Развенчанные. Зрелая леди в ссылке

Глава 18.

Что же, Дерек в своем репертуаре. Вместо того, чтобы договориться вне суда и не выносить королевское белье на публику, он собрался разнести палату и… Что? Взять меня силой? Расплавить мне мозг? Но это же нельзя проделать незаметно. Через два дня первое слушание.

Я отступила еще дальше. Здесь стояла защита на применение магии. Короля она не останавливала, а меня — да. Когда он вломится внутрь, можно начинать кричать. Но сколько секунд у меня будет?

— Да, тебе повезло, дорогая. Я не пошел войной на Ланвиль. Еще сто лет назад это было бы единственное верное решение. Но сейчас сбежавшей женой никого не удивишь. Хотя большинство монархов сочли, что я тряпка. Набеги на островные колонии участились. Так что мне было чем заняться... Что до тебя, то я не сомневался, что Кристиан быстро наиграется. А он, бац, женился.

Он так и держал руку на стекле. Однако нажим не усиливал.

«Хватит, — хотелось взмолиться мне. — Давай поговорим, как два человека, которые не хотят друг друга убить. На Вилле у нас ведь почти получилось».

Но в том-то и дело, что мы оба изображали равнодушие. А сейчас — никакой больше осторожности. Маски сброшены. Лишь необходимость додавить и доказать свою правоту. Прошли те годы, когда мы берегли один другого. Впрочем, результат... вот он. Стоит напротив.

— Ты поступил единственно правильно. Если бы ты напал, я бы вернулась, но кому от этого стало бы легче… То, что разрушено, не вернуть обратно, Дерек. Ты прекрасно справился…

— Заткнись, Лия. И говори уже наконец правду. Ты спала с князем? На острове он дал понять, что… Это неважно.

Я уселась обратно на кровать. Остаточная ярость еще пульсировала в висках. Я пока не научилась двигаться плавно и больно дернула сломанную руку. Жгут на левом плече удерживал ее на весу, а правильный угол сгиба регулировал ортез из двух частей.

Операция была непростой. Кость собирали и вправляли на место. Открытую часть раны убрали в дышащую ткань, подозреваю, чтобы не пугать меня.

Апатия накатила внезапно, и скорее всего Дерек не имел к ней отношения… Пусть делает, что хочет. Я устала с ним бороться. Однако я обещала детям, что все будет хорошо, мы скоро встретимся... И от Тобиаса я не отступлюсь. Только еще немного отдохну.

— Прекрати стонать. Я даже не давил на тебя. Отвечай.

— Это не имеет никакого значения, Альтерон. Я могла спать с ним или, как ты сказал в каюте, с любым другим… Наш развод совершен по всем правилам, не урегулированы только имущественные и наследственные вопросы.

— Нет, дорогая, это ключевое. Леграны подали запрос на разбирательство по факту нападения. А ты, как пробудилась, добавила требование закрепить твои права. Я позволю этому балагану состояться только при одном условии — если на нем я не буду объявлен рогоносцем. По закону Эльсаира, мы активируем артефакты правды. Так что подумай хорошенько. Если ты меня опозоришь, я даже не стану слушать блеяние про твои свободы и запру, объявив сумасшедшей.

Мне показалось, что стены смыкаются сверху. Клаустрофобия всегда возвращалась без предупреждения. Нельзя истерить, иначе меня начнут лечить еще и от стресса, и тогда на суд я точно не попаду.

Однако подозрительно, что Дерек настолько уверен в себе. На Эльсаире ранее поддерживалась независимость судебной системы.

Но, в общем, это были последние связные мысли. Я задыхалась от возмущения.

Этот жеребец-производитель и не собирался скрывать свои измены в браке. Он с удовольствием о них расскажет в суде, потому что это было якобы нормальным. А мне полагалось знать свое место, изображая нечто воздушное и прекрасное, пока он справлял свои базовые надобности.

Разумеется, я знала, какого ответа он ждал… Да-да, Дерек, я была настолько больна и подавлена, что и не смотрела на мужчин.

Вместо этого я подперла щеку здоровой рукой и выпалила:

— Я ненавижу тебя, Дерек. Не представляю, как можно было так ошибиться. Все, что я считала в тебе мужественным, на самом деле говорило лишь о том, что ты животное. С кем я проводила и буду проводить ночи — вообще без разницы. Лишь бы не с тобой. Ты выделишь мне долю, как это положено у нас в роду, а потом женись на любой из своих… Да хоть на всех сразу.

Дерек оскалился. Он наклонил голову набок, а руки спрятал в карманы сюртука. Вот только на запястьях заклубился дым.

— Это же как тебя разносит, Лия. Моя белоснежная скукоженная инжиринка. Ты в жизни не смела меня провоцировать. Так и скажи, что соскучилась и испугалась, что получишь лишь то, что заслужила — равнодушие и забвение.

Его лицо пересекла неровная улыбка, подчеркивая небольшую природную ассиметрию.

— Я же понимаю, зачем ты решила вернуться и зачем полезла в каюту. Но вместо того, чтобы проявить свою удивительную договороспособность — помнишь, как ты была согласна на все в нашу первую встречу? — ты показала зубки. Мне. После того, что устроила… Ты же не дура… Почести, о которых ты говоришь, касаются королевы-матери или вдовы брата. А бывшая жена — это подземелье или плаха. Я вот не помню ни одного «мирного» развода.

Я продолжала сидеть на высокой койке, не доставая ногами до пола. Наверное, моя улыбка не так сильно отличалась от его. Какого еще признания он от меня добивался — что я планировала переворот?

Дымные кольца появились вокруг его шеи. Долго сдерживаться он не сможет. А затем… ну, наверное, убьет.

— Я принесла тебе территорий в десятки раз больше, чем те, на которые ты мог претендовать. Я помогла объединить земли. Подданные поверили в союз света и тьмы. На Эльсаире воцарился мир. Затем я отказалась от всего в твою пользу… И это все, чем ты смог меня отблагодарить? Бесконечные любовницы, насилие в спальне и предложение отправиться на эшафот?

— Нет, любовь моя, не все. После твоего бегства простить тебя я не имею права. Но в качестве милости разрешу вернуться во дворец и тихо доживать свой век. Ни один развод среди высшей аристократии недействителен без подписи короля. А я этот документ не подписывал… Я был идиотом, отгораживал тебя от реальности и позволял творить, что вздумается. Но теперь, чтобы иногда видеться с мальчишкой, которого тебе заблажило усыновить, чтобы спасти от тюрьмы своих теток, кузин и пару кузенов, придется постараться. Сюсюкать с моими мальчуганами и девчонкой. Мирить их мамаш, слушать бабские дрязги. Рядом с миртой дети растут здоровее. И Габриэла так сокрушалась, что вы не успели подружиться… Я тебе не мил? Замечательно. Мне тоже твоя тощая тушка без надобности. Но никаких любовников, сухофруктик. Ты будешь служить семье и с самой добродушной мордой варить мне утренний кофе. Мне и моей женщине.