Приказано убрать, или Попаданка против!

Глава 18. Правила

Не забыл. В отличие от других дежурных, да и вообще сотрудников управления, с которыми мне уже удалось пересечься, Тескам хоть и казался странным и особо подозрительным, как тот же куратор Классен, однако руки распускать, чтобы залезть ко мне под юбку, не торопился. Наоборот, меня даже поразила его реакция в коридоре, когда он на моё простое предложение привести стойку в порядок отреагировал так, словно ему на шею хотела броситься, а то и вовсе затащить в тёмный угол и снасильничать. Учитывая, что дежурному на вид лет пятьдесят, ростом он выше меня на целую голову, да и по остальным габаритам намного превышал мои собственные, выглядело очень забавно. Этот дежурный обращался ко мне на «ты», но вот унизительного тона ни разу не слышала, а потому не стала поправлять, как того же Бёрнса.

– О, даже бумага не прилипает! – с восторгом произнёс Тескам, потрогав отполированную поверхность стойки, с которой я смыла просто тонну въевшейся грязи.

Химиков, работающих с магазином господина Фридриксена, я готова была не только расцеловать, но и расписать все стены их лабораторий благодарностями. При этом мне ничто не мешало светиться от гордости, когда в последний раз пробежалась полиролью по всем поверхностям стойки.

– Вот! Я же говорила, что так будет гораздо лучше! Если снимете все ключи со стенда, то и его смогу почистить, а то белёсые кружочки на тёмном фоне смотрятся не очень эстетично. Правда, эта работа займёт чуть больше времени, так как из-за крючков придётся аккуратнее протирать, чтобы не порвать тряпки.

Тескам как-то хитровато ухмыльнулся и щёлкнул пальцами. В тот же миг все ключи вместе с крючками отделились от стенда и повисли в воздухе примерно в метре от стены, заставив мою челюсть устремиться к полу, а глаза вылезти из орбит.

– Магия, Эйжен, ма-ги-я! – довольно произнёс мужчина, а затем пояснил. – Мне неплохо удаётся подчинять себе дерево и металлы. Так что пользуйся, пока есть возможность.

Дважды повторять не пришлось. Я мигом обработала средством весь стенд, а затем присела на свободный стул, ожидая, когда оно подействует.
– Кстати, а вы не могли бы мне пояснить, почему в кабинетах у инспекторов и следователей все шкафы пустые, зато куча пепла? Неужели даже простые бумажки принято сжигать?

Тескам, с любопытством рассматривающий, как раствор разъедает слой за слоем грязь, спокойно ответил:
– Эта мера продиктована правилами внутреннего распорядка для предотвращения утечки информации. Порой даже в самых простых, казалось бы, делах, находятся те, кто не прочь сунуть свои носы в бумаги. Поэтому все папки с документами обязаны храниться в сейфах, а записи, будь то даже испорченным заявлением, подлежат уничтожению. Таким образом, если ты увидишь где-нибудь оставленные бумаги на столе, когда ответственный за кабинет отсутствует, можешь смело кидать их в игнис. Даже если там содержится особо важная информация, это будет уже не твоя проблема, Эйжен, а того остолопа, который нарушил правила.

– Куда-куда кидать? – я, конечно, предположила, что так называлась та металлическая «маслёнка» со вспыхивающим огнём, но решила всё-таки уточнить.

– Приспособление для сжигания бумаг, – пояснил Тескам, достав игнис из ящика. – Вот такая металлическая штуковина, которая стоит на основном письменном столе в каждом кабинете. Мы его специально убираем, чтобы никто не украл, а то иногда приходят всякие... У кого к пальцам липнет всё, до чего сумеют дотянуться, стоит лишь дежурному отвлечься.

– Да-да, понимаю. Давайте и игнис заодно почищу, а то там пепла, наверное, скопилось уйма.

Брови Тескама с удивлением приподнялись, после чего он снял крышку с приспособления. После того как пламя само по себе погасло, я увидела, что внутри всё идеально чисто.

– От пепла всё должно быть очищено, так как даже сожжённый документ можно восстановить при помощи магии. Только не говори мне, Эйжен, что кто-то не следит за своим игнисом. Такое пренебрежение – это достаточно серьёзный проступок.

– Было дело. Но что же теперь делать, ведь мешки с мусором я уже оттащила к бакам на заднем дворе?

Тескам нахмурился, а потом достал связку ключей из кармана своего кителя:
– Надо всё уничтожить. Пойдём. Надеюсь, стенд не растворится до нашего возвращения.

Я отрицательно замотала головой, соскакивая со стула на пол:
– Если подсохнет, то просто посильнее нужно смочить тряпку водой, и тогда всё легко смоется.

Захватив из дежурки фонарь, Тескам поспешил к чёрному ходу. К счастью, мешки находились там же, где я их и оставила, причём в полной целости, что не могло меня не радовать. Мужчина произнёс что-то непонятное, после чего достал один из осветительных кристаллов и кинул в бак. Моментально взметнулось высокое пламя, в мгновение ока заставив исчезнуть все мешки без следа, словно их тут и не было. Затем раздался щелчок пальцами, и артефакт прыгнул в ладонь Тескама, после чего перекочевал обратно в фонарь.

– Всё, считай, что ничего и не было.

После того как дверь чёрного хода оказалась закрыта на три замка, я обратилась к дежурному:
– А могу хотя бы одним глазом взглянуть на правила внутреннего распорядка? Я просто ни разу ни с чем подобным не сталкивалась, вот и не хочу больше попадать впросак.

Ненадолго задумавшись, Тескам смерил меня взглядом с головы до ног, а потом спросил:
– До конца моей смены вернуть успеешь? Говорю сразу: копировать нельзя, но что-то важное для себя выписать – можно.

– Успею. Ещё даже до открытия здания для сотрудников и посетителей управлюсь.

– Вот и чудно. Так как ты соприкасаешься с нашей работой, то знать правила действительно необходимо, хотя напрямую и не являешься сотрудницей управления. Вроде как не запрещено давать тебе перечень, но и при желании смогут придраться, поэтому надеюсь, что не подведёшь.

Я домыла стенд, а потом, прихватив всё своё добро, включая перечень правил, пожелала Тескаму доброй ночи.

– И тебе того же, – махнул рукой мужчина, раскладывая регистрационные журналы на стойке в том порядке, который был ему удобен.