Призраки Эхо

Глава 6. Гидропонная нереида

— Член совета директоров «Панна Моти»? Ты в этом уверен? Человек, который подписывал ваш смертный приговор?

  Брендан был настолько обескуражен новостью, что даже повысил голос, совершенно забыв об осторожности. Впрочем, сейчас они могли, наконец, переговорить, не прибегая к языку сигнальщиков или глухонемых.

 Хотя перерыв на обед начался пятнадцать минут назад, большинство сотрудников научного отдела все еще стояли под куполом, наблюдая за посадкой нового корабля и делая ставки относительно ее благополучности.

Пабло их вполне понимал. Он бывал в находящихся на отшибе от основных звездных путей окраинных мирах и знал, насколько там ценились любые новости. А что уж говорить о людях, запертых в треугольнике Эхо и годами не видевших ничего, кроме лаборатории, фермы и жилого отсека. Разнообразить жизнь за счет смены виртуальных иллюзий дополненности, как это делали на Лее и в других благополучных колониях купольного типа, не позволяла ограниченность ресурсов. Здесь даже любимые в окраинных мирах голографические шоу устраивали только по праздникам. А фонды библиотеки и видеоархивов были отнюдь не бесконечны.

 — Наш приговор подписали четырнадцать человек, и большинство из них сейчас мертвы, а мы, как ты видишь, все еще живы, — мрачно отозвался Пабло, делая вид, что полностью поглощен салатом из морской капусты и мясом кутулуха с грибной подливой.

Водоросли самых разнообразных видов, выращенные на подземных плантациях, использовались в городе как незаменимый источник йода и почти не требовали света. А четвероногие, пернатые кутулухи, эндемики Сансары, отличались не только всеядностью, но и неприхотливостью.

— Так этот профессор, получается, знает, кто мы такие? — спохватился Брендан, еще сильнее взлохматив растрепанные после маски костюма бактериологической зашиты темные вихры.

 — Да уж, наверняка! — не без тайной гордости хмыкнул Пабло, вспоминая, как целых три месяца морочил голову спецам из «Кобры», сливая заведомо проваленные явки и давно не актуальные пароли Сопротивления, а в это время собирая информацию по афере «Панна Моти». — Поэтому мы здесь, а не внизу.

 — Но это значит, что мы сотрудничаем с врагом?

 Голос Брендана дрогнул, на лице появилось беззащитное выражение испуганного мальчишки, которого пираты когда-то отправили в логово монстров, на верную смерть. Все-таки Вундеркинду не пришлось пройти сквозь жерло Ванкуверской мясорубки, и к агентурной работе его пока тоже не привлекали.

 — Думаешь, Командор, когда выполнял задания на Раване, не сотрудничал с упырями из «Панна Моти»? Да и мне приходилось трудиться бок о бок со специалистами их сети.

 — Это другое.

Брендан немного успокоился, во взгляде появилась жесткость.

— Вы знали, что работаете во вражеском стане. А я, несмотря на все разногласия, испытывал к Нарайану уважение. Он ведь действительно выдающийся ученый, здешние биологи под его руководством добились впечатляющих результатов. И это не те дутые цифры, которыми «Панна Моти» запудрила всем мозги.

 — Если бы в корпорации работали только мошенники и дилетанты, вроде Феликса, — возразил ему Пабло, — твоему наставнику не пришлось бы рисковать жизнью, добывая формулу вакцины смерти и постигая тонкости процедуры энергообмена. Я и не отрицаю, что профессор Нарайан — крупный ученый. И потому он опасен вдвойне.

 — Но зачем продолжать исследования по программе «Универсальный солдат»? Из треугольника Эхо все равно не выбраться.

Хотя Брендан первый навел Пабло на мысли о возобновлении в городе под куполом запрещенных в остальных мирах преступных проектов «Панна Моти», теперь он из последних сил пытался доказать самому себе и товарищу, что оба они заблуждаются.

— Руководство города заинтересовано в появлении рабочих, способных трудиться на руднике без защиты.

  — А еще им нужны неутомимые солдаты для рейдов на пустошь и подавление мятежей, — кивнул Брендан, накладывая добавку.

От волнения у Вундеркинда прорезался зверский аппетит. Пабло смотрел на молодого товарища с завистью. У него самого кусок в горло не лез, словно в дни плена, когда в обмен на мнимое сотрудничество их перевели в изолятор для проштрафившихся богатеев. Кормили там даже лучше, чем сейчас: на утопающей в садах Раване свежие фрукты считались пищей бедняков, а не деликатесом. Вот только горло, обожженное током во время суда и допросов, еще несколько недель ни в какую не желало принимать ничего тверже пюре, как и потом, когда их уже выхаживали после заточения.

— Змееносцы и раньше не гнушались проводить эксперименты на людях, — напомнил Пабло, пытаясь говорить тихо и спокойно.

Шоу с посадкой корабля завершилось, в столовую повалил народ.

 — Их надо остановить!

Брендан с трудом сдержал эмоции, вгрызаясь в стейк с такой яростью, словно рвал глотку врагу.

 — Но не ценой гибели города и наших ребят, — напомнил ему Пабло, пытаясь протолкнуть мясо внутрь с помощью витаминизированного напитка. — Для начала надо выяснить, что именно тут происходит, и каков масштаб.

— Одно лишь знание нам ничего не даст, — сверкнул глазами Брендан. — Для борьбы нужны союзники. Наверняка, здесь есть люди, которых не устраивает деление на «верхних» и «нижних».

 — Вопрос только, как с ними связаться, — строго глянул на него Пабло. — Проблема в том, что руководство о нас практически все знает и неустанно следит, и для подпольщиков, если они здесь есть, это создает дополнительные неудобства.

— Но я примерно представляю, к кому можно обратиться, — едва слышно проговорил Брендан.