Проклятие факультета драконов

Глава 10

– Чего застыла, Веллингер? – язвительно усмехнулся Хэрибар. – Нечего сказать?

– Давай поболтаем в другой раз, Тайрон, – процедила в ответ, сжав кулаки до хруста. – Я что-то не в настроении.

– От голода? – нахал вскинул бровь, чуть повысив тон, чтобы притихшим адептам было лучше слышно. – Даю тебе уникальную возможность заработать на пропитание. Оплачу неделю, если поможешь нам с парнями расслабиться. Пару-тройку раз…

Всю жизнь меня воспитывал дед, отставной военный. Сам. Как мог. Строго, по-мужски, временами даже сурово, но никогда не забывал, что я девочка. Его любимая маленькая девочка, которой нужна любовь, забота, капля нежности и, конечно же, защита. Мы оба прекрасно понимали, что дедуля не сможет быть рядом всегда. Коротать со мной дни в детском саду, сидеть на уроках в школе, бегать с мальчишками во дворе. И когда пришло время отпустить меня одну в большой суровый мир, полковник Холмогоров помог мне завязать шнурки на ярких детских ботиночках, крепко сжал мои маленькие ладошки и, посмотрев прямо в глаза, сказал:

«– Виктория, запомни, если тебя ударили по правой щеке, подставь левую, – в ответ я растерянно кивнула, похлопав ресницами. А дед продолжил: – Как только убедишься, что это не случайность, бей в ответ, поняла? Не давай себя в обиду, доченька. Никому.»

Я поняла, дедуль. И очень хорошо запомнила твои слова. Поэтому сейчас, когда хочется бежать, сверкая пятками, от крайне неловкой ситуации, от заинтересованных взглядов всех присутствующих, от мстительного блондина и его приспешников, которые решительно настроены повеселиться, твоя внучка гордо поднимает голову и подставляет вторую щеку. Вдруг, под «расслабиться» Хэрибар подразумевает настольную игру или пару-тройку веселых историй о минувшем дне?

– Извини, Тайрон, что-то не улавливаю суть. Пояснишь?

– Заходи после ужина, Алария, покажу, – сально улыбнулся благодетель. – У меня в спальне большая крепкая кровать, тебе понравится.

Что ж, надежда была, но предложение вполне себе однозначное.

– Все так грустно, Тайрон? – мило улыбнулась в ответ, стараясь не выдать истинных чувств. – Никто не соглашается проводить время в твоей постели бесплатно?

– Желающих хватает, не переживай, – невозмутимо продолжил аристократ. – Но для голодающих нищенок особые условия, не могу смотреть, как ты грустишь, Риа.

– Чем ты меня собрался радовать, Тай? – нахмурилась, делая вид, что искренне не понимаю его намерений. – Приятные беседы — явно не твой конек.

– На больших кроватях не до бесед, тебе ли не знать, – предсказуемо, ожидаемо.

– В таком случае, твое предложение неуместно, – хмыкнула, пожимая плечами. – Должно быть, на выдумывание небылиц и откровенное хамство уходят все силы, так что не смею рассчитывать на мужские подвиги, а хорошенько выспаться я могу и в своей комнате, поверь.

– Неужели ты рассчитываешь, что я сам буду принимать в этом участие, Веллингер? – слишком громко расхохотался он, скрестив руки на груди. Нервничает? – Я же сказал, такие как ты меня не интересуют. Мои парни окажут тебе любезность, а я лишь понаблюдаю, как старательно ты их обслужишь, ради пары кусков хлеба.

– А это уже болезнь… – покачала головой в ответ. И нарочито заботливо продолжила: – Обязательно скажи отцу об этих отклонениях, ты как-никак первый сын благородного рода! Такие серьезные проблемы нельзя оставлять без внимания, Тай.

– У твоего папочки, судя по всему, денег не хватило, чтобы вылечить твою тягу к беспорядочным связям! – наконец, продемонстрировал свои настоящие эмоции блондин. – Или нищего лорда устраивает, что его дочь — беспринципная…

– Ты повторяешься, Хэрибар, – закатила глаза Ютара, громко цокнув. – Скучно.

– Не вмешивайся, Юта! – еще больше завелся парень. – Она ответит за свое хамство и за пренебрежительное отношение к высокородному!

– По-твоему, ты ведешь себя достойно, Тайрон? – подруга вскинула бровь, одарив блондина таким взглядом, что даже по моей спине побежали мурашки. – Скажи своим парням, чтобы отошли от нее, мы уходим.

– Она этого заслуживает! – блондин проигнорировал просьбу Юты, зато наши зрители начали нервно переглядываться. – Ты хоть понимаешь, за кого заступаешься? Знаешь, почему она набивается к тебе в подруги? Да эта…

– Хэрибар, ты не расслышал? – раздался невозмутимо спокойный голос, а следом за ним в столовую шагнул и сам ван дер Раммад. Все присутствующие, как по волшебству, вернулись к своим тарелкам, делая вид, что ничего не произошло, даже начали разговаривать, но отчего-то исключительно шепотом. – Ютара сказала, что они хотят уйти. Освободи дорогу.

– Как скажешь, Кайрат, – словно выплюнул блондин, но вместо того, чтобы отойти, тихо нашептывая, занес руку над стаканом с соком, что стоял на его подносе. – Вишневый — твой любимый Веллингер. Наслаждайся.

В ту же секунду, жидкость подлетела вверх, собравшись в небольшой, подрагивающий шарик, и дернулась в сторону, зависнув над моей головой. Проклятие! Хэрибар задумал освежить мою прическу, надо полагать. А заодно и мою белую форменную рубашку. Единственную!

Быстро сообразив, что к чему, отскочила назад, врезавшись спиной в одного из дружков Тайрона, который, видимо, так и не понял, что нужно делать, успела расстроиться, судорожно вспоминая, как выводить такие пятна с ткани, но… Вишневый шарик немного подумал, дрогнул и метнулся обратно к отправителю, с характерным звуком врезавшись прямо в надменное лицо аристократа. Ой… Все вокруг замерли, опасливо переводя взгляд с меня на Хэрибара, наверное, ожидая ответного хода высокородного, но ему было не до этого.

– Что за… Как… – произнес блондин, беспомощно хватая ртом воздух.

– Мне нельзя сок, – сама не ожидала подобного развития событий, но не сдержала смешок, рассматривая перекошенную физиономию аристократа, и кто-то из зрителей робко меня поддержал. – Не оплачено же, Тай, доступ запрещен, помнишь?

– Да как ты смеешь! Я сотру тебя в порошок, пустышка! – о, блондин пришел в себя, быстро. – Ты за все ответишь, слышишь меня, Веллингер?