Развод. Я обязательно буду счастлива!

Эпилог

Эпилог

30 декабря – самый отвратительный день для похода в торговый центр. Теперь я с уверенностью могла это утверждать. Толпы людей наполняли продуктовые тележки такими горами продуктов, словно собирались не выходить из дома до середины февраля. Я, скромно держащая маленькую корзинку с красной рыбой и авокадо, казалась в этом окружении сумасшедшей.

Вечером должны были приехать девочки, и мне хотелось порадовать их свежими вкусностями. Подарки дочкам и внукам уже лежали, спрятанные на дальней полке шкафа, и наконец, сегодня должны были встретиться со своими хозяевами. В городе, в украшенных витринах, наряженных елках, в лицах мчащихся по делам прохожих – во всем чувствовалась атмосфера приближающегося праздника.

Когда через 40 минут, отстояв эти дикие очереди, я зашла в квартиру, в нос мне сразу ударил пряный запах хвои. Картина в гостиной открывалась великолепная. Юра практически лежал на полу, закрепляя живую пышную ель на хлипкой подставке, а три кота – Маркиз, Барсик и заметно подросший Мартик, сидели рядом и смотрели на хозяина с явным осуждением во взорах.

- Роскошное зрелище! – засмеялась я. – А ты уверен, что сможешь потом встать из такой позы?

- Не, не уверен, засмеялся Юра, с трудом поворачивая голову. – Но я очень рассчитываю на твою помощь. Зачем мне еще в доме молодая невеста?

- Вот уж действительно!

- А у меня, между прочим, хорошие новости! – сказал Юра, когда закончил с елкой и присоединился ко мне на кухне. – Пришло письмо из посольства, - визу одобрили. Удивительно, как они успели, вероятно, не хотели оставлять до праздников. Но работать они будут только с 4 января. Так что числа пятого заберем паспорта, купим билеты, и можно будет уже числа 7 улетать в Вену.

- Как здорово! Встретим там Рождество! – сказала.

- Родная, какое Рождество? Это у нас в январе праздники только начинаются, а у них после 25 сказка заканчивается, и начинаются будни.

- Прямо сразу? – удивилась я. – И мы не застанем рождественских базаров? Глинтвейна, подарков?

- Ну, глинтвейн и подарки я тебе точно обеспечу! – пообещал Юра. – Даже не верится, что я смогу показать тебе Европу, поводить по своим любимым местам, познакомить с сыном…

- Я уже тоже с нетерпением жду этой встречи, - согласилась я. – А то моей современности не хватает, чтобы считать разговор по скайпу полноценным знакомством.

- Мы это исправим, - сказал Юра, встал, и стал горячо целовать меня.

- Юр, сейчас креветки сгорят, и есть нам будет нечего, - смеясь. Отбивалась я.

- Конечно! – притворно опечалился он. – Мы забудем о том центнере продуктов, который лежит в холодильнике, и умрем с голоду. Два несчастных одиноких старика!

- Ага, а мои дочка, зять и внуки так и будут встречать канун Нового года у нас в коридоре, потому что никто не откроет им дверь, - поддакнула я, выключила, наконец, плиту, и обвила шею Юры руками.

- Знаешь, кажется, в готовке надо сделать перерыв, - сказал он, утягивая меня за руку из кухни по направлению к спальне. – Мы и так все успеем.

И я была с ним абсолютно согласна.

***

Через пару часов нам все-таки пришлось разомкнуть объятия, вырываясь из счастливой и сонной неги, - зазвонил телефон.

- Мам, это я, - говорила запыхавшаяся Ира. – Даже не верится, что скоро этот год закончится! И все несделанные дела уже станут никому не нужны. Я за сегодня успела посидеть у мальчишек на утреннике, докупить подарки, сходить с Катей на пару в парикмахерскую, осталось только продукты докупить. Тебе надо что-нибудь?

- Только не продукты, - засмеялась я. – Вот чего у нас навалом, так это продуктов. А все, что быстро портится, я тоже уже докупила. Главное, что нам нужно, это вы!

- Ну, тут можешь на нас рассчитывать. Мне осталось совсем немного! И мы примчим к вам сегодня всей оравой.

- Ждем!

- Все в силе? – спросил Юра, когда я повесила трубку.

- Да, Ира рвется привезти к нам не только детей и мужа, но и продукты.

- Нет уж, нам, пожалуйста, только родственников, - засмеялся он.

Я снова прильнула к Юре и только успела положить голову к нему на плечо, телефон зазвонил снова.

- Вы сговорились, - засмеялась я, услышав голос Кати.

- А что, Ира меня как всегда опередила? – голос Кати был счастливым и спокойным.

- Совсем немного, буквально на пару минут.

- Мам, а я все думала-думала, и решила все-таки спросить. А это ничего, что мы оставляем вас одним на Новый Год? Понятно, сегодня все в силе, и я приеду, но завтра…

- Какие глупости, Катя. Вы оставляете нас не одних, а вдвоем. Вернее, даже впятером.

- Почему впятером? – удивилась дочка.

- А эти три наглые кошачьи морды ты не считаешь? – засмеялась я и тут же услышала дочкин смех в ответ.

- Как я могла забыть про котов! – воскликнула Катя. – Ну, тогда я могу быть за вас совершенно спокойна!

Я попрощалась с хохочущей дочкой и снова повернулась к Юре. Его темные озорные глаза смотрели на меня с нежностью.

- Ты знаешь, что я тебя люблю? – спросила я, целуя его в щеку.

- Да, - ответил он. – Хотя до сих пор не могу поверить.Просыпаюсь каждое утро и умираю от зависти к самому себе, вспоминая, что эта восхитительная женщина, которая сейчас лежит рядом со мной, меня любит. И я ее люблю. Так, как, кажется, вообще не любил никогда в жизни.

Я крепко обняла Юру и зажмурилась от накатившего на меня счастья. Этот непростой, переломный год в моей жизни заканчивался так радостно. Я рассталась с Андреем, человеком, с которым прожила долгих 32 года. Но, потеряв близкого человека, я как будто заново обрела себя. Встретила мужчину, которого любила больше всего на свете. Нашла работу, которая приносила мне доход и удовольствие. Нас ждала Европа, вечера с семьей и много-много счастья. Теперь я была в этом абсолютно уверена.