Рассеять тьму

Глава 1

Несмотря на то, что половина сентября уже успела пролететь, стояла удушающая жара, не свойственная этому времени года. Я чувствовала себя как муха, очнувшаяся от долгой спячки раньше времени – весьма странно. Возможно, причиной плохого самочувствия стала не столько погода, сколько длительный стресс и стремительный перенос с одного места на другое.

Портальная арка перебросила нас с адвокатом из офиса Попечительского Совета прямиком на подвесной мост перед многоступенчатым длинным замком, где располагалась Магистратура Магии – конечный пункт нашего назначения.

Я с любопытством огляделась по сторонам.

Вокруг высились горы. Интересный ландшафт, сплошь и рядом состоящий из острых вершин. Местность напоминала распахнутую крокодилью пасть. Приходилось задирать голову, чтобы разглядеть высокие шпили башен, между которыми кляксами кружилось вороньё, издавая зловещее карканье.

– Мисс Старлинг? Поторопитесь. Мы опаздываем, – в раздражении смахнул с рукава несуществующую пылинку мой проводник. – В Департаменте проявили неслыханную щедрость, взявшись оплатить ваше обучение. Цените это. Советую укротить печаль, смирившись, наконец, с гибелью родителей и найти себе утешение в учёбе. Диплом Магистратуры даст вам возможность сделать блестящую карьеру на любом поприще, что весьма немаловажно теперь, когда рассчитывать вам, кроме себя, не на кого.

Из всего сказанного я услышала лишь одно и поспешила гневно возразить:

– Мои родители не погибли! Они пропали.

Адвокат в раздражении отвернулся.

Настроения возиться со мной, утирая мне слёзы, у него явно не было. Напротив, он сгорал от нетерпеливого желания как можно скорее сбыть меня с рук.

Вблизи замок выглядел несокрушимой крепостью. Мощные, древние, наложенные друг на друга охранные чары чувствовались без какого-либо дополнительного сканирования.

Огромные двери при нашем приближении распахнулись сами собой. Отворились с душераздирающим скрипом, напоминающим стон и действующим на нервы приблизительно так же приятно, как железо, скребущее по стеклу. Открывшееся пространство поражало габаритами, было величественным, масштабным и подавляющим. Атмосфера торжественная как в церкви во время мессы.

Если бы у меня был хвост, я бы сейчас его поджала. Никогда не любила большие, открытые пространства где живёт гулкое эхо.

Даже стены тут дышали надменным холодом. Всё в Магистратуре Магии отличалось фундаментальной основательностью, лоском и надменностью.

Поднявшийся нам навстречу из-за стола мужчин выглядел элегантно и обладал приятными манерами.

– Кай Мэйсон, – представился он, протягивая мне руку для приветствия.

Когда я её пожала, она была тёплой, сухой и твёрдой.

– Директор Магистратуры Магии и, по совместительству, ваш опекун, – улыбнулся он мне.

– Ну, ладно, – засуетился адвокат. – Я пойду. Мне уже пора. Надеюсь, у вас всё будет хорошо? Если что, непременно позвоните.

– Не беспокойтесь, – успокоил его директор. – Всего доброго.

– Если вам что-нибудь понадобится, мистер Мэйсон, немедленно обращайтесь ко мне. Я всегда к вашим услугам.

– Спасибо. Вы очень любезны.

Мужчины, пожав друг другу руки, расстались.

Дождавшись, пока за гостем закроется дверь, мистер Кай кашлянул, прочищая горло.

– Не стой на пороге, проходи, – обратился он ко мне. – Уже успела познакомиться с пансионом? Надеюсь, ты тут быстро обживёшься. Правила у нас простые. Мы стараемся делать всё возможное, чтобы ученики чувствовали себя если и не как дома, то, хотя бы, как можно более непринуждённо. Ребята разные, но в большинстве своём славные. Уверен, у тебя тут будет много подруг.

Выдержав недолгую паузу, мистер Мэйсон тихим голосом поинтересовался:

– Как я понимаю, ты ещё не готова смириться с трагическими событиями, случившимися в твоей жизни недавно?

– Вы говорите о моих родителях? – вздрогнула я.

– Да. О них. Вернее, как ни прискорбно, об их гибели.

– Я не уверена, что папа и мама погибли.

– Вероник, – мягким голосом продолжил директор, – их машину нашли дребезги разбитой.

– И что? Разбитая машина ничего не значит! Тел же не нашли? И вы вовсе не обязаны вести со мной подобных разговоров. Вы мне не родственник и не друг.

– Я твой законный опекун, – напомнил мистер Мэйсон.

Я видела этого человека в первый раз в жизни. Я не знала его. Он был мне абсолютно чужим. Слово «опекун» значило лишь обычное министерское крючкотворство, не более того.

– Плевать я хотела на ваши бумаги! – тихо прорычала я, давая ручейку гнева просочиться. – Спасибо, что встретили, что уделили мне минутку, но моя дальнейшая жизнь не ваша забота.

Я повернулась к двери с твердым намерением покинуть комнату.