Принцесса Ой, или От Ада до Рая один поцелуй

ГЛАВА 9 (2)

- Значит так, - гному не хватало очков в позолоченной оправе, плаката с хитроумной схемой и указки, он дождался, терпеливо улыбаясь, когда за доктором захлопнулась дверь, и продолжал, - хочешь, Лихо, сделать доброе дело для твоего друга-эльфа?

Лихо закивало так, что я испугалась, что его лохматая головёнка отвалится.

- Ему необходимы деньги, - насупился хитрый гном, но его замысел мне был непонятен, а Лихо и подавно ничего не ведало. – Если мы передадим тебя кому-то на службу по контракту, то получим несколько золотых монет. Ты же хочешь помочь своему другу?

Сложный мыслительный процесс отразился в глазике нашей опасной крошки, как белые облака в ясном небе.

- Да-а-а! – выпалило Лихо, от её вскрика лопнуло стекло в окне моей комнатки, куда меня каким-то чудом дотащили гном и эльф.

К счастью, моей, а не его, заставленной мебельными монстрами.

- Чё делать? – решительно осведомилось Лихо, подняв бровку домиком над единственным глазом.

- Пойдём прямо сейчас в контору к мэтру Лингсу и заключим контракт, - выдал гном, видимо, Элайджа разработал подробный план, пока висел под потолком, ожидая смерти или спасения. Не знаю, кто он? Пессимист, не верящий в удачу, или оптимист, с радостью наступающий на все грабли на ярусе.

- Я не могу, болею, - выпалила я.

- Ничего, придётся выздороветь на один вечер, - распорядился гном, злорадно усмехнувшись.

Я попыталась встать из развалин кровати и поняла, что комната кружится так, что все предметы, включая ушлого гнома, одноглазое лихо и скучного эльфа, расплываются цветными пятнами.

- Не падай, я тебя удержу, - Лихо подпёрло меня мохнатыми лапками, достав только до пониже спины, при этом ему пришлось вытянуться вверх тонкой струночкой.

Мне даже стало жаль кому-то отдавать это верное несчастье моё. Но иначе придётся распрощаться с мечтой, да чего врать себе самой: со всеми мечтами сразу. Ведь я ещё хотела увидеть Мишку, дура набитая, и если совсем честно, хотела жить с ним долго и счастливо, идиотка.

Или не хотела? С некоторых пор?

Ладно, сначала дело, потом душевные метания, тут Лихо чувствительно щипнуло меня за нежную кожу пониже спины.

- Ай! – подпрыгнула я и приземлилась на нечто мягкое, хрустнувшее и невнятно взвизгнувшее под тяжёлым телом эльфа. – Ты жива, девочка? – встав на четвереньки и оборачиваясь, чуть ли не свернув шею эльфа, заботливо спросила я у лиха.

- Сжиф-ф-фа, - прошипела мелкая верная нечисть, что-то выплёвывая на пол, чёрное, треугольное, на зуб, похожее.

- Не, ребят, я так не играю, - завёл эгоистичный эльф, - нам с Элайджой его не дотащить до конторы мэтра, через озеро, до улицы Радужных фей, через базарную площадь номер семь, ещё стражи городские прицепятся, от которых не сбежать. Всё плохо, - закончил он свою речь, с удовольствием оглаживая мои, между прочим, бёдра.

Вот наглец! Я кое-как встала на ноги.

- Лихо, - проигнорировав рассуждения друга, торжественно произнёс гном.

Девочка шмыгнула носом и облизала губки чёрным узким язычком, среди треугольников зубов была явная прореха.

- Если ты закроешь глаз, всё получится само собой, - гном вкрадчиво ухмыльнулся.

- Не можу, - развела все восемь ручонок лихо, явно пришепётывая, - разбудили ж. Ешли опять ушипите, то тогда ладно.

«Какое-то оно подозрительно сговорчивое», - подумала я.

- Как тебя усыпить? – упорствовал гном.

- Ешли он, - лихо кивнуло в мою сторону всем тельцем, - вожмёт на рушки и покашает.

Синий глаз смотрел на меня преданно, словно принадлежал не несчастью одноглазому, а верному доброму псу. Комната снова пустилась в подобие бойкого вальса, но отпрыгнули от меня все, поэтому, когда я рухнула на пол, никто не пострадал, кроме стола, о ножки которого я неловко стукнулась затылком. Стол крякнул и завалился на бок, две передние ножки сложились, словно бумажные.

- Ты так всю мебель сокрушишь, - обозлился на меня гном, - ползи до кресла, попробуем усыпить нашего дорогого друга.

Наивное лихо светло просияло, и на моей душе заскребли облезлые коты. Она же верит мне, а я…

Передо мной появилось лицо Мишки, и я, закусив нижнюю губу и отчаянно пыхтя, поползла к креслу, которое стояло почему-то очень далеко. Нет, всё-таки я нездорова. Гном и слабосильный эльф поддерживали меня, пока я пыталась втиснуть мускулистое тело в узкое и хлипкое креслице.

- Иди сюда, девочка, - протянула я к лиху ладошки.

Юркое несчастье быстро перебралось через комнату и прыгнуло ко мне на колени.

- Спят все эльфы светлые, - завела я старинную колыбельную, которая само собой вспомнилась, после моего возвращения домой, покачивая мохнатенькое и тяжёленькое несчастье, - спят все эльфы тёмные, только один эльф не спит, таращит глазки-бусинки.

Бесцеремонный гном выразительно постучал по лбу длинным пальцем.

Да, как-то я не о том. Я заныла мотив без слов, продолжая покачивать сладко всхрапывающее несчастье. Или я что-то путаю, или оно подросло?

- Всё, - одними губами произнёс гном, - оно дрыхнет… клади его, - гном открыл широкую сумку с крепкой застёжкой, я отправила лихо туда.

- Идти можешь? – эльф смотрел на меня с интересом.

Я осторожно встала:

- Могу!

- Что орёшь, идиотка, разбудишь, - недобро скривившись, прошипел гном.

Но наше дипломированное несчастье видело сладкие сны, и весь мир ярусов был у наших ног.