Развод. Сломленные. Исцеление (не)возможно

*6*

Счастье переполняет каждую клеточку, когда Сайид возвращается с маленькой бархатной коробочкой.

Подарок!

Мне!!

В день рождения сына!!!

Глупая женщина, я же в сердце обиду держала на мужа. Даже себе только что смогла в этом признаться. За холодность, невнимательность обижалась, черствым называла его в мыслях!

Глупая, глупая Ясмин!

Разве Сайид женщина, чтобы мягко прижиматься и заливаться соловьем? Разве Сайид илланчи, чтобы петь мне о своих подвигах и победах на работе!

Нет!

Он тот, который молча делает свою работу, чтобы жена и ребенок были уверены в завтрашнем дне. Мой Аллах, такому мужу ноги целовать надо, а я ... ох неумная…

– Держи, жена. Это тебе. В благодарность за Эмина, за почтительное отношение к мужу и его родственникам, за благоразумие, за уют, что ты создаешь.

Сайид только что сказал очень много. А может, слова были такими долгожданными, поэтому я с такой благодарностью ему внимала. Моего мужа не назовешь эмоциональным человеком. Иногда вообще кажется, что он живет только разумом, логикой. Сама так думала, когда была молоденькой двадцатилетней женой.

Но за годы рядом научилась распознавать его эмоции. Чуточку внимательности, и можно заметить, как сильно в определенные моменты бьется-пульсирует венка на шее; как временами челюсть сжимается так, что кажется внутри его рта от белоснежных зубов остались обломки.

Редко, но бывало, что он полностью расслаблялся, и тогда лицо мужа озарялось светом. Например, когда он обнимал Эмина.

Дую на пальцы, которые стали ледяными – посуду споласкивала в прохладной воде – и только согрев своим дыханием, позволяю себе слегка прикоснуться к щеке мужа. Иншалла, в нашу жизнь возвращается любовь и счастье. Этот день изменит многое, и холодность мужа останется позади.

– Я сам застегну.

Три слова. Вроде и нет в них особенного, сакрального смысла. Но для меня они прозвучали, как если бы мой Сайид сказал: «Я люблю тебя, Ясмин».

Поворачиваюсь к мужу спиной, придерживаю платок, чтобы не мешался. Сильные пальцы Сайида неловко пытаются застегнуть тонкую серебряную цепочку.

– Благодарю тебя, муж. Да благословит тебя Аллах. А серьги я обязательно надену к тому времени, как приедут гости, поспеши по своим делам.

Сайид ничего не отвечает, но легким кивком головы показывает, что услышал меня.

Вскоре начинает собираться. Эмин виснет на нем, но не осмеливается настаивать, чтобы они вместе поехали за Буяном.

– Мама, извини за свитер, он классный. – У Эмина хорошее настроение, а я думала, что сын не заметил, как я расстроилась из-за его отношения к подарку. Я, как только что выяснилось, вообще предвзята к своим мужчинам!

Мне легко. Мне радостно. Через пару часов начнут подъезжать гости. Уже почти все готово, осталась мелочная работа, но все женщины знают, что именно эта мелочь отнимает много времени. К тому же, хоть я накормила Сайида и Эмина, сама позавтракать не успела и, то ли от невероятных эмоций, полученных вместе с подарком от мужа, то ли от голода уже слегка кружилась голова.

Думаю о том, что чтобы перекусить мне хватит пятнадцать минут, а затем приготовлю нашу лучшую посуда, вытащу скатерть, срежу цветы из нашего сада и поставлю в вазы.

– Жена! – в последнюю секунду Сайид оборачивается ко мне. – Сегодня у нас будет чуть больше гостей, чем ты думаешь. Будешь накрывать на стол – поставь еще один прибор.

Дверь за мужем закрывается. А я остаюсь одна, в голове – хаос. Отгоняю мысль о том, что мне неприятно было слышать про гостя. «О визите хорошего человека не скрывают до последней секунды» – почему-то именно такая мысль первая начинает кружиться в голове. Прочь, прочь, прочь! Саму мысль такую надо гнать из головы и сердца. Наш дом всегда открыт для гостей. Гость – это подарок Аллаха, будь он нашего круга или беден, красив или не очень, здоров или болен.

И этого гостя, кто бы он ни был, я тоже встречу как положено.