Принцесса Ой, или От Ада до Рая один поцелуй

ГЛАВА 3 (2)

Было очень светло и пахло валерьянкой, это был аромат призраков.

Если бы в замке жили тысячи котов, они бы уже прибежали на этот дивный запах. Видимо, кошек не было совсем. Значит, здесь водились крысы. Я вздрогнула.

Холл был пустынным. Огромный круглый белый ковёр с синими и серебристыми узорами застилал чёрный паркет, открытый только у порога. Мне показалось, что весь Восточный университет поместился бы в этом гигантском зале.

Я запрокинула голову, чтобы рассмотреть, какие светильники предпочитали в РАю, но не заметила ни люстры, ни бра, ни факелов, ни свечей. Светились стены. И… шевелились. Я дотронулась до странного пушистого гобелена с чёрными разводами, стена была живой: из белых светящихся жуков. Я отдёрнула руку и вскрикнула.

Свист и скрежет, послышавшийся из дверей, которых было понатыкано по всему кругу, заставили меня попятиться.

Вылетевший из распахнутых створок с правой стороны серебристый лис с горящими огнём синими глазищами и цепями на шее подобрался вплотную ко мне и провыл:

- Ты что-о-о зде-э-э-эсь делае-э-э-эшь?!

- Мне комнату сдали, - честно ответила я, расстёгивая сумку и обдумывая вопрос, чем запустить в привидение противной лисицы?

- Кто?! – расхохотался на манер какого-нибудь классического зловещего призрака лис.

- Госпожа, - я достала пригоршню увядших роз, имя женщины, похожей на ворону, вылетело из моей памяти.

- Какая-а-а-а ещё-о-о-о госпожа-а-а-а? – облетел меня неугомонный призрак.

- С лодкой, - помахала я рукой и всё-таки бросила в лиса розу.

В лисе появилась дыра, и что-то глухо стукнуло. Он опасливо отлетел от меня подальше. Я кинула в него ещё одну розу, опять дыра и глуховатое «шмяк».

- Эй, хватит, - взмолился лис, - тебе не говорили, что бросаться в главное привидение нехорошо?

- А ты прямо главное? – не поверила я.

- Ага, - шмыгнул носом лис, - самое главное!

Я коснулась его розами, зажатыми в кулаке. Цветы стали серебряными, будто сделанными талантливым ювелиром, в лисе появилась ещё одна немалая прореха.

- Как это у тебя получается? – рассматривала я светящиеся лепестки, одновременно обдумывая вопрос, куда подевалась женщина-ворон?

- Это не у меня, а у тебя, - буркнул лис, - я тебя предупредил. Делать тебе здесь нечего!

Лис помялся, ожидая моей реакции. Я промолчала, будто я сама не знаю, что никогда мне в РАй не поступить. Но отказываться от игры из-за боязни проигрыша я не собиралась.

- Я всё объяснил тебе? – лис опасливо скосил глаза в сторону букетика роз в моей руке, издавая невыносимый аромат пролитого кувшина с валерьянкой и зажимая лапой многочисленные дыры в своём газообразно-дымчатом теле.

Я пожала плечами.

- Позволь откланяться, и сама убирайся отсюда! – провыл лис.

Ага, - кивнула я без особенной охоты слушаться какую-то лисицу.

Лис исчез, а я заметила две серебристые розы на ковре. Букет из семи таких роскошных, словно настоящих и при этом серебряных роз украсит любое бальное платье. Я шагнула на ковёр, чтобы подобрать цветки, и поняла, что проваливаюсь, а дальше было медленное падение, точнее полёт в никуда.

Я закрыла глаза, стараясь побороть ужас. Где я остановлюсь? Я понимаю провалиться в ад, но провалиться в рай, это слишком. Пальцы я ободрала, цепляясь за пыльные камни стен, пришлось прижать руки к туловищу. Наконец, я больно ударилась обо что-то твёрдое. И очутилась в крошечной каморке, в левой стене нарисовался силуэт окна, словно вырезанный из сверкающего звёздами неба, в правой - решётка на двери. Была ещё стена сзади с вделанной в неё койкой, похоже, каморку задумали в форме треугольного куска сыра из мышеловки.

Кошмар!

Это темница замка.

Но я так устала, что ломать зачарованные решётки не могла. Заклятия поблёскивали на прутьях, сверкали на окне. «Придумаю что-нибудь утром», - решила я, свернулась калачиком на узкой жёсткой койке и уснула. Уговаривая себя, что если сама не выберусь, кто-нибудь утром меня найдёт, хотя бы даже госпожа Вангели хватится постоялицы.

- Сто лет не попадались простачки в ловушку холла! Какой мотылёк трепещет крылышками! – решётка не давала, как следует рассмотреть потрясающе красивого парня.

Если бы не издевательская улыбка и хищное выражение на совершенном лице, в него можно бы влюбиться.

Он был словно герой-любовник из увлекательной легенды. Таких чёрных кудрей, синих глаз, оттенённых смуглой кожей, и поэтому необыкновенно ярких, не было ни у кого из моих знакомых людей. Красивые руки с длинными пальцами, стройная фигура, подчёркнутая довольно умело нарядной одеждой, тоже прилагалась к комплекту «прекрасный принц».

- Эй, ты! Открой двери, я буду жить в этом замке! Комнату сняла! – спокойно проговорила я. – Ты тюремщик, или кто-то в этом роде?

- Я? – он изумлённо посмотрел на свою свиту.

Его слуги или друзья тихонько захихикали.

Я напряглась, рассматривая их. И во всех подробностях увидела небольших человечков, они доходили до колена красавцу. Все в синих колпачках и с крылышками, но не как у бабочек, а как у летучих мышей, только не чёрного, а глубокого синего цвета. Кроме синих костюмчиков из бархата на человечках были синие башмачки, а вот аккуратные воротнички были из белого атласа. К тому же на розовых мордашках с карими глазками, приплюснутыми носишками и широкими алыми ртами торчали, цепляясь за  носишки круглые очки.

- Вы слышали, айкирины? – красавец встал в картинную позу разобиженного и униженного благородного героя: прижал руки к груди и повесил очень красивый нос. – Она оскорбила меня, мои верные айкирикины!

- Ты нехорош-ш-шая-а-а! – запищали зловеще мелкие айкирины. – Зачем ты обидела нашего господина?!