шаги и звуки разлетающегося по сторонам гравия все ближе, хотя я думала, что создала дистанцию, не располагающую к разговорам.

— Эй! — вскрикиваю, когда он хватает меня за запястье и останавливает прямо у входа.

— Я с тобой говорю, вообще-то, — нависает надо мной он и смотрит лихорадочным взглядом.

Я понимаю, и мозгом, и сердцем, что поездка к сыну далась ему нелегко. Он с Мишей прощался минут десять, а всю дорогу назад молчал и о чем-то крепко думал. Я почти не дышала в салоне и ничего не говорила, потому что это было бы равнозначно тому, как если бы я бросила зажжённую спичку в бочку бензина.

— Костя, — включаю в себе дипломата. — Мне срочно, — подчеркиваю это слово, — нужно вернуться на работу. Вот кровь из носа, как срочно, понимаешь? — открываю дверь, а он захлопывает ее у меня перед носом.

— Это ненормально, что ты работаешь по ночам, а я вижу сына два дня в неделю, — у него аж скулы подергиваются, когда он этого говорит.

— И?

— В смысле и, Лера? Надо что-то менять. Причем срочно, — делает акцент Костя. — У Миши одно детство, и проходит оно, хрен знает как.

— Хрен знает как? — я смотрю на него убийственным взглядом.

Зря он не отпустил меня пойти работать, потому что воздух между нами искрит по полной программе, причем не самыми положительным эмоциями.

— Именно. Ты должна сидеть дома и воспитывать сына, а не сбрасывать его воспитание на свою мачеху. В жопу работу. Успеешь наработаться, когда сын подрастет, а сейчас он должен быть твоим приоритетом, — декламирует он, причем звучат эти слова из его уст так, что мне становится не по себе.

Я не самая нежная дама, да и работа обязывает иметь толстую кожу. Единственное, чем меня можно обидеть, это что-то сказать про моего сына. Тут я теряю тормоза напрочь.

Хочется отходить его по холеной морде, чтобы рот больше свой в мой адрес не открывал. Оз не зря я его избегала все эти годы, как знала, что будет кровь пить нравоучениями.

Правда в том, что он абсолютно не прав. Да, я работаю много, потому что не в шелковых пеленках родилась и к труду приучена с детства. Но что касается бизнеса, то тут я стараюсь делегировать по максимуму. Сегодняшний день — исключение из-за нехватки персонала.

Вроде бы и хочется рассказать ему правду, расставить точки над «и», ведь я не плохая мать, как он пытается намекнуть, но разве надо?

Ведь я по лицу вижу, что он у себя в голове все уже решил.

— Нам нужно пересмотреть ко-пэрентинг, — подливает масла в огонь он, и это является последней каплей, переполнившей чашу моего терпения.

— Что?! — у меня аж брови на лоб ползут от возмущения.

— Ко-пэрентинг — это когда папа с мамой вместе не живут, но ребенка воспитывают вместе, — умничает он.

— Я знаю, что значит это слово, Царев! Мне невдомек другое: с чего ты взял, что хочу вместе с тобой воспитывать сына?

— А почему нет? — искренне удивляется он. — От тебя отвалится кусок, если мы будем пару раз в неделю проводить вместе вечера? Миша будет рад видеть нас вместе, ты видела его глаза сегодня? И слова его, надеюсь, мимо ушей не пропустила. Он хочет видеть нас вместе…

— Он ребенок! — осаживаю я Костю. — Посмотрим, будет ли он также хотеть нашей с тобой дружбы в лет так восемнадцать, когда ему птичка на хвосте принесет причину нашего развода. За меня можешь не переживать, я ему не буду рассказывать про то, что ты гулял. Но давай не будем наивными, мир не без добрых людей. Кто-нибудь обязательно расскажет ему про то, что папа маме изменял. Так что не надо сейчас валить все на меня. У того, что наш сын растет со мной, есть причина. И эта причина — ты и твои измены. Доходчиво объяснила?

— Лер, — он сует руки в карманы и склоняет голову набок, глядя мне прямо в глаза, — я все понял.

— Что, тебе кажется, ты понял?

— То, что твои обиды не дают тебе мыслить рационально.

Чувствую себя закипающим чайником, вот-вот пар из ушей пойдет от его популистских речей.

— Подумай о благе сына. Ежу понятно, что с двумя родителями ему будет лучше, чем если мы будем избегать друг друга, — продолжает склонять меня к согласию он.

Царев настолько доволен своей речью, что широко улыбается. Раньше я его улыбку любила, что-то при виде нее заставляло мое сердце биться чаще. Правда в том, что я очень его любила, а он мое доверие растоптал.

Видимо, мое молчание он истолковал как свою победу, оттого и улыбается. Ведь разве можно возразить, когда отец хочет блага для своего ребенка?

— Костя, — я тоже улыбаюсь ему в ответ, а он аж тает он того, что сумел добиться своего. Но как бы не так. — Я тебе гарантирую, что как только закончится свадьба твоего друга, ты снова перестанешь для меня существовать.

Взгляд бывшего мужа сначала тухнет, а потом вспыхивает негодованием. Он не относится к тем, кто легко принимает поражения.

— И про ко-пэрэнтинг можешь даже не мечтать, — тяну дверь на себя. — Ты свой выбор сделал, когда позволил себе при живой жене и сыне грудничке влюбиться. А я свой выбор сделала, когда с тобой развелась.

Открываю дверь и захожу в фойе ресторана.

— Лера, подожди. Мы недоговорили, — бывший муж обзавелся скверной привычкой меня трогать. Его рука снова на моем запястье, но мне совсем не до этого. — Ты должна знать. Я никогда не был в нее влю...

— Что такое? — перебиваю его я и понимаю, что в ресторане тихо и пусто. Вот прям не души. — А где все?