Разбитые зеркала, или Прости меня, любовь моя

Глава 29

Таким образом был побежден родитель драконов. Милдред не жалел никого, ни своих, ни чужих. Противное существо выбралось из оков, в которые заключили его демоны, и наказал презренных существ. Теперь же огромная туша лежала неподвижно, и больше не могла повлиять на исход войны. Смерть Милдреда был первым шагом на пути к победе людского рода над орками.

Король победил, он с триумфом достал меч из ядовитой пасти жертвы. Осознав, что опасность позади, король бросился к своей королеве. Он выполнил свой долг, и заслуженно требовал свою награду.

- Вероника, - кричал король, подбегая к возлюбленной. – Вероника, ты здесь? Ты жива?

Я подлетел к стене водопада.

Послышалось слабое «да». Затем гневное рычание. Измотанный схваткой с драконом король мог напроситься на еще одну битву с магическим существом.

- Тише, Франциск. Тише, все хорошо. Успокойся, я только поговорю с ним. Умоляю, дай мне с ним поговорить.

Из объятий огромной черной кошки показалась уставшая девушка. Лицо ее было испачкано копотью и кровью, волосы запотели и свисали лапшой по спине, платье превратилось в лохмотья. Виктор с трудом узнавал свою Веронику. Однако, девушка жива. Король подскочил, и хотел было взять жену в объятья.

- Нет, Виктор, не трогай меня. Прошу тебя. – Девушка не подпускала к себе законного мужа. Она боялась, что Франциск разорвет короля на кусочки, если тот хоть пальцем к ней притронется. Или напротив, опасалась смерти любимого.

Виктор же обратил внимание на раны Вероники. Должно быть в них также была причина холодности королевы.

- Сейчас-сейчас, я помогу тебе, - заторопился Виктор. Ему хотелось, как можно скорее избавить свою любимую от страданий.

Король поставил перед собой магический посох, и камень на вершине трости загорелся золотым светом. Несколько староязычных заклинаний, и все раны Вероники, Екатерины, Франциска, да и самого Виктора, не нанесенные прямым пламенем ядовитого дракона стали волшебным образом затягиваться.

Екатерина стояла в стороне. Она также пришла в себя, после того, как король излечил ее ожоги и ушибы. Только испуг, перенесенные испытания так сильно повлияли на девушку, что от присущей ей самоуверенности и властности на этот раз действительно не осталось и следа. Она боялась сказать хоть слово. Ничего теперь не будет зависеть от нее. Ничего и никогда не зависело.

- Нам нужно выбираться от сюда, - Веронике не хотелось ждать, когда король вновь предпримет попытку прикоснуться к ней.

Виктор хотел было помочь своей возлюбленной, вынести ее из темной, холодной и сырой пещеры на руках. Но та отмахнулась:

- Помоги Екатерине. Я должна помочь Франциску. Его раны нанесены пламенем Милдреда. Твоя магия не поможет ему.

И в самом деле, несмотря на то, что некоторые ожоги и кровоточины затянуло, крылья льва по-прежнему оставались переломанными, с прорезями и проплешинами. Само чудовище вело себя понуро, и пускай шипело на Виктора при малейшем обращении к Вероники, видно было, что у Франциска силы на исходе.

Виктор взял под руку Екатерину и повел девушку к выходу. За ними неспешно шефствовала королева со своим верноподданным. Солнечный свет ослепил их глаза.

- Виктор, послушай меня. Мы с Франциском должны отдохнуть, прежде, чем отправиться в путь. Лев еще слишком слаб, чтобы лететь. Но тебе нужно увести отсюда Екатерину. Я обещала ее матери, что верну ей ее дочь. Поклянись, что увезешь ее отсюда.

- Но, как же ты? – Виктору совсем не хотелось следовать пожеланиям жены. Ему плевать на Франциска и Екатерину. Ведь главная – Вероника. О ней он хочет заботиться. Это ради нее он убил дракона. Ради нее он остался жить.

- Ты храбрый, Виктор. Ты очень сильный – тебе под силу восстановить мир в Эгелии. Такова твоя судьба. Но позволь мне самой позаботиться о себе. Пожалуйста, перестань думать только обо мне. Ты король, а это обязанность. Прими ее на себя – спаси Екатерину. Спаси каждого жителя Эгелии. Это наш с тобой долг, спасать других. Такова наша судьба. Прекрати думать о себе – делай то, что ты должен.

Виктор понимал, что его маленькая, хрупкая, но такая храбрая женушка права. Она права, что королю не должно думать только о себе.

- Я не могу, - воспротивился король.

- Так надо. Виктор, пойми. Франциск не станет слушать никого, кроме меня. Пока я с ним, я в безопасности. Оставь же мы с ним Екатерину – ничего хорошего не выйдет. У нас нет другого выхода. Бери Екатерину и летите. Очень скоро мы догоним вас.

- Хорошо, - нехотя сдался Виктор. – Но, позволь хотя бы поцеловать тебя?

- Нет, - сокрушенно замотала головой Вероника. – Если ты сделаешь это – Вы убьете друг друга.

И тут Виктор заметил, какими глазами смотрел огромный крылатый лев на Веронику. То глаза не просто верного помощника, каким обычно смотрят на хозяев пегасы. Глаза влюбленного мужчины. И должно быть смутное подозрение закралось в сердце короля. Он догадывался. Но абсурдность предположения очень скоро заставило короля послушать разумные доводы жены, и отправиться в путь с Екатериной.

Я последовал за Виктором. Моя клятва требовала, чтобы я во всем ему помогал. Я указывал путь ангельскому пегасу, и очень скоро вернулся в свое родовое поместье.

- Мама! – закричала, рыдая Екатерина. Вот Виктор и выполнил клятву, данную своей жене.

Король обернулся к ангельской звезде, но сквозь туман не было видно ни летящего льва, ни даже пролетающей по небу птицы. Лишь дым и облака.

- Она не вернется, - с догадкой вымолвила Эльза. Она обнимала Екатерину, радуясь, что к ней вернулась ее дочь. Но она не могла не смотреть на сына. Ведь и он тоже вернулся к ней.

Король зло обернулся на голос Эльзы. Гнев обуял его, нельзя было допустить такого жестокого обмана.

Эльза начала защитное нападение:

- Ты любишь ее, я вижу. Но спросил ли ты хоть раз, любит ли она тебя? Если бы ты сделал это, то узнал, что сердце той девушки несвободно. Не ищи ее, она больше не твоя судьба. Твоя судьба – спасти Эгелию от смерти.