Развод. Не истинная для дракона

Глава 3

Год спустя…

– Белль… где же Белль? – я огляделась по сторонам, сделав вид, будто не нахожу дочку, спрятавшуюся под столом.

Со смехом малышка выбралась оттуда и побежала от меня, чуть вразвалочку, как обычно и бегают дети ее возраста.

– Поймала, – подхватила ее под руки, подняла повыше.

Уже такая взрослая, хотя до сих пор маленькая.

Но как же быстро летит время…

Казалось, словно еще вчера я покидала родительский дом, с болью на сердце и отчаянием в душе.

Тогда я смутно видела свое будущее, ведь оно казалось мне беспросветно темным.

Теперь же, спустя год, все стало налаживаться. Сейчас мы жили счастливо, вдали от столицы и ее сплетен, в небольшом солнечном городке.

Нет, я не забыла ту боль, которую мне причинил Эдвард. Порой мне снилась его спина, и звук его шагов в тот злосчастный день, когда он ушел от меня навсегда. После таких снов я просыпалась посреди ночи в слезах, и после кусала подушку, чтобы хоть так справиться с собственным сердцем, до сих пор разрывавшимся на части.

Но затем приходил новый день с новыми заботами, и ночные кошмары забывались. А боль и тоска отступали в самые глубины моей души. И пускай пока что они неизменно возвращались, но я надеялась, что однажды смогу излечиться окончательно.

– Ма! Ку! Ку! – радостно заулюлюкала Белль, смешно морщась от моих поцелуев.

Моя малышка, мое счастье.

– Юная леди, – в столовую вошла Гретта с тарелкой каши. – Вам пора завтракать.

В тот день она ушла вместе с нами.

Мне действительно повезло, если только развод и изгнание из семьи можно было назвать везением.

Но я хотя бы не осталась в одиночестве, и мне не пришлось справляться со всеми проблемами самой.

Тогда Гретта сильно помогла нам, и только благодаря этому я не сломалась и все выдержала.

Мы покинули «Златолистый вереск» на рассвете, и я совсем не знала, куда податься. Но Гретта сказала, что скучает по своему родному городу, и мы отправились туда.

Ехать было долго, и казалось, что дорога никогда не кончится. Радовало лишь то, что в этот раз Белль плакала не так сильно, как по пути в имение.

Беды в лице разбойничьих шаек тоже миновали нас – Гретта прихватила для меня самую простую и старую одежду, чтобы никто не подумал, будто у нас есть деньги или ценности. Всю дорогу мы притворялись бабушкой и внучкой, чей дом сгорел, и никто нас не тронул.

Когда же мы добрались до города, то быстро обустроились.

Я продала часть своих драгоценностей, а на эти деньги мы купили небольшой домик и жили первые полгода, пока Белль была совсем крохой.

Но большую часть золота я все же сохранила на черный день. После развода с Эдвардом я твердо поняла, что будущее зыбко. То, что было у тебя сегодня, завтра могло растаять без следа. А человек, казавшийся тебе честным и преданным, завтра мог отвернуться от тебя и стать чужим.

Когда же малышке исполнился годик, стало чуть легче. Я хваталась за любую работу – плела корзинки и коврики, и разносила еду в таверне, а по вечерам шила одежду для Белль, что росла слишком быстро.

Гретта помогала мне и в этом. Она либо приглядывала за малышкой, если я уходила из дома, либо работала со мной, пока Белль спала.

И мы действительно справились, хотя нам и пришлось нелегко.

Сейчас же все наладилось.

Мы сдружились с соседями – местные считали меня вдовой, потерявшей мужа при пожаре, и сочувствовали. Я устроилась в лавку и теперь торговала специями – это было куда проще, чем носить тяжелые подносы, а платили там даже лучше. А еще у меня появились подруги. Мы собирались с ними вместе по вечерам или на выходном, и болтали, пока наши дети играли неподалеку.

Казалось, что все плохое осталось позади, но беда пришла, откуда не ждали.

– Вот так, юная леди, – Гретта поставила тарелку с кашей на стол, а я усадила за него Белль.

– Ка! – малышка взяла ложку, зачерпнула сладкой каши, часть пролив на стол.

Ела она пока неаккуратно и неуклюже, хотя и старалась изо всех сил.

– Ты моя умница, – улыбнулась, глядя, как Белль размахивает ложкой.

А вот мне пора было собираться в лавку специй, иначе могла опоздать.

Я уже стояла на пороге, решив в последний раз взглянуть на Белль перед уходом. Дочь успела доесть кашу, и теперь Гретта вытирала ей личико, как вдруг малышка начала кашлять.

Резко, надрывно, словно подавилась чем-то, хотя давиться было нечем.

Так уже случалось однажды, около месяца назад – тогда Белль ела порезанное яблоко и видимо откусила слишком много. Помню, она покраснела, и в тот момент мне показалось, что я умру от страха.

К счастью, пока бежала к дочери, Гретта подхватила ее и ловко перевернула. Кусочек яблока выпал, а испуганная Белль расплакалась и долго не могла успокоиться.

В этот раз вышло почти так же.