Последняя остановка - Форкс. Часть 2

Сто лет одиночества

Я поднялась по ступеням, постучала в дверь ровно три раза, как полагается людям вежливым и решительным. Не успела отвести руку, как дверь распахнулась. На пороге стояла Элис. Безупречная, сияющая, будто внутри неё встроено солнце, и с видом человека, который, судя по всему, ждал меня не просто всё утро — а, возможно, всю вечность.

— Ну наконец-то, — сказала она с довольной улыбкой.

— Знаешь, после таких слов обычно идёт продолжение вроде «ты опоздала на сто лет», — ответила я, но шагнула внутрь.

— Всё по плану, — Элис прозвучала загадочно, из-за чего я едва прищурилась.

— Что — всё?

— Неважно, — слишком быстро ответила она и махнула рукой. — заходи.

Я вошла, и холод улицы сразу растворился. В доме Калленов было светло, тихо и до невозможности чисто. Воздух пах деревом и чем-то свежим — как если бы сам дом не просто убирали, а стерилизовали от человеческих следов. Сделав пару шагов, остановилась: посреди просторной гостиной стоял Эдвард. Совершенно неподвижный, как будто кто-то нажал «паузу» в фильме. Его взгляд встретился с моим, и я почти физически ощутила, как по комнате пробежала волна напряжения.

— Белла?.. — он будто не верил своим глазам.

— Я.

Мгновение он не шевелился, только смотрел — и если бы мне не было известно, что он, в общем-то, не дышит, я бы сказала, что он забыл вдохнуть.

— Что ты здесь делаешь? — наконец выговорил он.

— Пришла, так ведь обычно и бывает, когда хотят кого-то увидеть.

Он всё ещё выглядел так, будто из всех возможных сценариев этот был худшим.

— Как ты сюда… — он начал, но не успел договорить — я его спокойно перебила.

— На машине. Это такие штуки на колёсах, которые возят людей. Ты, может, видел.

Сбоку послышался тихий смешок. Элис, конечно. Она стояла, прислонившись к перилам лестницы, и, судя по выражению лица, развлекалась лучше, чем за прошедший век. Я прошла мимо них, как будто бывала здесь каждый день, и направилась в кухню. Просторная, идеально вычищенная — холодильник блестел, как новенький автомобиль. Открыла его, заглянула внутрь и хмыкнула.

— Вам бы стоило закупиться, — не утруждала себя тем, чтобы обернуться. — Серьёзно, Элис, это же преступление против гастрономии.

— Мы как-то справляемся, — отозвалась она в том же расположении духа.

— Да уж, вижу, — достала бутылку воды.

Налив её в стакан, вернулась в гостиную. Эдвард по-прежнему стоял там же, как статуя, и смотрел, как я иду мимо, будто пытаясь вычислить, реальна ли происходящая сцена. Я поставила стакан на стол, прошла к роялю, провела пальцами по крышке и кивнула:

— Красиво. У вашей семьи хороший вкус.

— Белла… — начал он снова, но голос у него был тихим, напряжённым.

Я обернулась, улыбнувшись.

— Что? Только твоей персоне можно проникать в чужие дома и вести себя так? — Он моргнул, не сразу найдя ответ. — Заметь, я хотя бы постучала. И вошла через дверь.

Элис прыснула от смеха. Я же сделала глоток воды, села на диван и, глядя прямо на Эдварда, добавила:

— Так что можешь расслабиться. Я не нарушаю твоих традиций. Просто перенимаю опыт.

Элис засмеялась уже в полный голос, а Эдвард закрыл глаза, вдохнул и выдохнул — или изобразил, что выдохнул. Воздух был таким плотным, что его можно было резать ножом, если бы кто-то рискнул пошевелиться. Эдвард не двигался вообще. Я уже почти что подумала, словно у него нервный срыв.

— Так, — слова прозвучали будто между прочим. — А где остальные?

Он моргнул.

— Что?

— Остальные, — повторила я. — Ваша… божественная семья. Где вся эта идеальная группа поддержки?

Элис отозвалась из угла:

— Ну, Розали и Эммет уехали. Куда-то к морю, романтический уикенд. Джаспер со мной был, но потом ушёл искать Карлайла — а Карлайл, как обычно, в больнице. Эсми — на благотворительном вечере.

Я кивнула, точно слушаю отчёт коллеги по работе.

— То есть ты хочешь сказать, что вы оставили этого беднягу одного? — Я указала взглядом на Эдварда. — Непорядок. Он же страдать начнёт.

Эдвард, кажется, попытался сделать вид, что не слышит, но через секунду хрипловато ответил:

— Я не страдаю.

— Конечно, именно так обычно и говорят люди, которые страдают.

Он провёл рукой по лицу и тихо пробормотал что-то вроде «невозможно», но теперь уже я сделала вид, что не услышала.

— Значит, ты здесь один, — сказала я, будто подводя итог. — Отлично. Значит, могу считать, что визит частный.

— Визит? — переспросил он, всё ещё ошарашенный.

— Ага, — я пожала плечами. — Каникулы, скука, нечего делать. Решила, почему бы не проведать друга.

Элис при этом едва не подпрыгнула от восторга, но сдержалась, изображая беззаботность:

— Прекрасная идея, я поддерживаю.

— Не сомневаюсь. — я бросила на неё взгляд. — У тебя, кстати, потрясающий вкус в мебели. Этот диван — совершенство.

Элис просияла, а я осмотрелась.

— Я знала, что тебе понравится.

— Мне вообще многое здесь нравится: свет, стекло, порядок. Даже как-то уютно, если забыть, что всё это выглядит, как выставочный зал.

— Это дом, Белла, — наконец вмешался Эдвард, явно пытаясь вернуть себе хоть тень контроля.

— Правда? А я-то думала, музей минимализма.

Элис хихикнула снова, и я увидела, как Эдвард опускает взгляд, будто старается скрыть улыбку, но губы всё же предательски дрогнули.

— Ты невозможна, — сказал он тихо.

— Часто слышу, обычно сразу после того, как вхожу через дверь.

Элис закрыла рот ладонью, чтобы не расхохотаться в голос. Я отпила ещё воды, ещё раз поставила стакан на стол и откинулась на спинку дивана.

— Ладно, мистер Каллен, теперь можешь выдохнуть. Я не пришла устраивать допрос. Хотя если ты хочешь объяснить, почему в прошлый раз ты решил, что мой пол — это скользкий трамплин в иной мир, я не против послушать.

Элис не выдержала и уткнулась лицом в ладони, дрожа от смеха. Эдвард замер, как будто пытался не взорваться на месте.