Предатель. Его ненужная семья

9

Держу телефон около уха, но едва ли слышу, что Зей говорит дальше.

Мадина.

Имя, которое я никогда не слышала от Алихана. Женщина, о которой он раньше не говорил ни слова.

Алихан сказал, что уезжает, потому что хочет дать мне время смириться. Оказывается, он в любом случае уехал бы. На праздник. На сватовство.

Хотя, если верить описаниям Зей, да и словам самого Алихана, то сватовство – это всего лишь формальность, и свадьба – уже решённое дело.

Спрашивать моё мнение тоже было формальностью.

Алихан сказал, что другие мужчины на его месте вообще ничего бы мне не сказали, а он хотел поступить правильно.

Самое неправильное «правильно» в мире – сказать мне о его решении жениться на другой, представить это, как будто у меня есть право голоса, и от моих слов что-то зависит, а потом уехать на праздник сватовства, чтобы назначить дату свадьбы.

Слабый голос моего шокированного сознания кричит, чтобы я выключила телефон. Настаивает, что я услышала достаточно для того, чтобы бежать как можно дальше от мужчины, который меня предал.

Но мой язык будто прилип к нёбу, даже слова не формируются. И тело застыло в шоке. Внутри меня холодная тишина, полная боли.

Я даже не трачу силы на то, чтобы спрашивать себя, что я такого сделала Зей и почему она относится ко мне так жестоко, с колючей насмешкой, будто я враг, вторгшийся на чужую территорию. Некоторые люди просто такие – холодные, расчетливые, питающиеся чужими чувствами, как хищники слабостью. И теперь становится ясно, что она не доброжелательная родственница, как я наивно думала. Она шпионила для родни Алихана. А я ей доверяла и разговаривала как с подругой. Даже радовалась, что подружилась с кем-то из его семьи. И только теперь понимаю, что за мной просто-напросто следили.

Алихан, конечно, обо всём знал. Не мог не знать.

Я чувствую не гнев, а какую-то ледяную пустоту. Когда предают чужие – это больно. Но когда предают те, с кем ты делишь постель и дыхание – это уже не просто боль, а разрушение.

Я слушаю Зей как сквозь туман. В её голосе притворное сочувствие, за которым прячется ледяное удовлетворение.

– Мадина вдова. Бедняжка, столько горя пережила. Ей тяжело без мужа, нужна опора, защита, чтобы дом не остался без хозяина. И то, что Алихан согласился… это, знаешь ли, очень достойно. Он поступает по-мужски, но мы всё равно удивлены, что он согласился. Так страдал, когда Мадину выдали за другого, что мы думали, он никогда не простит их семью. Но видимо слишком любит Мадину, поэтому и женится.

Вроде слышу слова, но не могу заставить себя осознать весь смысл. Кажется, будто мои мысли застряли в густом вязком тумане, и я могу только наблюдать, как рушится моя жизнь.

А потом, сквозь шум крови и гул в ушах, до меня долетает обрывок фразы.

«…ему нужен отец…»

– Кому нужен отец? – резко перебиваю, мой голос срывается.

После короткой паузы Зей вздыхает.

– Что? Так я же говорю, ты не слушаешь, что ли? Сыну Мадины пять лет. Мальчику нужен отец. Ну а если бизнесы двух семей теперь объединяются, то он, естественно, будет наследником. Видела бы ты, как Алихан к нему относится! Возится с ним как с собственным ребёнком. Научил мальчика сидеть на лошади, держать поводья. Они прямо как настоящая счастливая семья. Мальчик зовёт его «Али», но думаю, это ненадолго, скоро будет «папа»...

Всё вдруг становится пугающе реальным. Алихан не просто идёт на брак ради бизнеса. Он уже живёт новой жизнью, нашёл себе новую, готовую семью вместо нас с Аминой.

Это двойное предательство.

Медленно, онемевшими пальцами выключаю телефон, обрывая Зей на середине фразы.