Развод. На цыпочках к счастью

Глава 14

Ах вот в чём дело! Он приревновал меня к Ване! Снова заиграло чувство собственности, проснулся дух соперничества. Понятненько…

— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и безразлично. — Мы с Ваней встретились недавно. Просто хотели с ним по-дружески поужинать. Если бы ты не устроил тут… Я ведь реально думала, что мою квартиру грабят, — вспомнила я вчерашний инцидент.

— Какая же это кража? Я забирал своё! Всё куплено на мои деньги! — возмутился Сашка. Посмотрев на моё строгое лицо, он тут же исправился: — Ну ладно, оставь всё себе… Мы ведь с тобой не разведёмся, верно?

Он снова потянул ко мне руки. Я опять шарахнулась от него, как от прокажённого.

— Прекрати! Ещё раз тебе говорю — не трогай меня! Предупреждаю!

Сашка убрал руки, тяжело вздохнул, поднялся и пошёл в зал.

— Вещи ты мне всё-таки постирай! — крикнул он оттуда.

— Ага, щаз-з-з-з, — тихонько ответила я, с трудом сдерживаясь, чтобы не сказать что-нибудь нелицеприятное.

— И кофе мне завари! — продолжил он командовать.

— Сам заваришь! — огрызнулась я и отправилась в ванную, загружать-таки стиральную машину, а то ведь в самом деле не уйдёт.

Эх, заставить бы его самого стиркой заняться, так ведь он не знает с какой стороны к машинке подойти! Ещё поломает тут что-нибудь.

С раздражением забросив его вещи в стиралку, я только включила её, как появился Сашка. Облокотившись на косяк, он недовольно заявил:

— Ксюш, может, пожрать всё-таки сделаешь, а? Ну кишки сводит.

Я взглянула на него снизу вверх, сдерживая раздражение.

— Я тебе больше не прислуга. Пожрать, заварить кофе — всё это ты можешь сделать сам. А я ухожу спать, мне утром на работу. Всё, дай пройти.

Сашка, ворча что-то себе под нос, отодвинулся от дверей. Я вышла и с силой захлопнула за собой дверь спальни. Ещё на всякий случай придвинула к дверям тумбочку. А то мало ли, от него теперь всего можно ожидать.

Сняв халат, я упала на кровать в надежде, что мне удастся поспать хотя бы пару часов. Утро вот-вот наступит, начинало светать. А я ещё даже часа не поспала. Гроза за окном, к счастью, уже прошла. Наступила полная тишина. Со всем этим скандалом я и не заметила, что погода устаканилась, и у нас в квартире вроде стало спокойно. Сашка перестал брякать на кухне и ушёл в зал. Только я снова начала задрёмывать, как снова проснулась от неприятного звука — от скрежета тумбочки по полу.

— Ксюш, ты чё там, забаррикадировалась, что ли?! — донесся до меня голос Сашки.

— А тебе чего опять надо?! — возмутилась я, вскакивая с кровати.

— Ксюш, мне холодно и одиноко, — заныл он.

— Чего?! — возмутилась я ещё громче. — Там плед есть!

— Ну, тонкий он, плед… Мне одеяло нужно. И чтобы ты была под бочком…

— Ты в своём уме?! Я тебе сказала: в спальню — ни ногой!

— Ксюш, ну чего ты опять начинаешь? Я соскучился! И ты, я уверен, тоже! Только вредничаешь!

Всё, мне это надоело! Сегодня мне точно не поспать. Я, поднявшись с кровати, с силой отодвинула тумбу обратно к дверям. И скорее всего прищемила что-то Сашке, потому что он громко вякнул. А мне уже всё равно — что там я ему сломала: палец или нос.

— Больно же! — пожаловался он за дверью.

— Ничего, до свадьбы заживёт…с твоей Машкой, — проворчала я и начала одеваться. Надо мне уходить отсюда, иначе он не оставит меня в покое.

— Ксюш, ты куда? — возмутился Сашка, когда я, одетая в джинсы и свитер, прошла мимо него в прихожую.

— Куда угодно, лишь бы подальше от тебя, — проворчала я.

— Ксюш, так ночь на дворе! Не страшно?

— Такси работают круглосуточно, гостиницы тоже, — отрезала я.

— Вообще-то, гроза надвигается.

— Она уже прошла.

— Новая идёт. А ты боишься грозу, я знаю, — хитрый прищур появился на лице мужа. — Может, давай, как раньше, обнимемся? Я тебя убаюкаю, никакая гроза не будет страшна.

— Знаешь что? Иди-ка ты… — послала я его, обувая кроссовки. Прихватив куртку, вышла из квартиры, громко хлопнув дверью. — И да, когда я приду вечером — чтобы тебя здесь не было! — громко сказала я ему через замочную скважину, чтобы точно услышал.

Выйдя на улицу, я застегнула куртку до подбородка и поёжилась, посмотрев на тёмное небо. Тут Сашка оказался прав — надвигалась новая гроза, и, похоже, гораздо страшнее прежней. Снова поднялся сильный ветер, срывая с деревьев пожелтевшие листья. Лужи были глубокие. Я, шагнув в одну из них, случайно провалилась, промочив кроссовки.

Чертыхнувшись, я доковыляла до скамейки, которая тоже была мокрая, подложив сумку, уселась на неё и, подняв ноги, сняла кроссовок, в который попало больше всего воды. Вытряхнула из него остатки, и снова его надела, хоть и было неприятно. Но босиком ещё неприятней, к тому же сейчас сентябрь, ночи холодные.

Да что ж такое-то? Куда я теперь в таком виде?

Домой возвращаться не хотелось, и в гостиницу тоже. Да и смысл? Пока оформлюсь, пока в номер зайду… там уже на работу надо будет.

Где-то вдалеке сверкнуло. Я инстинктивно сжалась, ожидая грома. Громыхнуло. Трясущимися руками я достала из сумки телефон и начала звонить Ване. Больше некому. Друзей у меня больше нет, была одна подруга, да и та…

Пока шли длинные гудки, я, подняв глаза, посмотрела на окна своей квартиры на пятом этаже, и мне так захотелось снова позлить Сашку! Чтобы он увидел, как Ваня заберёт меня на своей машине. Может потом будет очередной скандал, но мне уже всё равно. Главное, чтобы он наконец-то понял, что окончательно потерял меня, что вместе мы уже никогда не будем. Заодно поймёт, какого это, когда тебя легко меняют на другого.

Благо Ваня приехал быстро, даже не возмутился, что я его разбудила.

— Сушка для обуви есть? — сразу спросила я его, усевшись в тёплый и уютный салон. — А то я кроссовки промочила.

— Найдём, — улыбнулся Ваня, выезжая из моего двора.

В этот момент где-то рядом очень громко громыхнуло, что вибрация прошла через машину и нас. Я вскрикнула, вжавшись в кресло и вцепившись руками не зная за что. Когда немного пришла в себя, увидела, что крепко держусь одной рукой за край сиденья, на котором сижу, а второй за колено Вани. Причём вцепилась сильно, впившись ногтями, как кошка в жертву.