Развод. Спасибо, ты сделал меня стервой

Глава 13

- Как стащила? – они спрашивают все трое. Синхронно.

Уставились на Платона в недоумении. Большие глаза Софочки, становятся больше в два раза. Она бледнеет. Закусывает пухлую губку, вцепилась ухоженными пальцами в руку матери.

- А вот так. Сейф дома обчистила и банковский счет, - выдает Платон.

Вика сама начала играть грязно. Он честно не хотел так. Это все же ее родители. Он уважал их. Он терпел их закидоны. Он многое терпел. Даже отсутствие близости с женой.

Но кража, это как в душу ему наплевать. При том, что он и сам бы ей многое оставил.

- Не поняла… - теща хлопает глазами.

Информация очень медленно пробирается к ее мозгам.

- Подожди, - Софа соображает быстрее. – Ты сказал, что она знала про нас. Она подготовилась.

- Вика про вас знала? – охает Варвара.

- Не мешай, мам, - отмахивается Софа. – Так, Платон, то есть она молчала. Знала про нас и воровала. И как долго?

- Не знаю. Недавно, наверно. Долго бы она в себе это не носила.

- Подождите! – слишком громко выкрикивает теща. Хватается за сердце. – То есть Вика знала, что у вас отношения. Она знала, что молодой семье понадобятся деньги. Она прекрасно отдавала отчет, что Платон заботится о ее родителях, что будет содержать Софочку, - пошатывается. Доходит до стула и плюхается на него. – Ой, что ж это творится, - второй рукой за голову хватается. – Моя дочь понимала, что деньги из семьи не уйдут и все равно обокрала. Получается, не Платона, а всех нас… Я не верю, что моя дочь на такое способна.

Опа, а вот в таком ключе Платон и не думал.

Браво, теща! Так реально звучит еще лучше.

Хотя по факту так и есть. Развод бы в плане помощи ее родителям ничего не изменил. Это Вика станет бывшей, а Варвара и Григорий остаются. Софе он подкидывал денег всегда. Так что да, забрав деньги, Вика реально выглядит подлой эгоисткой.

- Точно, Варвара! Так и есть. Я ведь Софочке хотел дом купить, записать на нее и малыша. Собирался вам участок на даче расширить. Вы же жаловались, что очень мало земли, вся рассада не помещается, - подливает масла в огонь.

- Платоша меня очень любит… И что теперь? – Софа подходит, кладет голову ему на плечо. – Надо же как-то образумить Вику. Объяснить…

- Вы себя слышите! – восклицает Григорий. – Вика обезопасила себя и своих детей. Она мать в первую очередь!

- Гриша, немедленно замолчи! – орет на него Варвара. – Платон бы никогда не оставил своих детей. Он бы продолжал им помогать. И вообще, парни уже большие. Могут и сами себя обеспечивать. Пусть жизни учатся. Мужиками становятся. А то какая нормальная девушка на них посмотрит, если они за родительскими спинами будут прятаться. Так что Вика взяла все себе! Единоличница! Не подумала она ни о ком! Она преступница! Воровка! Мне стыдно, что у меня такая дочь! – начинает по бабьи причитать громко и с надрывом.

- Я долго терпел, Варвара! – Григорий нависает над ней. – Очень долго! Твои стенания. Твою вселенскую опеку к Софе. Потому что вы моя семья. Не хотел скандалов. Но это! Не позволю! – бьет кулаком по столу, около нее.

- Правильно, Гриша. Не позволь. Немедленно езжай к Вике и заставь ее одуматься. Пусть вернут все. А мы решим, все вместе, как дружная, настоящая семья, что ей причитается. Пусть исправится, пока еще не поздно. Я мать, мое материнское сердце ее простит. Софочка тоже добрейшая девочка. Не волнуйся, доча, - смотрит с обожанием на младшую. – Я знаю, как тебе больно узнать про поступки Вики. Но мы все исправим. Только не нервничай.

- Замолчи! – Григорий еще раз бьет кулаком по столу.

Платон и Софа стоят обнявшись. Не вмешиваются. И слова нельзя вставить, настолько старики взвинчены.

Платон анализирует их разговор и понимает, что теперь он снова любимый зять. Так что, Вика тут сама себе навредила. А эти деньги он переживет. Больше заработает. Результат этого стоит.

- Гриша! Ты как со мной разговариваешь! – орет на него в ответ.

- Так, как ты того заслуживаешь! Варвара, я реально сейчас поеду к Вике. Но чтобы ее поддержать! И внукам позвоню! Пусть знают, с какой грязью пытаются смешать их мать! – разворачивается, и неуважительно толкнув Платона плечом, идет в коридор.

- Гриша, стой! Если ты сейчас уйдешь я тебя на порог больше не пущу! Ты понял! – Варвара бежит вслед за ним.

- Пошла ты! – раздается его громогласное, а дальше следует хлопок двери.

Платону сейчас дела нет до их криков. Его больше волнуют слова, брошенные Григорием: «Внукам позвоню».

Нельзя допустить, чтобы сыновьям первым сообщили новость Вика или тесть. Никак нельзя.

Он оставляет Софу и Варвару на кухне. Их стенания достали. Пусть поговорят. Тем более после ухода Григория началась новая волна причитаний, истерики и расцеловывания Софы. А он займется решением важного вопроса.

Заходит в комнату. Закрывает за собой дверь и набирает старшего сына.