Приют для раненных душ

Глава 1

Ничего иного Аларик и не ожидал от своих тюремщиков. Да, эльф говорил, что прикроет, что рядом с ним Рик будет в безопасности, но глупо верить словам остроухих, верно? Еще наивнее полагаться на обещания победителей.

Теперь им принадлежало Приграничье, а опальному магу не было места в счастливом новом будущем, которое Леди обещала построить для своих людей. И стоило, наверное, благодарить, что его просто не прирезали. Смерть была бы милосерднее, но... Раймон ведь обещал, что сохранит своему "товарищу" жизнь.

Маг не знал, какое было время суток, хотя, судя по звукам и щекотавшей лицо прохладе, на крепость опустилась ночь. Она укрыла звездным одеялом разрушенные башни, просочилась покоем в казармы уставших солдат. И только одна телега со скрипом выехала в главные ворота.

Его не пришли проводить - ни эльф, ни кто еще. Ему даже не сказали, куда везут. Просто щелкнул ключ, молчаливый стражник разомкнул железное кольцо, обхватывающее ногу, Рика выволокли за руку из ставшей знакомой комнаты, протащили по лестнице и, как мешок, закинули в пахнущую соломой и яблоками телегу.

Возницы цокнул, свистнул кнут и по утоптанной земле внутреннего двора форта застучали копыта лошади.

Рик отполз в угол телеги и, прислонившись спиной к жесткому борту, попытался устроиться поудобнее. Ноги болели, ибо провожатые, а вернее, тюремщики, едва ли заботились об удобстве своего подопечного. Но сильнее боли физической впивался в горло страх.

Куда его везли?

Понятно, что ослепший вражеский маг омрачал счастье победы. Он был тем пережитком войны, тем напоминанием, что не давало радоваться беззаботно. Он хромал, ведя рукой по стене, спотыкался о ступени и подножки, ловко подставленные солдатами форта и слугами, стискивал зубы, когда ныла грудь, и морщился, если кто-то врезался со спины. А еще он так хотел жить! Пусть в качестве питомца и игрушки в покоях, но жить!

Теперь молчаливый возница вез его в темноту и неизвестность. Ошейник привычно сдавливал горло, блокируя и магию, и ушедшее с ней зрение. Ухабы отдавались во всем теле болью, тишина пугала, и Аларик был бы сейчас рад поговорить с кем угодно. Даже просто послушать чужой голос. Но лишь перестук копыт и скрип колес наполняли ночную тишину.

Растянувшись на дне повозки, бывший маг прикрыл слепые глаза. Все равно он ничего не мог сейчас сделать. Не спорить же, умоляя... о чем?

Кажется, ему даже удалось уснуть. Снился почему-то Раймон таким, каким Рик запомнил его в последний день в форте. Вот эльф сидит на краю постели, приглаживая варварски обкромсанные волосы, и обещает, что если маг поможет ему бежать, то и сам окажется в безопасности. Подальше от брата, желающего его смерти, поближе к эльфам, с которыми так интересно было познакомиться.

"Ты сможешь остаться на стороне победителей и продолжить после окончания войны летопись своей жизни".

Раймон был благороден. Был одним из тех, за которыми идут. На кого хотелось ровняться. И... маг поверил. На пару дней Аларик действительно поверил, что достоин жизни. Что и у него может быть будущее под рукой Леди и величайшего из магов - Эльфийского Владыки.

Распахнув глаза, Рик уже привычно уставился в черноту. В плечо врезался жесткий угол старого ящика или короба, мерно стучали колеса повозки, и вокруг все еще правила Ночь, а темнота перед глазами оставалась неизменной. Как и последние несколько дней. Без магии и глаз бывший магистр ведь безопасен, верно?

Не сразу заметил Аларик, как по щекам бегут слезы. Зачем он поверил, что может быть кому-то нужен?

- Тпру!

Дернувшись в последний раз, телега замерла на месте.

- А ну вылезай, - судя по голосу, вознице не терпелось избавиться от "поклажи".

- Мы уже приехали?

- Вылезай. Вылезай, кому сказал, пока тебя палкой не погнал!

Медленно, придерживая рукой ноющий бок, Аларик нащупал борт телеги. Проследив его рукой, добрался до края и, опустившись на живот, принялся осторожно сползать с него, пока ноги наконец не коснулись ногами земли. И тут же, словно только этого и ждал, возница резко тронул телегу.

Неловко взмахнув руками, маг попытался было ухватиться за воздух и удержать равновесие, но лишь рухнул в дорожную пыль. Где-то позади затихал, удаляясь, цокот лошадиных копыт.

***

Сколько Рик пролежал, уткнувшись лбом в собственный локоть, он не знал. Вокруг стрекотали сверчки, иногда налетал ветерок, но ни голосов, ни ржания лошадей не было слышно. Даже деревья не шелестели, обещая своим шорохом близость леса. Понять бы, куда его завезли...

- Есть кто живой? - отбросив гордость, маг закричал во всю мощь своих легких. Потом снова и снова.

Он кричал, пока оставались силы, пока не сорвал голос. Шел куда-то в пустоту, падал, поднимался, и снова звал. Но лишь тишина ночная стала ответом на его отчаянные мольбы.

Очень хотелось пить.

Опустившись на четвереньки, Аларик принялся ощупывать землю вокруг. Постепенно, пядь за пядью изучая пальцами утоптанную дорогу, добрался до поросшей травой обочины. Сорвал пару травинок и принялся жевать хотя бы их. Желудок просительно буркнул, но что мог предложить ему бывший архимаг?

- Значит, таково эльфийское милосердие?