Развод. Точка. Нет

Глава 30

Второго января, хоть через не хочу, но нужно было идти на работу, однако чем ближе подкрадывалось утро, тем комфортнее казалась подушка – вставать из тёплой постельки, где так нежно обнимал, прижимаясь всем телом муж, не хотелось совершенно.

Приготовив наспех завтрак, я со Стёпой поехала в Центр творчества, а Оля с Киром остались на хозяйстве.

В пьесе «Три толстяка», которую я ставила со старшей группой студии, Стёпа должен был играть роль Тутти, брата Суок.

Такая перестановка произошла спонтанно, ибо парень, ранее репетировавший эту роль, не на шутку расхворался, а второй состав я не готовила, надеясь, как всегда, на авось, потому пришлось немедленно вводить в спектакль Стёпу, хорошо, память у него была прекрасная, а роль – небольшая.

Времени хватило едва-едва, чтобы прорепетировать пьесу, ибо во второй половине дня мы показывали её зрителям. Как и со «Снежной королевой, всё прошло гладко и довольно успешно, потому появилась робкая надежда на призовое место в предстоящем на днях важном конкурсе. Это бы мне отчасти добавило очков при устройстве в театр, да и пополнило бы портфолио.

Через день мы выезжали на конкурс в столицу соседнего региона немаленькой группой из восемнадцати подростков и двоих сопровождающих: меня и методистки, ибо одной справиться с такой оравой было сложно, да и театральный реквизит везли с собой – о нём тоже нельзя забывать.

Кир и Оля проводили нас со Стёпой до вокзала. Тепло попрощавшись с малышкой, мы со спокойной душой сели в поезд, а муж поехал с пригорюнившейся Олей в приют, ибо её гостевое время окончилось.

Однако не успели мы добраться до пункта назначения, как позвонил Кир. Меня сразу насторожил звонок, ибо просто так беспокоить муж бы не стал – это не в его правилах, значит, случилось что-то ужасное.

Глядя на экран, где высвечивалось одно слово «Кир», я успела подумать разное: возникли проблемы с Олей или со здоровьем родителей, а, может, какие-то неприятности на службе?

«Но зачем волноваться раньше времени, сейчас всё узнаю», – одёрнула себя и, сдерживая эмоции, спокойно спросила:

– Что случилось, Кир?

– Тётя Галя… она в больнице, – растерянно проговорил муж.

– Что случилось? – снова повторила я. – Опять гипертонический криз?

– Напротив, давление упало до критического, и ещё тётушку ограбили. – Кир вздохнул: – Вынесли всё: ордена Василия Геннадьевича, деньги, картины, антиквариат. Даже по ошибке – картину по номерам, написанную акрилом, которую ты ей купила, – нерадостно усмехнулся муж, – правда, быстро поняли, что она ненастоящая и выбросили прямо в подъезде.

– Да… дела. Как это случилось?

– Всё просто: позвонили, якобы, из больницы и спросили, какое давление. Галина Васильевна решила, что это я так забочусь о её здоровье, и после курса витаминов снова подключил медиков отслеживать состояние здоровья. Сообщив, что давление чуть выше ста пятидесяти, она стала ожидать специалиста, ибо врач сказала, пришлёт медсестру.

Всё было похоже на правду, я знала от мамы, что старичкам, перенёсшим инфаркт, инсульт или гипертонический криз, иногда звонят из поликлиники и обращаются с таким вопросом.

– Видимо, преступники были в теме, – предположила я, вздохнув.

– Да. Вскоре к Галине Васильевне пришла незнакомая светловолосая девушка и сделала инъекцию, после которой тётушка почти сразу отключилась.

– Хорошо, хоть оставили в живых, могли бы вообще…

– Могли бы, – не дал договорить Кир, – если бы я не позвонил, а потом бы не приехал к ней, не дождавшись ответа. – У мужа были ключи, и он часто по-родственному навещал тётушку. – Пришлось вызвать скорую помощь и отвезти Галину Васильевну в больницу. В общем, не задерживайся на своих конкурсах, нужна твоя помощь. Алиске сейчас тоже позвоню. И береги себя, пожалуйста.

Простившись с Киром, я долго не могла успокоиться: какая тонкокожая и хрупкая человеческая жизнь. Трудно её уберечь и сдержать от разрушений, особенно когда всего-то малая толика зависит от тебя.

Стёпа, присев рядом, подёргал меня за рукав лонгслива:

– Лера Алексанна, что-то случилось?

– Уже всё хорошо, не волнуйся.

– Точно?

– Да.

Стёпа по привычке потрепал чуб, улыбнулся, и мир, кажется, принял более радужные и спокойные очертания. Я обняла малыша и поцеловала вихрастую макушку.

– Хорошо, что ты у меня есть, малыш. И Оля тоже.

– И он?

– Конечно, и Кирилл Александрович.

Но этот день не ограничился неприятной новостью, связанной с Галиной Васильевной, ещё одна ожидала в лице Макса, странно оказавшегося именно в это время в холле гостиницы, когда я готовила документы для заселения.

Глядя на вальяжную походку Голубева, вдруг поймала себя на мысли: я почти ничего не знаю о его жизни.

Что мне известно?

Только то, что у Макса есть сын, вероятно, его и Милкин, что Голубев руководит в такой же провинции, как наша, спортивным клубом, а в Наукограде находится по делам, иногда занимаясь благотворительностью в отношении бывшей подружки, но и не только.