Последняя ученица некроманта

Глава 3 "Тайны старой лаборатории"

Я вернулась в лабораторию. Хорошо, все же, что я прекрасно умею запоминать маршруты в темных пустых помещениях. А тут был даже свет, и можно было у кого-то спросить дорогу. Правда, с моего пути народ как-то быстро исчезал. Видимо, репутация Королевы Пауков бежала впереди меня. Еще бы понять, что это за репутация.

Лаборатория меня встретила весьма красноречивой инсталляцией на полу у входа – тряпки, ведра, швабры, совки, чистящие средства, черные технические перчатки. Мои новые орудия труда.

И как они прекрасно сочетаются с новой формой! Просто идеально.

Ну что… приступим? Сначала давай-ка стряхнем везде пыль. Шторы, кстати, неплохо бы постирать. Или это здесь тоже делают магией? Эх, понять бы, как…

Вчера под деревом яблоко у меня получилось, конечно (а это и была магия, да?), но оно получилось не там, где надо, не того размера и не с тем эффектом. Как это вышло, не знаю, но экспериментировать с ней все-таки, наверное, лучше на улице.

Хоть там и холодрыга.

Пылищи в лаборатории было как-то слишком много, особенно на шкафах, но заметно, что когда-то лаборатория поддерживалась в полном порядке. Все приборы… или правильней говорить – предметы? Разложены по коробкам и шкафам. А еще, сразу заметно, что отсюда что-то было унесено. В некоторых местах в пыли остались прямоугольные следы. И некоторые из них были просто очень большими. А некоторые – как из-под спичечного коробка. Наверное, это были ценные предметы, которые перенесли по другим лабораториям, или даже по учебным кабинетам.

Я терла полки, губкой начищала каменные фигурки и какие-то кристаллы. Я щеткой сгребала пыль из самых секретных углов, и сама себе казалась Золушкой из сказки. Она тоже так бегала в мультике с тряпочкой, а еще на щетках каталась по зеркальному полу. А если вспомнить диснеевскую Золушку, то ей птички и мышки помогали, кажется. Впрочем, у всех золушек есть своя фея-крестная, только у меня нет. Потому что я и есть фея! Просто пока неопытная. Да, фея!

Вот та самая крепенькая тетенька с крылышками, которая «Бибеди-бабеди-бу!».

Через некоторое время, поняв, что меня здесь все равно никто не увидит и не услышит, и принялась сначала мурлыкать, а потом уж и попросту распевать и пританцовывать. Если бы кто-то заглянул сейчас в кабинет, то, наверное, немало посмеялся бы, потому что я, конечно же, не помнила текста песенки феи-крестной на английском. Разве что вот это самое бибеди-бабеди…

Зато дело пошло веселее! Настроение поднялось. А еще поднялся в воздух веник и принялся радостно сгребать пыль к центру лаборатории. Взлетели к потолку салфетки и вжжжжух! Принялись тереть плафоны большой люстры. Губка сама, без приказа, окунулась в ведро с пеной и рванула чистить окна. Нет, безусловно, во всей этой магии есть свои плюсы.

Я радовалась до того момента, как увидела, что губка увеличивается в размерах – ровно как вчерашнее яблоко! А если она рванет? Мне что же, всю лабораторию потом от пены оттирать?!

– Тааак! – прервала я песенку. – Ну-ка, стоп! Всем лежать! В смысле, никакой магии!!!

Видимо, магия все-таки как-то реагирует на настроение. Или на команды. Инструмент действительно попадал на пол. А губка рикошетом – мне на голову.

Здоровенная! С эту самую голову размером!

И что теперь с ней сделать? Как назад уменьшить? Она ж даже в ведро не влезет!

А еще у меня теперь была мокрая и покрытая пеной голова. С которой текло ручьями. И пахло лавандовым мылом, моим любимым! Хотя я точно помню, мне вообще не выдали никакого мыла, и вода в начале уборки пахла просто водой.

Вот что это за мир такой! (или квест?). Не успеваешь мяу сказать, и уже мокрый!

Зато стало чисто. Я бы сказала, очень чисто. Как э… как в лаборатории.

Только пол помыть осталось!

А, и вот. Картины. Очень старые и ооочень грязные.

Надо будет тут как-то поаккуратней все почистить. И рамы. Рамы надо будет отмыть.

– Кхм! Кхм-кхм!!

Кашель показался мне очень знакомым, и я завертела головой, надеясь увидеть скелета. Кашель доносился из-за шкафов в приподнятой части лабораторного зала, где к стене были сдвинуты демонстрационные столики и пустые стенды.

Я заглянула туда и увидела небольшую дверь, которой раньше совершенно точно там не было!

Берталан стоял в проходе и слегка светился зеленым, а на его голове появилась модная мужская шляпа с прекрасным длинным и пушистым страусинным пером. Почти пипидастр!

– Здравствуйте, Берталан!

Но он обогнул меня, уткнув кисти в собственный таз. Прошелся по полу, чуть не поскользнулся. Покивал. И вдруг выдал:

– В целом мне нравится твое виденье этого места. Но, по-моему, розочки – это перебор.

– Розочки?

Я же не совсем сошла с ума. Какие розочки? Все колбы, стаканы и реторты абсолютно пу…

Но дедушка Берталан, хоть и безглазый, а оказался глазастей меня. Он жестом актера трагика показал мне на шторы, и я тут же села на один из столиков, отвесив челюсть.

Моя немного вышедшая из-под контроля магия их почистила. Да. И вместо грязных пятен, очевидно, потому что природа не терпит пустоты, на серый фон налепила розочки. Яркие розовые, не вру, розочки!