Развод в 40. Будешь женой на замену!

Глава 13

За всё это время я не звонила матери и не писала. Судя по всему, Снежана ей не рассказала. Небось будет молчать, чтобы избежать осуждения и позора, пока её дочь с Колей не поженятся. Выходит мама и не в курсе до сих пор. Я не хотела её волновать, к тому же было отчего-то стыдно, что меня так гнусно предали. Да и привыкла решать все трудности сама, здесь.

— Мама… — я с трудом перевожу дух, нервно сжимаю трубку. — Ты сядь, пожалуйста. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Я чувствую, как ей становится не по себе по одному лишь дыханию. Мне и самой нехорошо, к горлу подступает тошнота.

— Варя? — чувствую как накаляется недоумение.

— Все живы и меня не хотят посадить, — обозначаю сразу, предвосхищая первые иррациональные мысли матери, глядя на конверт. Не хватало только, чтобы у неё сердце прихватило. Она у меня женщина впечатлительная.

— Мы с Колей разводимся, — говорю прямо, без прелюдий.

Слышу тяжелый “ох”.

— Как так-то, доченька?! Столько лет рука об руку да и Маркуша же у вас! — задыхается она. Чувствую переживает за меня больше — чем за себя.

— Он мне изменил, мам. И сказал, что уходит.

— Вот паршивец-то какой! Да как можно?!

Всё. Завелась.

— Ну, гульнул разок, так что же теперь, из семьи уходить?!

Закатываю глаза. Как у них всё просто “гульнул разок, подумаешь”.

— Мам, там не разок. Он всё решил. А я бегать за ним не буду.

— Может, не рубить с плеча, а, дочь? Образуется ещё. Ты время потяни… дай одуматься мужику. На развод не соглашайся!

— Нет, мам. Это не обсуждается, — начинаю злиться.

Давайте теперь всё терпеть и прощать. Ага, десять раз. Да и это у них в Филиппово развод — страшное слово, как в средневековье. А у меня ещё вся жизнь впереди.

— Господи! — ахает мама на том конце провода. — Когда всё это произошло? А с кем, с кем, Варька?

Я зажмуриваюсь. Говорить или нет? С другой стороны, а что мне теперь за Таю переживать и врать маме? Не хочу.

— С Таисией… с нашей Таисией, — я произношу это почти одними губами.

Мама аж подавилась.

— Вот я тебе говорила, что плохо девку молодую рядом с мужем держать! Мужики… они же такие. У них инстинкты!

— Мам, какие, нахрен, инстинкты?! Они что, звери безмозглые?! И ей ведь даже двадцати ещё нет, она же ребёнок! Да я и подумать не могла!

— А что, я в её возрасте уже Снежанку родила! Надо Таське срочно мужа искать, пока слухи не пошли.

— Не надо, — отрезаю зло. — Пусть с Колей женятся. Они же любят друг друга, — в моём голосе пульсирует сарказм.

— Тебя Колька тоже любил. И где теперь эта любовь? Завтра он и её разлюбит. Пусть Снежа едет к вам, решите с ней вместе, как быть.

Мне хочется сказать и про беременность, но я не решаюсь. В самом деле, хотят устроить фарс с желанным ребёнком, рождённым в браке — пусть. Не опускаться же до подлой мести. Нужно не о них думать, а том, как построить новую жизнь.

Пусть хоть всё Филиппово будет судачить, какая я неудачница, плохая жена, недоженщина. Плевать!

Думаю, а в глубине души сама себе не верю. Мне никогда не было плевать по-настоящему. Только теперь вместо сельчан — друзья Коли и мои коллеги. Николай думал, что я всё делаю ради себя, но реальность будто бы ещё хуже.

— А как же Маркуша? — взволнованно спрашивает мать.

— Я заберу его, а с Колей пусть видятся, когда захотят.

— Как-то это не по-божески, — причитает она.

— Не по-божески спать с моей племянницей, мама, — резко парирую я.

— Ох, доча… — я почти вижу, как она качает головой. — Бери дитё и приезжайте ко мне, сдался тебе этот город. Все беды от него.

— Я разберусь, мам. Спасибо.

Разговор, будто бы себя исчерпал. Кладу трубку.

И тут же ищу другой номер.

Светка помогла найти специалиста по бракоразводным процессам.

«Режим проживания несовершеннолетнего…» — я смакую эту юридическую конструкцию, выговариваю про себя, всё равно что пытаюсь смыть с языка горечь.

Не нужно быть специалистом, чтобы всё понимать. Суд учитывает всё — среду, финансовое положение, психологический фон. А я сейчас? В съёмной советской двушке с полуразобранными коробками, одна и с графиком работы 24/7. Какие тут преимущества?

В трубке звучит спокойный голос Антона Зайцева. Я обрисовываю ему ситуацию, хотя и так догадываюсь, что он скажет.

— Вообще Суд чаще всего на стороне матерей. Но исходят, конечно, в первую очередь, из интересов ребенка. В том числе — насколько вы можете обеспечить ему необходимые условия. В ходе процесса должны быть представлены справки с работы, характеристики, можно даже показания соседей. Всё, что играет в вашу пользу.

— А если сейчас ситуация… не очень в мою пользу? — нервно кусаю губы.