Птичья башня, или (не)истинная пара для дракона

Глава 8

Яйцо было сантиметров двадцать в длину.

Его скорлупа была белой, с молочными, едва уловимыми прожилками. Поверхность — идеально гладкой и прохладной на ощупь.

Форма яйца была безупречно овальной, слегка суженной к одному концу. Несмотря на кажущуюся хрупкость, скорлупа ощущалась невероятно прочной, как слоновая кость или закалённый фарфор, готовый выдержать немалые испытания.

Но самым удивительным были узоры. При определённом угле падения света на поверхности проступал едва видимый, призрачный рельеф. Он напоминал морозные кристаллы на стекле или тончайшую паутину из микроскопических ледяных звёздочек и спиралей.

Держать его было приятно.

— Оно живое, — категорично заявила я. — Посмотрите повнимательнее, господин Гор.

Призрак показательно вздохнул.

— Маленькая госпожа… — он замер, даже голову набок склонил, как грифон, потом нахмурился. Подлетел ближе, чуть не уткнувшись своим призрачным телом в яйцо.

— Ну? — спросила я, прижимая яйцо к телу. — Вы же увидели внутри меня моего сына, хотя от зачатия чуть больше суток прошло. Неужели не видите, что внутри яйца?

— Отодвиньте яйцо от себя, маленькая госпожа, — попросил призрак.

Я отодвинула яйцо, любуясь снежными переливами в его узорах.

— Теперь прижмите к себе, — ещё раз попросила тень.

Я прижала яйцо и посмотрела на призрак вопросительным взглядом. Его сомнения уже внушали мне надежду, что первые слова были ошибочны и маленький грифонёнок будет жить.

— Знаете…

— Ну же, говорите, — нетерпеливо скомандовала я призраку.

— Когда вы прижимаете яйцо к себе, я вижу искру жизни. Когда вы отдаляете яйцо от себя… искра становится очень слабой, почти незаметной. Он не выживет, маленькая госпожа. Гнездо ещё не готово принять яйцо.

— Но печь горит! — сказала я, прижимая к себе яйцо.

— Этого мало, — покачал головой призрак. — Гнездо — это своего рода артефакт. Пусть божественный артефакт, но любой артефакт после долгого простоя нужно зарядить. Ваш огонь важен: он отогрел и заставил артефакт работать. Теперь нужно дождаться, пока он напитает достаточно огненной магии, чтобы заработать в полную силу.

— Я так не могу… — я беспомощно посмотрела на яйцо. — Как же так?

— Такова жизнь, маленькая госпожа, — покачала головой тень. — Кому-то её не прожить…

— Значит, когда я его к себе прислоняю, он сверкает? — спросила я.

— Видимо, это ваш огненный дар так действует, — сказал призрак. — Даёт силу грифону.

— А сколько времени нужно грифону, чтобы вылупиться из яйца?

— Девять месяцев… Постойте, маленькая госпожа, что вы задумали? Вернее, я догадываюсь, но не думаю, что у вас получится. Так не бывает.

— Вы мне говорили, что грифонихи, став дикими, яйца не откладывают. Вот яйцо, — я показала тени его, — значит, и в остальном вы можете ошибаться, господин Гор.

Я засунула яйцо под шубку. Будет, конечно, нелегко, но я что-нибудь придумаю. Нельзя же вот так сразу руки опускать… Тем более если есть шанс, нужно его использовать. У моего сына будет братец. Пусть пернатый, но зато им будет весело… как и мне.

Хорошо, что я не закрыла дверь на втором этаже на задвижку, поэтому сразу вошла внутрь башни в поисках, чем бы подпоясаться. В голове уже придумывался специальный пояс, в котором я буду носить яйцо.

— Вы упрямы, маленькая госпожа, — призрак летал за мной следом.

— Я понимаю риски, — сказала я, потуже затягивая шнур от балдахина, — но если есть возможность спасти жизнь, я буду бороться до конца.

Мой голос дрогнул. Я вспоминала маму, её последние дни… Усилием воли отогнала от себя горькие воспоминания.

— Всё, теперь я готова к работе. Наверху целый сугроб снега, который нужно перетопить. У нас ещё башня не вымыта, и мне не мешало бы вымыться.

— Буду молить богов, чтобы у вас всё получилось, маленькая госпожа, — мимика на лице призрака была страдальческой.

— Тут есть швейные принадлежности, господин тень? Мне придётся много шить, — я не собиралась напитываться его сомнениями.

— У госпожи Иниты была целый сундучок всякого, — кивнул призрак. — Она любила рукодельничать. Все гобелены в башне вышиты её рукой.

— Хорошо, значит, найдём всё, что нужно. А пока — снег!

Я устала.

Носила снег вниз по лестнице в большом ведре, перетапливала его в воду в двух больших котлах.

Нашла большую бочку, перекатила поближе к печи и после помывки сливала туда из котлов уже готовую воду.

Нашла внизу метлу и вымела всё пустое пространство, не касаясь нагромождений всякого хлама. Потом буду разбирать нужное и не очень.

Яйцо перекочевало под платье, так как шубку в башне я снимала. Пришлось ослабить шнуровку, а снизу опять подпоясаться шнуром. Увидев себя перед зеркалом, я рассмеялась:

— Сразу видно, что беременная. Главное, чтобы не выпало и не разбилось, — сказала я призраку.

— Грифонье яйцо не так просто разбить, — покачал головой призрак. — Защита у них магическая, укрепляет яйца так, что даже упади оно с большой высоты, не разобьётся.

Пол на первом этаже выметен и даже вымыт. Конечно, после того, как он стал подсыхать, образовались разводы, мыть его и мыть, но уже не так пахло пылью.

Я выпила процеженную воду и пристроила рядом с котлами небольшой котелок для нового взвара. Скоро ужин готовить, а я ещё не все свёртки от грифонов развернула.

Но пока весь снег с уступа не перетоплю, не успокоюсь. Дошли руки и до спальни. Подмела, вымыла пол. Нашла в гардеробной более-менее чистые простыни, хорошенько встряхнула их на улице от пыли. Стирать сегодня уже ничего не буду, да и воду нужно беречь. Соорудила себе постель на сегодня. Завтра же возьмусь за подушку и перину.

Замерла перед зеркалом, опять рассматривая себя.

— Посмотрите, он светится? — в который раз с тревогой спросила я тень.

— Оба светятся, — улыбнулся призрак. — Удивительно видеть такое. Две новые жизни рядом. Грифон и дракон. Но всё же огонь в печи лучше поддерживать.