После развода. Я без тебя смогла

Глава 37. Гостья

Наш обмен приятностями прервал внезапно вошедший в подвал сторож, и я тут же выпорхнула оттуда, как летучая мышь из ада.

Меня натурально трясло и так продолжалось, наверное, несколько дней. Я нормально функционировала на работе и дома, но стоило мысленно вернуться к поцелую с бывшим мужем, как все летело в тартарары!

Я сразу же краснела и становилась растяпой, у которой все валилось из рук. Один раз я даже спалила завтрак сына, в итоге каша приварилась к кастрюле намертво.

Я думала, что Костя теперь включит двойной напор, ведь он почти получил свое. Мы достаточно долго были в браке, и уж он точно знает, что тот поцелуй не на шутку взбередил мне душу. Раз мне сразу стало ясно, что Царев хочет продолжения, то и ему тоже понятно, что все между нами было взаимно.

Но нет, он тогда покинул ресторан, коротко переговорив со сторожем о чем-то связанным с электричеством, и уехал. Я так и не поняла, зачем он приезжал, раз так и не заступился за свою мать.

Что-то выяснить со мной?

Выяснил.

Причем так, что теперь сторонится меня так же, как упорно и я его. Сына он видит исправно, тетя Лиза, как и прежде помогает нам.

Проходит несколько недель, прежде чем у дверей ресторана, поздно ночью, когда мы занимаемся уборкой после недавнего торжества, снова появляется машина.

У меня дыхание перехватывает, пока я, не подавая вида, иду к окну чтобы разглядеть гостя.

Но к моему удивлению, и, что греха таить, разочарованию (потому что после последней встречи с Костей на душе гадливое чувство, не дающее покоя) к дверям гостинично- ресторанного комплекса направляется гостья.

Причем издалека я совершенно ее не узнаю́, не по внешности, не по походке.

Странно.

Мое удивление достигает апогея, когда я открываю дверь и вижу перед собой Марину — жену друга кости, последний разговор с которой у нас не задался.

— Привет, можно я войду? Хочу кое о чем с тобой поговорить, — робко говорит она, и я уже хочу отказать, но ее стеклянные глаза смотрят на меня так пронзительно, что я впускаю ее.

— У нас тут разгар рабочего процесса, — поясняю я. — Так что у меня нет лишнего времени, если честно. Чем я могу помочь? — спрашиваю ее как свою бывшую клиентку.

— Я хочу снять столик и напиться, — грустно смеется она, и от этого с ее стеклянных глаз срываются первые бусины крупных слез. — А потом рассказать тебе о том, как же ты была права, а я дура тебе не поверила.

— Марина, мы с вами… мы с тобой не подружки и даже нехорошие знакомые. Возможно, у тебя есть кто-то по-настоящему близкий, с кем можно поделиться проблемами личной жизни?

Я отталкиваю Марину не потому, что у меня нет души. Просто тяжело быть кому-то рубашкой и психологом, когда тебе самому нужна такая же самая рубашка, в которую можно выплакаться, пусть и не буквально.

Иными словами, у меня просто нет ресурса даже для себя, как бы грустно это ни было. Да и разве можно меня назвать экспертом в личной жизни? Ха-ха-ха три раза.

— Была у меня подруга, — Марина смеется еще громче, уходя в глухую психологическую защиту. — Добрая, тихая, кроткая. Я ей все доверяла, считала, что мне повезло с Ликой. А потом я поймала ее на моем муже, — голос Марины срывается и она спешит убрать слезы с губ кончиком языка. — Я перегрелась на солнце и пошла отдыхать в бунгало, а их с Геной предупредила, что просплю до утра. Около полуночи просыпаюсь, а его рядом нет. Постель Лики тоже не тронута. Я перепугалась, думала случилось что… короче глупая я была, когда не поверила тебе. В общем, выхожу я на пляж в панике, сжимаю в руке телефон и прикидываю куда звонить. Спасателей вызывать, полицию. И слышу как по берегу проносятся такие знаешь типичные звуки секса, — разочарованно говорит она и смотрит перед собой, словно все еще способна в деталях воспроизводить в памяти то событие. — Пришлось пройти вперед, и что ты думаешь я увидела? Гена мой распластался на песке, как морская звезда, а верхом на нем как бешеная скачет Лика.

— Мне жаль, — не выдерживаю я, потому что чисто по-женски понимаю, как больно от такого.

А они ведь еще и молодожены. По моим наблюдениям, когда дело касается брака, девушки на порядок серьезнее к этому относятся, чем мужчины. Не зря за нами стоят восемьдесят процентов разводов в стране.

Я искренне верю, что Марине больно, ведь не зря она приехала сюда. К единственному человеку, который говорил ей правду про ее мужа и подругу.

— Проходи, столик тебе подготовят, — я веду Марину в зал, который как раз закончили убирать. — Только давай без алкоголя? Лучше я тебе что-нибудь съестное из кухни принесу.

— Не хочу есть, — отмахивается она и плюхается на стул. Бледная, с осунувшимся лицом, тень от той невесты, что праздновала здесь свою свадьбу. — Кусок в горло не лезет, тошно.

— И все-таки, — я уже собираюсь отойти, как Марина берет меня за руку своей ледяной ладонью.

Нет, чай и причём желательно ромашковый ей точно нужен.

— Посиди со мной, — она кивает на стул. — Ты, мне кажется, одна меня понимаешь.

— Почему ты так думаешь? — немного хмурюсь я, потому что взгляд Марины вдруг меняется на сострадающий.

— Я знаю про тебя и Царева. Гена мне рассказал вашу историю.

Господи, оказывается, всего два коротких предложения могут спровоцировать моментальную тахикардию. У меня аж в горле пересыхает от ее нейтральных слов.

— Да нет у нас никакой истории, — отмахиваюсь я, чувствуя, как опять краснею. — Все как у всех, поженились, развелись, вместе воспитываем ребенка. Как-то так.

— М, — хмыкает Марина и подпирает кулаком щеку.

— Что «м»?

— Пусть у нас с тобой похожие истории, я все-таки думаю, что из двоих друзей тебе достался меньший подлец. Он не такой как Генка, тот улыбается и делает по-своему. А Царев не такой вежливый, и скорее грубиян, но я еще давно заметила, что он живет с каким-то внутренним грузом. Как будто в его жизни было событие оставившее на нем сильный отпечаток.