Развод. Чужой ребенок

Глава 15

- Инна…

Я даже не успеваю следить за сменой ее настроения и тем, как она резко высказывает все на одном дыхании.

- Ты услышал меня? И твоя помощь в любом виде, мне и ребенку будет не нужна. Только посмей прислать деньги или купить игрушку. А что ты им скажешь, мне плевать. На этом все.

- Послушай, я не хочу…

- Не хочешь? Тогда я уезжаю обратно, а ты разбирайся со всем сам, - отрезает.

Сестра проходит мимо меня с таким напором, что в пору отшатнуться, чтобы не задело, но я останавливаю ее и обхватываю плечи руками.

- Остановись… - но Инна сопротивляется. – Да стой же ты.

Она смотрит на меня лишь долю секунды, затем отворачивается, больше не вырываясь из рук.

- О чем ты говоришь? Ты прекратишь со мной общаться? Со всей семьей?

- С тобой уж точно. Если я и соглашаюсь на это безумие – не жди от меня улыбок и воскресных ужинов. Не жди, что твои дочери… Господи… Я ненавижу тебя за то, что ты втянул меня в это. Я так сильно тебя ненавижу…

Обнимаю сестру и ненавижу себя вместе с ней. Но я знаю одно: все в итоге будет хорошо.

И я был прав.

Процедура удочерения прошла быстро.

Недоношенный ребенок – это нехорошо. Но нам сыграло на руку. Месяц как раз и ушел на все документы.

Встречаясь с сестрой, мы говорили только по делу. Даже на вопрос, как дела, она не отвечала, будто и не было этих вопросов.

Но первая встреча с девочкой в больнице все решила.

Я видел, как она смотрела на младенца. Я видел, как прорастали нити любви и тянулись от нее к лежащей в боксе малышке. Инна обожает детей и была лишена этого счастья по воле судьбы или природы, я не знаю. Я не говорю, что чудотворец. Она бы, итак удочерила ребенка в итоге. Я говорю о том, что я поступил правильно в отношении Инны.

Мы близнецы, и я очень надеюсь, что Вера (так назвала ее сестра), будет похожа на меня, а значит, и на нее тоже.

Это была суббота.

День, когда Инна приезжает из города и предъявляет всем своего новорожденного ребенка.

Ее выходное пособие с работы составило немало денег. Поэтому она позаботилась о съеме однокомнатной квартиры подальше от дома наших родителей заранее. А так как мы все жили в одном районе, то и от нас с Милой тоже. Мне помочь она так и не позволила, покупая все для ребенка сама.

Настроение между мной и сестрой не изменилось ни на миллиметр. Я решил дать ей выдохнуть. Слишком много сейчас происходит и будет не меньше, ведь семья не даст покоя.

Уехав в обед, я отправил Милу и Оксану к родителям, под предлогом сюрприза. Затем «поехал встречать сестру».

Как и предполагалось, эмоций было слишком много.

Первые вопросы о том, почему не сказала, поутихли и настало время знакомства с новым членом семьи поближе.

Когда подошла очередь Милы, Инна словно задрожала и повернула свою голову ко мне. Но я уже существовал в ином измерении и просто отвернулся, не в силах на это смотреть.

Сейчас, как никогда раньше, я хотел заорать свою правду и оборвать этот порочный круг, в который вошли все мои родные люди.

- Боже, Инна, она такая замечательная. Так похожа на тебя. Только посмотри на малышку Оксан. Это твоя двоюродная сестренка – Вера.

- Такая маленькая. Привет, Вера, - сказала моя дочь.

Я ринулся из дома, но был остановлен у самого выхода рукой, опустившейся на мое плечо.

Отец, как оказалось, решил выйти со мной.

- Ну и что с тобой?

- В каком смысле?

Пришлось отойти и встать боком, чтобы не смотреть ему в глаза. Это действие мне приходится делать все чаще.

Стыда и вины так много, что я уже не знаю, что с этим всем делать.

- Сам не свой. К сестре холоден.

- Да, - пнул камень ногой. – Поссорились.

- Почему?

- Пап…

- Мне она тоже ничего не сказала. Матери, Миле… никому. И все рады.

- Я рад.

- Но…?

- Неважно, отец. Помиримся, ты же знаешь.

- Не порть этот день. В нашей семье новый человек, и это маленький ребенок.

- Обещаю.

Он уходит, а я остаюсь стоять там и смотреть на потемневшее небо, которое грозит сильным ливнем с грозой. Идеально.

Разворачиваюсь и смотрю в окно, наблюдая за тем, как моя жена держит на руках ребенка, который сотряс мой кое-как устоявший мир. Я верю в лучшее, но где-то там… в глубине души меня пугает то, что, возможно, грядет.

5 лет спустя

Каждый день я ждал что-то, что сокрушит мой брак. Что разрушит все, что было выстроено за годы брака с Милой.

Но годы шли вперед.

Моя красивая жена становилась все краше, привлекательней. И я любил ее всем своим сердцем.

Инна любила свою дочь. Мы, в конце концов, смогли прийти к тому, что можем делать вид для остальных, что мы в ладу. На самом же деле она так и не простила меня за весь обман, который она продолжала нести за своим счастьем материнства.

Я видел это. Но был уверен, что она ни за что не поменяет эту жизнь на другую.

Мое отношение к ребенку никак не поменялось. Я не чувствовал отцовской привязанности, как к Оксане. И это в какой-то степени даже успокаивало Инну. Она переживала, что в один момент я все решу переиграть, в чем мне приходилось ее разуверять раз за разом.

Нашей дочери с Милой исполнилось четырнадцать и справляться с подростком оказалось сложным делом. Но что было в моей любимой женщине идеальным, так это ее мощная сила, которой она закаляла остальных. Она умела быть разной для всех. И для Оксаны в итоге нашла свой подход.

Мне оставалось смотреть и когда попросят вмешиваться.

Моя семья оправилась после тех событий пятилетней давности, я старался сделать то же самое.

Но один день перечеркнул все. День, когда Инна и отец ехали на машине домой. Оксана, Мила и Вера, которую сестра оставила у нас в это воскресенье на пару часов, сидели в гостиной и что-то бурно обсуждали. Я возился у машины в гараже.

Так как там плохая связь, мне дозвониться мама не смогла. Но удалось до Милы, которая вышла ко мне со слезами на глазах и сказала, что произошла авария. В ней погибли люди.