Развод в 45. Ухожу (не) красиво

Глава 11

Вася

Просыпаюсь рано утром от кислой отрыжки. Снова этот чертов заброс содержимого двенадцатиперстной в желудок.

- Гадство! –рычу я.

Боль в области желудка невыносимая. Меня тошнит и кажется вырвет прямо здесь.

Икая от невыносимой изжоги, поднимаюсь на кровати, достаю часы наручные, по привычке надеваю на запястье, смотрю время.

Семь-ноль-ноль.

- Надька, принеси воды и чего-нибудь от изжоги. У тебя вчера мясо было непропеченное, вот мне и плохо сегодня. Вечно у тебя то пригорело, то пересолено. У всех нормальные бабы домовитые, а у меня врач. Мать ее! Ты бы лучше мужем и детьми занялась, курица.

Встаю с кровати и тут же получаю удар изнутри. Боль кинжальная – адская.

Прикусываю губу, чтобы не зареветь как медведь.

- Мерзотное утро! – бубню я, и в боксерах иду в сторону кухни, по дороге выискиваю жену глазами, и зову.

Куда она могла деться в семь утра?

Уехала на работу, - что-то подсказывает мне правильный вариант ответа, но он меня не устраивает, потому что мне нужна жена, она еще не накормила меня завтраком, не отпоила от вчерашней гулянки. В целом, не выполнила женин долг.

Если она ночью отказалась принимать мой – мужнин, то это ее проблемы. Не хочет, пуская голодная ходит. Как по мне, так я… - тру лицо руками. Пытаюсь собрать воедино пазлы трех дней гулянки.

Становится еще мерзотнее. Если всё, что я помню – правда, тогда реально отмываться придется очень долго.

На кухне долго ищу аптечку. Возникают мысли:

- Может, кто из гостей украл? Ну а че, у кого-то в машине не было, вот и забрали нашу. У нас-то укомплектованная была по высшему разряду, со знанием дела.

Дверь открывается и через запасной вход в дом, дверь которого почему-то именно на гребаной кухне, заходит в дом наша помощница Катя, а за ней еще три бабы.

На улице метель, и все четверо в снегу – как ромовые бабы, припорошены снежком как пудрой белой.

К сожалению, бабы тупые, видя меня в одних труселях, они продолжают держать дверь открытой и отряхивают снег на пороге.

- Дверь закройте, не месяц май! – гаркаю на них.

- Простите Василий, - лепечет Катька.

- Вы что-то ищете? Я вам подскажу, - подрывается, бежит ко мне.

- Аптечка где?..

- Вам после вчерашнего плохо? Алказельцер и соленый рассол, я сейчас всё приготовлю…

- Оставь свои советы при себе, - вырываю у нее из рук найденную аптечку.

Три напуганные барышни, явно не местные, прижались к дивану, притихли.

- Чего приперлись? Голого мужика не видели? Вот он я. Пока даже живой! – хлопаю себя по пузеню.

Девчонки переглядываются, глаза – с блюдца. Явно растеряны.

- Надежда Николаевна просила меня нанять персонал из клининга, чтобы мы дом убрали.

- А сама она чего? Руки не из того места растут?

Темноволосые женщины тупят глазки в немытый пол, а Катя нервно сглатывает страх передо мной.

Что за курица?!

- Убирайтесь. Только мне чтобы не мешали.

Сжимая бутыль с водой и аптечку выхожу из кухни. Тяжело выдыхаю. Поднимаюсь к себе, разбрасываю лекарства на постели. Закашливаюсь, едва соленая жидкость снова попадает в горло из пищевода.

- Что за стервозная дрянь, - швыряюсь лекарствами.

Наконец, нахожу что-то из списка, который забит у меня в телефоне. Выпиваю сразу горсть.

- Ррр! – рычу я. – Не злой я, а слабый, - шиплю, отвечая на немой вопрос на лицах уборщиц.

***

Спустя пять минут нахожу в себе силы принять душ, затем иду в кабинет, работу работаю.

В двенадцать заходит Катя сказать, что они закончили почти. Спрашивает, что мне на обед приготовить.

- Разве вас не убираться сюда прислали?! – хмыкаю я.

Боль в желудке почти прошла, на работе тоже всё пучком, я должен был бы быть сейчас человеком, а не размазней, но по-прежнему не могу взять себя в руки.

Мужчина не плачет, а огорчается, - успокаиваю себя.

Кто внушил женщинам, что мужики не имеют право на слезы и боль?

- Вы примите у нас работу? – осмеливается спросить одна из женщин с карими глазами, едва я захожу в гостиную.

- Без проблем. – Хожу по комнатам, где проходил банкет, проверяю отсутствие грязи, пыли, мусора. Провожу рукой на шкафах. – В бильярдной убрали?

Кивают.

Спускаюсь, осматриваюсь.

Мое внимание привлекает яркая алая коробка, засунутая в землю рядом с кустом.

- Чё за дичь?

- Так было! – Катя выдает нервно.

Копец. Провожу по лбу, на котором выступила испарина. Меня будто ударили. Смотрю на эту коробку – я же колье жене забыл подарить.

Вытаскиваю коробку из земли, открываю – она заполнена землей.

- Где колье? – реву я, хватая одну из женщин за руку.

Та бледнеет, но глаз горит.

- Ах ты воровка, поживиться пришла в мой дом. Колье украла?

- За кого вы меня держите? – верещит она.

- Васиилий, - истерит Катя, хватая меня за руку, пытается оттащить от уборщицы из клининга. – Разиля не такая, она честная женщина. Послушайте! – пытается достучаться до меня. – Камеры! У вас по всему дому камеры.