Развод с драконом. Приют изгнанных жён

Глава 3

— Не переживай, — мягко улыбнувшись, заглядываю в глаза служанке и понимаю, что дрожь и испуг от поцелуя наконец проходят при виде этой несчастной девушки. — Не будем сдаваться раньше времени. К тому же мой пока ещё муж позволил мне взять с собой всё для рукоделия, даже выбрать разрешил.

— Зря вы так, леди Камелия, — несколько обиженно произносит она, опустив взгляд. — Зачем вы так называете господина? Это ведь для него оскорбительно. Если бы вы были чуть мягче и вели себя с ним как любящая жена он, возможно, передумал бы.

— А он ведёт себя как любящий муж? — в ответ интересуюсь я прямо, глядя в глаза Киры.

Даже по молчанию, что повисает в комнате, становится понятен ответ на мой вопрос.

— Но, госпожа, — едва заставляет возразить себя служанка. — Его светлость не обязан вас любить.

Не удержавшись, слегка приподнимаю бровь в изумлении. Интересные у них здесь порядки. Я едва заставляю себя во всём этом разобраться, а не судорожно искать выход из этого мира, ведь раз уж оказалась в теле другой, значит, вряд ли вернуться к себе домой получиться.

А потому выбираю тактику осторожного наблюдения, хотя внутри бушует целая буря разных эмоций.

— Если муж не любит меня, а я его, то, возможно, развод это единственный разумный выход в сложившейся ситуации, — пожимаю я плечами, словно совсем не переживаю.

Я, конечно, переживаю. Правда, совсем по другому поводу. Что это будет за приют изгнанных жён? Почему его так назвали уже становится понятно, но почему бы не вернуть жену её родителям? Или у бедняжки их нет? А если спрошу, то буду выглядеть совсем странно, такое на лёгкий удар головой списать точно не получится.

— Нам нужно скорее собираться, — напоминаю служанке и решаю, что переодеться в дорогу тоже не помешает. — И подготовь для меня дорожное платье.

Девушка лишь обречённо кивает, словно это её отправляют в этот приют, а не меня.

Закончив сборы, Кира выкатывает ростовое зеркало в позолоченной резной раме и я замираю, впервые увидев ту, в чьём теле я, похоже оказалась.

Камелия довольно высокая, со светлыми волосами, спадающими мягкими волнами и открытым, но весьма отстранённым взглядом.

Что скрывает печальное и усталое лицо незнакомки, которая смотрит на меня? Что она пережила в этих стенах? За что мужчина, которому она доверила жизнь, теперь разводится с ней?

Пока слишком много не понятно. Кира помогает мне переодеться и как только она затягивает переднюю шнуровку на платье, что, кстати, весьма практично ведь такую смогу развязать и я, дверь отворяется.

Четверо мужчин под командованием моего мужа забирают набитые вещами и нитями сундуки, а он лишь пристально смотрит на меня всё это время, не сводя тяжёлого взгляда.

Сердце вновь начинает биться сильнее, а на щеках проступает предательский румянец, но я слегка обмахиваюсь рукой.

— Жарко, — тихо произношу я. — Кира, проводишь меня к карете? — смотрю на девушку, но сознание тут же пронзает громогласный уверенный возглас:

— Я сам.

Сердце падает куда-то вниз живота, я делаю над собой усилия, чтобы улыбнуться не слишком жалобно.

— Что вы, — выдыхаю я. — Наверняка у вас найдутся дела поинтереснее. Ваша невеста, вероятно, прибудет сюда уже сегодня?

Его глаза сужаются до узких щёлочек, будто я попадаю точно в цель.

— Пока ты на территории моего дома, ты моя жена. Как только покинешь стены поместья, перестанешь таковой быть, — зачем-то рассказывает он.

Неужели и правда думает, что я передумаю? Вот уж! Не хватало мне только добровольно в замужестве с чужим мужчиной оставаться. А ведь ещё и невеста уже имеется.

— Карета уже готова? — с вызовом интересуюсь я, вспоминая, как Кира рассуждала о том, какую карету для этой поездки подберёт для меня его светлость.

— Да, — тяжело произносит он и предлагает мне локоть.

Я немного медлю, но всё-таки принимаю этот странный жест для того, кто провожает бывшую жену в приют.

— Камелия, ты понимаешь, что мне нужен наследник, — почти в самом конце нашего безмолвного пути с тяжестью выдыхает мужчина. — Ты за десять лет брака так и не смогла его подарить.

Поджимаю губы, ощутив глубокую жалость к настоящей Камелии.

— Следующую жену попробуйте любить, вдруг получится, — не могу сдержать язвительного комментария по этому поводу, даже не глядя в его сторону.

После открывшихся событий понимаю наконец, что происходит, пусть и не в полной мере. Но мне становится гадко от его присутствия рядом.

Впрочем, даже в нашем мире множество разводов случается потому, что семья не могла завести детей. А по раздельности как-то получается.

Может и сейчас именно такой случай?

Десять лет… Даже если предположить, что Камелия вышла замуж в восемнадцать, значит мне примерно двадцать восемь. Что ж, судьба или кто такое вообще мог со мной сотворить, явно подарила мне второй шанс.

Ведь я в свои сорок уже отчаялась обрести семейное счастье, а мой развод был в двадцать восемь ровно по той же причине, по которой Камелия сейчас отправляется в приют. Правда мой благоверный прежде чем развестись обеспечил себе железобетонный аргумент. К моменту нашего развода его пассия уже ходила с приличным таким животом.