Развод в 445. Попаданка против Короля Драконов

Глава 12

Охрана отлетала в сторону так быстро, словно они весили не больше плюшевых медведей.

Опыт, однако!

Или эмоции. Тоже правдоподобная теория. В прошлый раз, когда я себе путь расчищала, во мне такая злость не пылала.

Сейчас же у меня было настроение «умри всё живое».

И когда я застала супруга в постели с грудастой брюнеткой, которую видела на недавнем приёме на месте королевы, уровень кровожадности только повысился.

Девушка была уже полностью раздета, а на супруге всё ещё присутствовали брюки. Но было очевидно, что это ненадолго.

— Добрый вечер, уважаемые. Меня обсуждаете?

Супруг остался совершенно спокоен, а вот девица выглядела так, словно сейчас в обморок грохнется.

Нет уж, дорогая. Я тебя так просто не отпущу.

То, что она с женатым мужчиной спит, я бы ей простила. В конце концов, клятвы у алтаря не она давала, так что и спрос не с неё.

Да и у Вейнхарта с Марианной отношения были так себе. Какая уж тут верность?

Но дело было в том, что эта девица позволяла себе говорить обо мне. Это я спустить уже не могла.

— Почему ты лежишь, когда в комнату вошла королева? — Спросила я девицу.

— А?

Растерянность на лице была прекрасна. Но вскоре она сообразила, что я обращаюсь к ней. Поспешно встала, пытаясь прикрываться простыней.

Получалось плохо. На простыне лежал мой супруг, который с интересом наблюдал за этой сценой и не собирался помогать своей любовнице.

Но даже так краешков простыни хватило на то, чтобы стратегические места прикрыть.

— А где придворный реверанс? Ты не знаешь, как нужно приветствовать королеву?

Показалось, что у супруга уголок рта дёрнулся.

Вот ведь садист несчастный! Ладно я над девочкой издеваюсь. Мне можно, это месть.

А он чему радуется?

— Я… это…

Девица что-то блеяла, но я смотрела твёрдо, требовательно с лёгкой насмешкой во взгляде.

И она сдалась. Присела в придворном реверансе, выставляя напоказ всё, что пыталась спрятать за простынёй.

Цвет лица сровнялся со спелой свёклой, хоть в борщ клади.

— Как тебя зовут? — Спросила я.

— Одетта, миледи.

— Одетта, ты несколько… раздетта.

Ужасный каламбур. Но я едва удержалась от того, чтобы не рассмеяться.

— А теперь скажи мне, Одетта, что полагается за оскорбление члена королевской семьи?

Пожалуй, я еще никогда не видела, чтобы кто-то так быстро меня цвет кожи. Из темно-красного лицо девушки стало почти мертвецки-бледным.

— Вижу, осознала. Подумай на досуге о том, кто я и что могу с тобой сделать. А теперь оставь нас.

Одетта оказалась понятливой. Она шмыгнула в соседнюю комнату, по пути подхватывая свою разбросанную одежду.

Меньше чем через минуту я услышала хлопок двери.

Дождавшись, когда любовница уйдёт, Вейнхарт поднялся, подойдя ко мне почти вплотную. Склонился так, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

Взгляд голубых глаз сканировал и бросал вызов одновременно.

Клянусь, если он сейчас скажет, что я должна заменить раздетую Одетту в его постели, то получит болтунью вместо своих королевских Фаберже!

Но он втянул носом воздух, а потом выгнул свою изящную бровь.

— Я третий раз вижу тебя трезвой. Кажется, это рекорд.

— Хм…

— Ты бросила пить?

— Вроде того. Это неважно. Какого мокрого бобра ты себе позволяешь?

— А что? Ревновать начала?

— Да спи с кем хочешь. Хоть с Одеттой, хоть с Раздеттой, хоть с обеими сразу. Мне нет до этого никакого дела, — сказала я, гордо вздёрнув подбородок.

А самое ужасное, что это было неправдой. Несмотря на все увещевания, что этот человек для меня чужой, при виде голой девицы в его постели в груди что-то так жгло, что хотелось кричать, топать ногами и бить посуду.

— Видно, — хмыкнул Вейнхат. — Зачем тогда пришла?

— Честь свою отстаивать.

— Не поздно ли?

— Это никогда не поздно. Это сейчас меня статус королевы прикрывает. А что будет, когда разведёмся?

— Как дела, кстати? Нашла лазейку?

А ухмыляется так ехидно, словно ему этот развод не нужен так же, как и мне.

— Протащить по законам не проблема. Придётся всего лишь парочку поправок принять…

— Нет.

— А к Оракулу со мной сходишь? Может, он на развод повлияет?

— Нет.

— Продуктивные переговоры. Ладно, это можно и позже обсудить. Например, когда ты будешь более одет.

— Наблюдать за тобой иногда забавно, — выдал он. — Но ты слишком много на себя берёшь. Иногда мне начинает казаться, что проще огласить всем, что ты тронулась умом, и тогда проблем у меня станет значительно меньше.

— А можно подождать, пока я развод оформлю, и тогда вообще ничего не придётся делать. Объявим, что Оракул ошибся. За столько лет детей не нажили, так что население без проблем в это поверит. Сможешь второй раз жениться, на этот раз более удачно.

— А ты что будешь делать?

— Тебя это вообще не должно интересовать. Но раз уж спрашиваешь, так и быть, отвечу. Вернусь к родителям, а там посмотрим. Образование получу, может быть, дело своё открою. Ещё не решила.

Выражение королевской физиономии не поддавалось описанию. Такое бывает у человека, который увидел, как собака начала рассуждать о квантовой физике.

— Так что я тебя по-братски прошу, не позволяй своим любовницам меня оскорблять. Это слишком даже для тебя.

— Даже для меня? — Недобро прищурился Вейнхарт. — Знаешь, дорогая, у тебя нет выбора. Ты будешь терпеть всё, что я пожелаю. Ты не в том положении, чтобы ставить условия.

— Да? И что же ты можешь сделать?

— Вспомнить, что ты моя жена, — припечатал он.

Я обомлела. Интересно, что он имел в виду? Это он так на супружеский долг намекает или что? Так предложение превратить Фаберже в омлет всё ещё в силе.

— Мне надоел этот разговор, — скривился Вейнхарт. — Я собираюсь принять ванну. А ты можешь быть свободна. И да, не смей больше дерзить Одетте без моего позволения.