Развод. Я тебе отомщу

Глава 1

Света

Операционная пахнет стерильностью и холодным металлом. Этот запах я знаю лучше, чем любые духи. Но сейчас мне не до него. Сейчас есть только она. Женщина на столе, которой тридцать два. И её возможность когда-либо снова забеременеть, висящая на волоске.

Спаечный процесс после кесарева сечения. Классика районных больниц. Скорее всего, хирург поторопился, зашил кое-как, а теперь каждое сокращение отдаётся ей болью. Она мучилась три года. А всё, что нужно было сделать — один правильный разрез.

— Светлана Андреевна, — голос ассистентки звенит на грани фальцета. — Вы не опоздаете? У вашего мужа же консультация по репродукции.

Я не отрываюсь от инструмента. Эндоскоп показывает поле боя. Там, в розово-красном полумраке, моя цель. Спайку надо рассечь ювелирно, на миллиметр, не глубже.

— Ты что-то путаешь, — говорю ровно. — Он не консультирует.

Серёжа главный врач. Он уже полгода подписывает бумажки. Последний его приём был… я даже не вспомню когда. Он сам сказал, что устал. Что хочет работать только с бумагами. Что больше не хочет брать на себя ответственность за жизнь и здоровье пациентов.

— Странно, — она мнётся, подавая зажим. — Я сама видела запись в электронном журнале. На двенадцать тридцать. Частный пациент. И там пометка: “анонимно”.

Бросаю взгляд на часы. Двенадцать двадцать семь.

Пальцы замирают. На секунду. Валя хорошая ассистентка, она сразу это замечает.

— Всё в порядке, Светлана Андреевна?

— Зажим, — цежу сквозь зубы.

Анонимно. Зачем ему анонимный пациент? Кого нужно скрывать так, чтобы даже сотрудники не знали?

Мысль короткая, острая. Я отгоняю её. Сейчас не время.

Рассекаю спайку. Кровоснабжение восстанавливается на глазах. Чисто. Идеально.

— Ушиваем.

Накладываю швы. Ровные, аккуратные. Эта женщина ещё родит.

— Всё. Передаём в послеоперационное.

Снимаю перчатки, кидаю в утилизатор. Плечи ноют. Выхожу в коридор, тру глаза тыльной стороной ладони.

— Светлана Андреевна! — голос Натальи Викторовны настигает меня у выхода. Она запыхалась, явно бежала. — А ты чего не на приёме?

Я смотрю на неё, не понимая. У меня по графику операция, потом окно, потом первый пациент. Я никуда не опаздываю.

— На каком приёме?

— У твоего мужа консультация. Я думала, ты тоже там будешь. Он же просил аппарат УЗИ в кабинет закатить. Разве не ты будешь проводить осмотр?

Внутри всё обрывается.

— УЗИ? — переспрашиваю я. Голос ещё ровный, но по спине бежит холодный пот. — Зачем ему УЗИ?

— Ну, на репродукции без этого никак, — она пожимает плечами. — Я побегу.

Она уходит. Я стою посреди коридора.

УЗИ. Значит, беременность. Или подозрение на неё.

Я вспоминаю, как полгода назад Серёжа сказал: “Свет, я устал от практики. Хочу заниматься только административной работой”. Я поверила. Мы отметили это в ресторане. Я радовалась, что он наконец-то будет дома, что закончатся постоянные дежурства, что он перестанет приходить домой без сил и грузным мешком заваливаться на кровать.

А теперь он ведёт приём. С пометкой “анонимно”. И просит УЗИ.

Кого он хочет осмотреть? Почему не попросил коллег? Зачем взялся за это сам? Мысль приходит сама. Я не успеваю её остановить.

И почему я должна об этом узнавать от медсестры?

Внутри разрастается холод. Не тот профессиональный, который помогает в операционной. Другой. Липкий. Страшный.

Он хочет, что-то скрыть. Но почему тогда не стер запись? Почему не провел осмотр без внесения в базу? Так было бы как минимум безопаснее для него самого и для нашей клиники в целом.

Я не знаю зачем он так поступил, но я чувствую, что это не простой пациент. Я чувствую это каждой клеточкой своего тела. Так чувствуют не врачи. Так чувствуют жёны, которые вот-вот узнают то, что разобьёт им жизнь.

Я сглатываю. В горле пересыхает.

Иду к раковине. Смотрю на себя в зеркало. Глаза спокойные, усталые. Профессиональные.

Но под ними синие круги, которых я не замечала утром. Пальцы мелко дрожат.

Мой муж что-то задумал. Я это знаю.

Теперь осталось узнать, что именно. И кто этот тайный пациент, раз он решил ради него даже рискнуть своей карьерой.