Преданная. Хозяйка ягодных угодий

Глава 4

По дороге к дому в экипаже повисает плотная тишина. Никто на меня не смотрит, и я позволяю себе глазеть в окно и изучать окружающий мир.
И тут меня окончательно накрывает осознание реальности происходящего.

Улицы за окном плывут мимо - неоновых вывесок нет, нет и машин, стеклянных витрин, людей с телефонами. Вместо этого дорогу обступают каменные дома с высокими фронтонами, лавки с открытыми ставнями, деревянные вывески, на которых вырезаны названия: «Сапожник и сын», «Почтенный часовой», «Цветы мисс Грен».
У лотков стоят женщины в чепцах, мужчины в длинных плащах, кто-то продаёт яблоки прямо с повозки.
Дети бегают босиком по булыжной мостовой, уличный фокусник жонглирует кольцами, собирая монеты в шляпу.
Сквозь обивку в экипаж сочатся чужие запахи: дым от угольных печей, свежеиспечённый хлеб, жареные каштаны и сахарная вата, тягучие духи, слишком пряные.

Мы проезжаем мимо особняка с резными колоннами, на балконе стоит женщина в кружевной накидке, её волосы уложены в сложную причёску, она пьёт что-то из фарфоровой чашки.
Я невольно выпрямляюсь, не отводя взгляда. Куда я, блин, попала? И какой сейчас год…. век?

Постепенно город начинает редеть. Здания становятся ниже, особняки сменяют редкие каменные дома, виноградники, пыльная дорога. И вот уже виден лес. Дорога петляет среди деревьев, по сторонам мелькают холмы, ручьи, мостики из дикого камня.

Я прижимаюсь лбом к стеклу. Солнце играет на листьях, и всё кажется нереальным, как будто кто-то натянул вокруг акварельный пейзаж.

Экипаж медленно сбавляет ход, колёса скрипят по гравию, и, наконец, замирает перед высоким чугунным забором.
Ворота уже открыты.

Я выглядываю из окна и впервые вижу дом семьи Сент-Клеров - не такой роскошный, как у лордов Маккензи, но всё же внушительный.

Трёхэтажное здание с высокими окнами, шпилями и аккуратно побелёнными стенами.
Перед домом вижу ухоженный сад: строгие клумбы, подстриженные живые изгороди, даже фонтан, правда, давно не работающий. Замечаю тонкие трещины на бордюре, облупившуюся краску на дверях…

Леонард не спешит выходить. Поворачивается, и я чувствую, как его суровый взгляд вонзается в меня, словно кинжал.
— У тебя есть время до завтрашнего утра, — говорит он, отчеканивая каждое слово. — Собери всё, что считаешь нужным. Завтра тебя отвезут в родовое поместье твоего покойного отца.
Пауза.
— Там ты и будешь жить теперь, Летиция.

Он даже не спрашивает, поняла ли я. Просто открывает дверцу и выходит, не оборачиваясь. Слышен стук его каблуков по каменной дорожке, вскоре - щелчок входной двери.

А я сижу в шоке внутри экипажа, пока матушка не толкает меня локтем в бок. Приходится выходить. Что ж, посмотрим, какие сюрпризы ещё мне приготовит этот мир. Я уже в предвкушении….