Развод. На цыпочках к счастью

Глава 6

— Ты зачем пришла? Я же сказал ждать, — шёпотом говорил мой муж в прихожей с кем-то, скорей всего с Машей.

— Я устала ждать. Почему на звонки мои не отвечаешь? Что я должна думать? — тоже шёпотом проговорила она.

— Я специально на беззвучный поставил, знал, что ты трезвонить начнёшь…

«Ну прям разборки мужа и жены», — горько усмехнулась я про себя.

Неужели и в самом деле думают, что я их не слышу? Пора и мне вмешаться в их спор.

К тому моменту, как я вышла в коридор, Саша выпихнул Машу за порог и захлопнул дверь.

— Кто это был? — наигранно поинтересовалась я.

— Да так, квартирой ошиблись, — нагло соврал муженёк и почесал затылок.

В этот момент в дверной звонок снова позвонили. Сашка опять занервничал: его растерянный взгляд метался от двери ко мне.

— Ксюш, ты иди, я разберусь, — продолжил он ломать комедию.

— Впусти уже её, вместе разберёмся, — сказала я, опершись спиной о стену и скрестив руки на груди.

Сашка переменился в лице и открыл дверь, щёлкнув замком. Вошла зарёванная Машка и сразу начала мне выговаривать претензии:

— Отпусти его, Ксюш! Я люблю его!

Сашка что-то буркнул под нос, отвернувшись, а Машка, сложив руки в молящем жесте, продолжала:

— Ксюшенька, прошу тебя, ну, пожалуйста, не держи его.

— Да вот он, забирай! — не выдержала я и ушла в спальню. — Театр абсурда какой-то, — ворчала вслух, выбрасывая вещи мужа из шкафа.

— Ты что это делаешь? — спросил Саша, войдя следом.

— А ты не видишь? Твоя любимая женщина пришла за тобой, вот, помогаю тебе собраться, — ответила я. Пройдя мимо него, пошла за чемоданом, что хранился у нас в кладовой.

— А меня ты спросила? — возмутился «благоверный», опять идя за мной.

— Саша, но ты же… — начала говорить бывшая подруга.

— Помолчи! — пресёк он её.

— Как ты с любимой женщиной разговариваешь? — нарочито упрекнула его я, вынимая чемодан из кладовки.

— Ксюш, мы же с тобой всё выяснили.

— А что мы выяснили? — остановилась я с чемоданом в руках.

— Ну что… — он вдруг замолчал и покосился на Машу.

Сама Маша выглядела маленькой девочкой, у которой отняли любимую игрушку. Стояла с таким видом, словно вот-вот заплачет.

— Так что мы выяснили? — продолжила я его пытать.

— Ну что мы пока не будем расходиться, — с трудом выдавил он из себя и опять покосился на мою бывшую подругу.

— Как же так?! — воскликнула Машка. — Ты же сам говорил, что больше её не любишь, что живёшь с ней из жалости, что она без тебя пропадёт.

— Что?!!! — взорвалась я. — В смысле пропаду? — уперев руки в бока, уставилась на «благоверного».

— Я ж тебя содержу, забыла?

— Этому ты способствовал, ты заставил меня уволиться!

— Только не говори, что тебе не нравится на моей шее сидеть.

— Честно? Не нравится. И никогда не нравилось. Я тебе угождала, забыв про собственные амбиции. Теперь, думаю, зря я это делала. Ты мои жертвы никогда не ценил. Никогда не думала, что скажу это, но спасибо тебе, Маша, я хоть истинное лицо муженька увидела. Эгоист с большой буквы, ещё и лгун, как выяснилось, — посмотрела я на бывшую подругу, у которой от удивления вытянулось лицо.

— Ах вот как! — возмутился муж. — Знаешь кто ты после этого?

— Кто? — встала я перед ним, поставив руки в бока, давая понять, что ни капли его не боюсь.

— Дрянь ты неблагодарная!

— Вот и замечательно, иди к благодарной, — рассмеялась я и, подняв чемодан, снова понесла его в спальню. — Машунь, пошли помогать, вместе быстрее управимся! — позвала я бывшую подругу.

Машка, опомнившись, пошла за мной, а Сашка, психанув, ушёл на балкон.

— Ксюш, прости, что всё так вышло, — мямлила подруга, аккуратно сворачивая и складывая вещи моего благоверного в чемодан.

— Лучше молчи, не хочу ничего слышать. Забирай его и уходи, — пресекла я её попытки оправдаться передо мной, и продолжила выкидывать вещи мужа из шкафа.

Саша и Маша ушли, а я, оставшись одна в квартире, вдруг почувствовала такую тоску и опустошение внутри, что захотелось реветь белугой.

Мне так стало жаль потраченные годы на, по сути, пустую семью. На то, сколько сил и времени я потратила на неверного мужа. И ведь я искренне его любила!

А он… он лишь принимал мою любовь и требовал от меня постоянных жертв: «Что-то ты поправилась, ну-ка быстро на диету, а то брошу, уйду к стройной» — частенько слышала от него слова.

И я садилась на диету, каждый день изнуряла себя тренировками, хотя поправилась-то всего на пару килограмм, но ради того, чтобы нравиться мужу, готова была на всё

Как выяснилось, плевать ему на стройность, Машка, между прочим, пышка, она никогда не парилась по поводу лишнего веса. Её он почему-то диетой не изнуряет.

«Ты зачем так намалевалась? Ты с подругой в кино пошла или на свидание к мужику?» — слышала я упрёки, когда видел, что я накрасилась и оделась красиво, потому что мы с Машей в кои-то веки решили развеяться, кинотеатр посетить.

Я, глупая, даже завидовала подруге, что она могла делать, что хотела, не оглядываясь на мнение мужа. А она, оказывается, завидовала мне.

«Какая ещё работа? Так и скажи, что задом крутить перед мужиками хочешь, в строительстве их много», — говорил мне Саша на моё желание устроиться на работу.

Даже к себе в фирму брать не хотел.

«Ну вот ещё! Дома вместе, на работе вместе, надоедим другу другу, Ксюш», — так он отшучивался от моей подобной просьбы.

В общем, как бы я ни старалась для мужа, ему всё же чего-то не хватало, раз налево пошёл. А может, делал это всегда, просто я не знала.

И про их роман с Машкой бы не узнала, если бы вняла её просьбе и не приехала её поздравить. А ведь была мысль не приезжать, подарить подарок задним числом. Теперь понимаю, что поступила правильно. Иначе так и продолжала бы жить в неведении, верить в сладкую ложь.

Как же это всё гадко! Обняв себя, снова ощутила лёгкую боль локтевом сгибе. Небольшой синячок снова напомнил, что мне что-то ввели в вену. Снова вспомнила какого-то мужчину, его вопросы ко мне и боль от укола. Скорей всего это был врач. Не думаю, что Ваня сам бы мне что-то вводил. Что со мной всё-таки было? И почему Ваня меня не в больницу отвёз, а к себе домой? Надо бы задать ему пару вопросов, но мне почему-то не хотелось его сейчас видеть. Почему-то стало стыдно. Напиться всего с одного бокала — это надо суметь. В другой раз его спрошу об этом, если снова встретимся.