Развод в 445. Попаданка против Короля Драконов

Глава 10

Родители Марианны жили не так уж далеко от королевской резиденции. Но при этом не видели дочь уже несколько десятилетий.

Да, здесь продолжительность жизни позволяла мыслить именно такими категориями. Восприятие времени сильно отличалось от моего.

Тому же Вейнхарту за четыре сотни перевалило, а с виду ничего так, в самом соку мужчина.

Марианна тоже до весьма знаковых трёхсот почти дожила. Правда, ума так и не набралась. Иначе давно бы закончила спиваться, наладила бы отношения хоть с кем-то.

Ладно, критиковать всякий сможет. Сомневаюсь я, что это так легко, как мне представляется.

Может быть, здесь родители ещё хуже моих земных… Почему-то же Марианна запретила их пускать во дворец.

Хотя то, что они не уехали и продолжали находиться рядом с дочерью, пусть и не показываясь ей на глаза, уже о многом говорило.

Это была моя первая вылазка в город, но я почти не рассмотрела окружающий пейзаж. Слишком сильно нервничала.

Карета остановилась у симпатичного городского коттеджа, который выглядел так, словно сошёл с картинок.

Интересно, Марианна выросла здесь? Об этом информации в газетах не было.

Но если она действительно росла в этом месте, то у меня к ней вопросики. Чего ей не хватало?

Пока я размышляла, охрана уже выстроилась вокруг кареты, прикрывая меня от несуществующей опасности.

Кому я нужна, убивать меня? Разве что супруг подсуетится. Так он же охрану и выделил.

Я вышла из кареты, а потом мир как-то сузился до одной точки.

На пороге стоял мужчина, который был похож и одновременно не похож на моего отца. Моложе, опрятнее, трезвее.

Наверное, каждый ребёнок считает своего папу супергероем. И очень повезёт, если это ощущение никто не разрушит.

У меня вот не срослось. Но это не значит, что глубоко внутри не жил тот самый ребёнок, который хочет опереться на плечо всесильного взрослого.

— Здравствуй, Марианна, — поприветствовал меня отец.

И сейчас, стоя всего в нескольких шагах от него, я могла уже с точностью сказать, что это совершенно другой мужчина.

Он был похож на моего отца только издалека. Вблизи черты лица оказались другими. Да, типаж один, но уже не копия, как мы с Марианной.

Видимо, есть какая-то градация. Вейнхарт и Веник были очень похожи. Если и различались, то незначительно. Поставь их рядом, и могло бы показаться, что это братья. Пусть не близнецы, но двойняшки наверняка.

А вот здесь уже более отдалённое сходство.

— Здравствуй, отец, — сказала я дрожащим голосом, когда поняла, что пауза слишком затянулась.

Показалось, что мужчина напротив меня дрогнул. Как-то странно дёрнул щекой.

Не понравилось, как я его назвала, что ли?

Только не говорите, что здесь мне тоже с семьёй не повезло! Это невозможно. Хоть где-то звёзды должны были сойтись.

Неужели я не заслуживаю шанса на то, чтобы уже здесь, в другой жизни испытать ту самую безусловную любовь родителей?

И пусть это будет суррогат, ведь родители не совсем мои и любили не меня, а мою копию. Но всё равно. Хотя бы отдалённо почувствовать, каково это…

— Давай зайдём в дом, — сказал мне мужчина, так и не выдав собственных эмоций.

***

В доме легче не стало. Неловкое молчание продолжалось уже минут десять.

Каспар фон Притвиц провёл меня в комнату для приёма гостей, предложил располагаться на удобных диванчиках и даже дал знак слугам подать чай.

Но при этом не спешил вступать в разговор. И вообще почти не смотрел на меня.

— Как ваши дела? — Спросила я, наконец.

— Отлично, спасибо, — светски ответил Каспар.

— А где… мама?

Слово вышло со скрипом. Оно сдавило горло так, словно было ядовитым.

Я уже и забыла, когда последний раз произносила его. Лет десять назад? Пятнадцать? Точно не помню.

Наверное, когда просила свою мать больше не звонить мне, поскольку я не собираюсь спонсировать её запои.

— С каких пор ты думаешь о матери? — Сразу же ощетинился отец.

— Я… Не знаю, что сказать.

— Зачем ты пришла?

— Увидеть вас. Своих родителей.

— Неужели? Что тебе нужно? Считаешь, что недостаточно сделала?

Начало слегка подташнивать. Я понимала, что этот мир другой. Настолько, что периодически напоминает какое-то зазеркалье. Но чтобы так…

Здесь Марианна не просто была инициатором разрыва отношений. Она была ещё и обидчиком.

Я могла очень хорошо представить, как эта девочка, чьё место я заняла, отвечает грубостью на попытки поговорить. Воспринимает в штыки заботу. Пытается отделаться от родителей, которые искренне за неё переживают.

— Я не говорил Беатрис о том, что ты приедешь. Незачем ей знать об этом. Ты и так столько горя ей принесла!

Каждое слово резало как ножом. Почему? Эти люди должны быть мне совершенно чужими. Я и к своим родителям на земле давно не испытывала тёплых чувств.

Так почему при первой же встрече с этим мужчиной я ощущаю нечто похожее на застарелый стыд, вину и огромную грусть?

— Можно подумать, ты можешь от меня что-то скрыть, — раздался смутно знакомый голос.

На пороге стояла очень красивая женщина. Светлые волосы, голубые глаза, гладкая кожа, на которой были едва-едва заметны первые морщины.

Она могла бы показаться холодной и даже отстранённой. Но её выдавал платок, который она теребила в руках.

— Мама, — вырвалось у меня помимо воли.

Глаза наполнились слезами. Я совершенно не понимала, что со мной происходит, но мне очень хотелось, чтобы эти люди поняли, что я не хотела их обижать.

Сказать, что раньше это была совсем не я. И всё это творила тоже не я. Но я понимала, что этого делать не стоит.

— Простите меня, — смогла сказать я дрожащим голосом. — Простите, пожалуйста. Я не хотела… Я, правда, не…

Перед глазами всё расплывалось, и договорить хотя бы одно предложение стало почти невозможно.

А когда я услышала шаги, после чего на моё плечо опустилась тёплая рука, сдерживать рыдания стало бессмысленно.