Развод с драконом. Больше не твоя

13

Фрейган

Замок обыскали, перевернули каждый камешек. Деревни и заросли вокруг прочёсывали с собаками. Драконы искали с воздуха, но Ариана будто провалилась сквозь землю.

А самое ужасное — Фрей не чувствовал её метки. Все члены клана, все слуги были на месте — к каждому он мог протянуть тонкую магическую ниточку от перстня. И только Ри будто перестала существовать.

Глядя на Кали, которую вся эта суматоха с поисками, кажется, забавляла, Фрейган всё больше мрачнел. Он слишком хорошо знал Чёрных Когтей, чтобы понимать — с них станется избавиться от любого, кто им мешает. И слишком мало знал Каливен, чтобы ей доверять.

Если бы только он не разрушил брачную метку, знал бы сейчас, жива Ри или нет!

Поисковые чары не помогли. Теперь глава Пламенеющих, сильнейший маг своего клана, метался по кабинету, готовый молиться угасающим старым богам, чтобы его жену отыскали живой.

Он не был готов её отпустить.

Впереди был Совет кланов. И потом, отец Ри несомненно сопоставит пропажу дочери и появление новой раэны Пламенеющих. Открыто против сильнейших он не выступит, но за его спиной будет дёргать за ниточки и, кто знает, в каком неподходящем месте завяжется узелок. Переменчивые Воды слишком коварны, чтобы их нельзя было не принимать во внимание.

А замок? Замок остался без хозяйки. Кали не скоро разберётся во всех тонкостях управления, ведь сначала ей нужно будет беречь себя, а потом заниматься ребёнком.

Фрейган прикрыл глаза и опустился в кресло, как всегда, испытывая лёгкое головокружение при мысли о своей любовнице.

Кали — его бушующее пламя. Гордая, горящая — достойная того, чтобы встать рядом с ним. Несколько раз они встречались на переговорах, но поскольку их не знакомили, Фрей был уверен, что она просто чья-то помощница. А та расточала свои чары всем окружающим мужчинам. Во всех её движениях, взглядах — во всём чувствовались соблазн и огонь.

И однажды Фрей оказался слишком близко к нему.

Месяц с лишним назад, когда они подписали тайное соглашение о союзе. Кардар мог поклясться, что его околдовали, но перстень не заметил никакого воздействия. А пил он только из ритуальной чаши, которая обошла всех по кругу. Кали тоже отпила из неё и передала из рук в руки ему. На краю ещё остался след от её помады. И этот след, и случайное касание её пальцев, и многозначительный взгляд драконицы, — всё это волновало Фрея не меньше открывающихся двум кланам перспектив.

Кардар не запомнил, как они с Кали оказались одни. Все ушли отмечать соглашение, а их двоих словно скрутило огненным вихрем в один клубок жадных рук, ног, губ.

Нет, ненасытный огонь этой женщины ни в какое сравнение не шёл с нежными ласками его жены.

Они встречались ещё несколько раз. Формально, чтобы уточнить детали соглашений, а на самом деле, чтобы провести ещё несколько дней вместе, в одной постели.

Каждый раз возвращаясь домой, Фрей давил неприятную тяжесть в груди от того, что он обманывает Ри. Жёг неприятное чувство яростью. В конце концов, он здесь всё решает. Он верховный, он — дракон, и сам управляет своей жизнью.

А потом Кали понесла. Сначала Кардар обрадовался. Он так и знал, что у них с Ри до сих пор нет наследника по её вине! Но потом…

Каливен оказалась из рода Морасков. Тех самых, с которыми он заключил соглашение за спиной верховного Чёрных Когтей. Просто забрать бастарда в свой замок было бы большим оскорблением для союзников. И оставлять свою беременную женщину рядом с её раэном тоже небезопасно — если тот прознает про их тайное соглашение, больше не будет ни Кали, ни ребёнка.

Пришлось взять её под своё крыло.

Фрейган хотел сразу сказать Ри, что всё кончено. Сразу, как приземлится. Но потом решил, что лучше сделать это не в присутствии Кали, так будет милосерднее.

Но наедине легче не стало.

Да, он взял её в жёны из практических соображений, но за эти годы Ариана будто проникла ему под кожу. Бескрылая, не умевшая держать себя на равных среди драконов, предпочитавшая роскоши возню в земле, но всё равно — его. Сказать ей об измене было всё равно, что вонзить нож в спину.

А руки предательски сами тянулись обнять её, успокоить. Губы, как обычно, утыкались в макушку, родной запах умиротворял. Привычка — её не изменить просто так, по щелчку пальцев.

Когда всё вскрылось, Фрейган был в ярости от того, что Ри не позволила ему сделать всё по-своему. Он же видел, как ей больно! И он не желал этого, совсем не желал! Казалось, в груди клокочет разъедающая огненная лава, и от этого жалящего чувства Кардар был готов наброситься на любого, кому не повезёт оказаться рядом.

А рядом была только она.

Он вспомнил всё, чем Ариана провинилась перед ним и кланом за эти годы. Он убеждал не только её, но и себя, что разрыв правомерен. Что так было правильно и нужно.

Фрей знал, что никакие щедрые отступные не заглушат её боль. Он мог свернуть горы, уничтожить любого, но был бессилен в том, чтобы помочь Ри. А она ещё и держала себя так, будто никакая помощь ей не нужна. И это бесило его ещё больше!

А главное, она хотела уйти.

Кардар мог назвать много рациональных причин, почему ей нельзя уходить, но самая главная была проста. Ариана — его жена, его собственность. Он так долго добивался её, что теперь считал Ри своей законной добычей. Её место рядом с ним. Экономкой, прислугой, советницей — но всегда рядом.

Ей всё равно уже не стать чьей-то супругой, так зачем уходить? Он будет щедр, даст ей всё необходимое, защитит от всех. А её род найдёт свои выгоды в том, чтобы не терять его благосклонность.

Но Ри исчезла. Просочилась сквозь пальцы, как вода.

Впервые Кардар чувствовал себя настолько бессильным. От этого хотелось начать дышать огнём прямо в человеческом обличье.

Он больше не контролировал происходящее. И началось это ещё до того, как пропала жена. Чуть больше месяца назад.

Фрей понимал, он всё понимал.