Разлучница. Я тебя не отпускаю

Глава 3

– Так, заходи, – хватаю Киру за руку и втягиваю в офис. – И рассказывай, – приказываю сурово.

– Не смотри так на меня, – ее губы кривятся от слез, а мне становится ее жаль. – Я не со зла. Не со зла, Вик, правда. Я… я… – судорожно всхлипывает и слезы крупным горохом катятся по ее щекам.

Она не выдерживает моего взгляда и закрывается ладонями, а я глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, напоминая себе, что она беременна.

– Давай сядем, – предлагаю мягко. – Только смотри под ноги, умоляю…

– Ступеньки, – добавляет плаксиво. – Помню.

– Обещаю, я не буду злиться, что бы ты не сказала, – успокаиваю, когда мы располагаемся на диване.

– Это ты сейчас так говоришь, – бубнит Кира себе под нос.

– Бить точно не буду, – хмыкаю и показываю припухшие костяшки и ссадины на двух из них.

– Что это?! – ахает Кира, осторожно взяв меня за запястье. – В смысле, откуда?! Ты подралась? Но с кем? У тебя неприятности? Ты поэтому вернулась? Да где же Валька, когда он так нужен?!

– Ты иногда такая сорока, – констатирую очевидное, а Кира поджимает губы. – Со мной все в порядке. Рассказывай, пока я не начала тебя пытать.

– Можно я сначала извинюсь? – шепчет и снова грозится сорваться в слезы. – За таблетки. Валя мне рассказал… я не хотела, чтобы все так, Вик. Мне ужасно, ужасно жаль! Я думала мы, ну… станем одной большой семьей.

– Шведской? – не удерживаюсь от колкости.

– Да плевать мне как это называется, – дуется Кира и мнет руки.

И только в тот момент я замечаю, что на ее безымянном пальце нет обручального кольца. Машинально тянусь к ее руке, осторожно касаюсь, все еще думая, что зрение меня подводит.

– Нет, – шепчу, чувствуя, как ускоряется пульс.

– Да, – шмыгает носом Кира. – Я не была беременна. Я тебя обманула, опять. А его не удалось, Валя сразу догадался. Точнее, заранее… домой вернулся с тестом. Когда я сообщила новость, попросил сделать еще один. Я, конечно, возмутилась… – мои глаза расширяются с каждым ее словом, что она прекрасно видит и опускает голову. – Не осуждай меня. Не осуждай, ты любишь его не меньше. Но ты сильная, выносливая, решительная, а я – тряпка. Всегда такой была. И я не могу быть одна, я… я не умею быть одна. Но я не дура. И прекрасно понимала, что вы… что рано или поздно окажусь за бортом, потому что то, что было между вами… такую связь невозможно разрушить. Спите вы вместе или нет, неважно. Я хотела быть его женой и твоей подругой. Чтобы мы все вместе были. Чтобы…

– Это так тупо, Кир, – говорю единственное, что приходит в голову. – Как можно желать делиться с кем-то своим мужчиной, своей семьей, своим счастьем?

– Как можно отказаться от всего? – поднимает голову и сталкивается со мной взглядом.

Сидим, таращимся друг на друга, пока ручка двери не опускается и не влетает Федор с пистолетом в руках. Кира быстро оборачивается, а потом вдруг прыгает на меня, валя навзничь. А я прыскаю и начинаю смеяться сквозь слезы.

– Что? – бормочет Кира, приподнимаясь. Сначала на меня смотрит, потом вновь на дверь оборачивается, потом злится: – Чего ты ржешь?!

– Обижаться на убогую – грешно, – выдавливаю через хохот.

– Так, я на улице, – сообщает Федор и тактично выходит.

– Кто этот парень? – подрывается Кира. – Он с тобой? А ты с ним? Только не говори мне, что ты с ним! Нет, он, конечно, очень даже ничего и весь из себя такой деловой, но как же Валя?! Ты спятила променять Валю на какого-то левого парня!

– Ты хотела сказать, твоего мужа, – поправляю, садясь и вытирая щеки.

– Муж, – фыркает Кира. – Он даже на развод не пришел. Прислал какого-то представителя с кучей нотариально заверенных бумажек.

– Когда это было? – хватаюсь за соломинку.

– Месяц назад. Ровно через тридцать дней после того, как вы вернулись. Я ничего не понимаю, – всплескивает руками и оседает на диван. – А как же твой Костя? Что там вообще случилось?

– Второго аборта по медицинским показаниям тебе мало? – приподнимаю брови, а она отводит взгляд. – То-то и оно.

– Получается, ты уехала из-за моего звонка? Из-за того, что я сказала о беременности? – опускает уголки губ и выглядит очень несчастной.

– Конечно, – не собираюсь облегчать ее состояние.

– А я побоялась, что после этой поездки, ну… вы меня бросите. Хотела выиграть время, в самом деле забеременеть, но… ужасно получилось, Вик.

– Ты такая дуреха, – вздыхаю, но злиться на нее не могу. Не могу и все тут. – Тигрица, – фыркаю, вспомнив, как она убрала меня «с линии огня».

– Да ну тебя, – толкает мое колено своим, но сама с трудом сдерживает улыбку. – Так где наш детектив?

– Ну уж нет, дорогуша, – останавливаю ее резко. – Мой. Детектив – мой. Тебе, вон, Федю могу подогнать. Правда, придется поднапрячься, он считает тебя невменяемой.

– Ты ему рассказала?! – ахает возмущенно. – Это же личное! Только между нами!

– Хрена се ты деловая, – поражаюсь ее логике и хлопаю ресницами.

– Ну а что? – мямлит, опустив глаза в пол. – Слушай, ну это получается, надо просто подождать, когда он вернется, да? Наверняка расследование какое-то, как обычно.

– Обычно он берет меня с собой. А в этот раз только уведомил, что не отпускает.

– Так и написал? – мурлычет игривой кошечкой. – Как романтично…

– Ты – балда, – шикаю на нее и толкаю подушечками пальцев в лоб. – А Валю надо найти. Паршивое какое-то расследование, раз он на связь не выходит уже больше месяца и в офисе не появляется. Боюсь, как бы чего не случилось…

– Господи, – лопочет Кира с ужасом, а я кричу, не предупредив:

– Федя!

Кира дергается и хватается за сердце, падая спиной на спинку дивана, а дверь распахивается и вальяжно проходит мой бравый охранник с крошечным пакетиком из аптеки в руке. Удивительно, что умудряется при этом не выглядеть глупо.

– Он развелся, – сообщаю с широкой улыбкой, спрятать которую даже не пытаюсь, – а она не беременна и не была.