Приказано убрать, или Попаданка против!

Глава 3. Добро пожаловать

– Какая цыпа! – вот было первое, что я услышала и смогла разобрать, когда плюхнулась в траву, прижимая к себе всю ту же швабру.

Вот только говорящие не учли, что «цыпа» окажется разъярённой боевой курицей. Всё ещё ослеплённая после того, как оказалась вместо подвала на какой-то поляне в окружении нескольких мужчин, наугад несколько раз взмахнула шваброй. А вот нечего женщин пугать такими фразами, причём произнесёнными довольно-таки похабным тоном. Флипер выдержал целых два удара, после чего развалился на части, облегчив мне задачу, ведь тыкать в тела ручкой, выполненной из прочного алюминиевого сплава, гораздо удобнее и болезненнее для тех, кто оказался на пути. В голове даже мелькнула мысль, что хорошую продукцию одной из фирм я в своё время предложила закупать и стоит впредь с этим поставщиком работать. Увы, удача недолго была на моей стороне: мужчины, одетые в странные кожаные мундиры, в которых по очертаниям угадывались вшитые внутрь металлические пластины, отобрали мою защитницу, а меня саму быстро скрутили. Вот как назло, я была одета в белую блузку с рукавами в три четверти и юбку-карандаш светло-серого цвета длиной по колено, а не в рабочий комбинезон. Горячие шершавые руки нагло облапали грудь и бёдра, якобы изображая личный досмотр.

– Отпустите! – трепыхаясь, я пыталась вырваться, лягалась и кусалась, но в ответ слышала лишь хохот, перемежаемый какими-то странными фразочками, понять которые уже не смогла.

С английским языком никогда проблем не испытывала, говорила и читала бегло, но вот речь незнакомцев смогла с трудом перевести. Какая-то дикая помесь старо-английского и кучи странных диалектов. Даже почувствовала себя преклонных лет бабулькой, помнящей из школьного курса только «Ландан из зэ кэпитал оф Грэйт Британ». Но тут у одного из мужчин громко затренькала, а затем засветилась на груди серебряная бляха с чёрным камнем, похожим на оникс. Раздавшийся грозный голос что-то долго говорил, заставляя лица моих пленителей смурнеть с каждой минутой. Меня радовало только то, что у некоторых из них под глазами наливались фингалы, значит, моя швабра настигла-таки цель.

Я же стояла, ни жива, ни мертва, и пыталась ущипнуть себя хоть за что-то, чтобы этот странный сон закончился. Вот ещё пять минут, пять минуточек, и проснусь от звонка будильника, понимая, что и скандал на работе, и вот это вот всё просто привиделось в кошмаре. Ну и пусть достаточно реалистичном. С учётом того, что мои руки заломили за спину двое мужчин и держали очень крепко, то конечности начали затекать, ни вывернуться, ни извернуться не представлялось ни малейшей возможности. И только мне показалось, что смогла дотянуться до своей ладони и хорошенько её ущипнуть, как тут же оказалась поваленной в траву под ругань левого «охранника». Ощутив прикосновение к запястьям холодного металла, закричала во всю мощь своих лёгких, понимая, что с наручниками шансов обрести свободу будет ещё меньше, чем до этого.

Но все мечты на побег развеялись очень быстро, когда меня закинули на плечо, больно приложив животом об твёрдую нашивку. По ногам пробежал холодок, вот только он не был вызван страхом. Я буквально почувствовала, что позади меня разверзается что-то странное, и снова закричала. Короткая вспышка, и окружающая обстановка сменилась, а меня стошнило и последовало новое падение, вот только оно оказалось не настолько мягким, как предыдущее. Ну да, кому понравится булыжная мостовая, на которую никто даже соломки не подстелил? В общем, вот так я и окончательно поняла, что оказалась в другом мире. Убедительное доказательство вышло, хоть и ценой моих рёбер и лёгких, которые потом быстро вылечил целитель.

Как выяснилось чуть позднее, Дорнхерн в считаные часы наводнили пришлые, и не придумав ничего лучше, королевским указом было приказано собрать их всех в предместье столицы в старинном особняке, конфискованном у какого-то барона. На балансе домик числился давно, но вот выделять деньги на его содержание местные власти не собирались, так что условия оказались весьма «королевскими», если бы короновали водяного, а у нас были жабры. Протекающая крыша позволила создать идеальные условия для земноводных, тщательно пропитав стены и полы до самого подвала, из которого начали произрастать поражающие воображение своим разнообразием мхи. Любой бриолог пришёл бы в неистовый восторг, попав сюда, ведь обычно в запущенных домах встречается плесень или грибки, а то и вовсе всё вместе, но…

Увидев впервые, где стоит поселиться до тех пор, пока не решат, как от нас избавиться, я развернулась и попыталась убежать в шатёр с требованием предоставить политическое спальное убежище. Уж лучше почивать на горах тряпья с характерным запахом, присущем залежавшимся в сундуке вещам, чем отращивать жабры и хвост, покрываясь плесенью. Кураторы моему “побегу” не препятствовали, лишь закатили глаза и скрестили руки на груди. Мой бег закончился одновременно с энтузиазмом, примерно в двадцати шагах от ближайшего сопровождающего, когда метка на руке внезапно раскалилась, а по телу пробежал неслабый такой разряд тока, заставив меня согнуться пополам.

Вот и раньше не особо проявляла восторг при виде пионов, а теперь добавился ещё один пунктик к “нелюбви”. После того как подлечили полученные при падении травмы, меня отвели на площадь, где уже собрали остальных пришлых, построенных рядами. В сопровождении стражников появился какой-то пожилой мужчина, одетый во всё чёрное, и резко вскинул перед собой руку после того, как сопровождавший меня целитель подошёл к нему. С кончиков пальцев старика сорвалось множество разноцветных искр, образовавших облако, накрывшее всех нас.

– Пришлые, – прогремел над площадью властный голос. – Я – главный королевский маг лорд Тернбер. Я даровал вам способность понимать наш язык и поставил метки, ограничивающие передвижение во избежание провоцирования беспорядков.

Пока маг вещал о том, что моргать, дышать и даже перегонять кровь по венам пришлым можно будет только с разрешения кураторов, я посмотрела на свои руки и чуть выше правого запястья обнаружила чёрно-белое изображение пиона. Ну хоть не лилия, уже радует, а то память сразу услужливо подкинула кадр с клеймом миледи. Впрочем, если вспомнить её предысторию, наверняка и в Дорнхерне таким же образом отмечали преступников. “Добрый” лорд Тенбер предупредил, что, даже срезав лоскут кожи, метка всё равно проявится, поэтому не стоит усложнять жизнь ни себе, ни целителям.