Сага о новой семье попаданки

1

Холод пришёл первым. Не тот привычный утренний холод, от которого натягиваешь одеяло до подбородка, а такой глубокий, будто тебя резко окунули в ледяную прорубь, а над тобой ещё и мигом корочка льда образовалась. Я открыла глаза, пытаясь отдышаться от кошмара, но тут же замерла.

Потолок над головой был не моим. Точнее он, потолок и так был не моим, я временно жила в гостинице, но и этот точно был мне не знаком.

Высокий, с потемневшими от времени балками, украшенный выцветшей росписью: луна, сова, ветви, оплетающие чьё-то имя. Пахло воском, пылью, сушёной мятой и чем-то старым, как в библиотеке древнего замка.

Я попыталась сесть и ощутила странную тяжесть в теле. Не боль, нет, будто бы каждая кость обросла грузом. Рука, которой я оперлась о постель, была покрыта синеватыми прожилками, кожа тонкая, как пергамент, с пятнами возраста. Я подняла её перед лицом и едва не вскрикнула.

Это не мои руки!!! Я могла бы смириться с потолком, мало ли как получилось забрести в другой дом. Но руки! Мои родные, красивые ручки!

Сердце заколотилось быстро, испуганно, но даже в этом ритме чувствовалась какая-то хрупкость, будто оно тоже стало старым, уставшим. Я нащупала лицо: глубокие морщины у глаз, провал щёк, седые пряди, выбившиеся из аккуратной ночной косы. Отражение в тусклом зеркале напротив кровати подтвердило невозможное: передо мной — пожилая женщина. Строгая — взгляд такой, что мне самой хотелось подчиниться. Благородная — даже старость не согнула её спину и стать.

Нет… Это ошибка. Это сон. Да, до сих пор сон…

Я опять огляделась, хорошо, что даже в таком теле, мне досталось довольно сносное зрение. В комнату пробивался, сквозь тяжелые пыльные портьеры, робкий свет. Он ложился на паркетный пол полосами пыльного золота. Тут явно давно не было уборки.

Но все такое реальное. Неужели не сон?

Я попыталась сесть — и тут ощутила всё сразу: хруст в коленях, тяжесть в груди, дрожь в пальцах… Ох, вот это спецэффекты! Нет, явно не сон, так реалистично мой разум бы не придумал все эти ощущения и декорации. Тогда что происходит?

Когда я об этом подумала, паника подступила к горлу. Я вскочила — или попыталась. Тело отозвалось с запозданием, будто мысли и плоть больше не были едины. Колени подкосились. Я ухватилась за спинку кровати, чтобы не упасть, и в этот момент увидела комнату целиком.

Высокие стены, обитые выцветшей тканью. Полки с фолиантами, покрытые слоем пыли (вот откуда запах!). Камин, в котором едва тлели угли.

Неужели я попаданка?

— Вы проснулись, леди Трент? — раздался тихий голос ребенка у двери.

Я обернулась, и обрадовалась, что с давлением у меня тоже все отлично, раз голова не закружилась от таких резких движений. В проёме стоял мальчик. Лет десяти, возможно старше. Худой, бледный. В простой рубашке и темных штанах, босиком, с растрёпанными каштановыми волосами и серыми глазами с необычным оттенком, как будто цвет дождливого неба. Во взгляде не было удивления. Только спокойное ожидание.

— Кто ты? — прошептал я. Голос вышел хрипловатый, но мягкий — как у кого-то, кто привык говорить тихо и спокойно.

Мальчик подошёл ближе, не спрашивая разрешения. На миг мелькнуло удивление, неверие — он даже протянул руку ко мне, но мигом отпустил, будто испугавшись, что я рассыплюсь от прикосновения.

— Не верю, что у меня получилось, но все же… — он выпрямился, гордо вздернул подбородок, и в его голосе зазвучала та самая аристократическая твёрдость, что, видимо, вбивали с пелёнок. — Добро пожаловать домой, леди Трент.

— Леди Трент? Домой? — я чуть не рассмеялась, горько, нервно.

Но не стала, во взгляде мальчишки светилось столько надежды, такой не прикрытой, будто я не залетная бестолковая попаданка, а самый настоящий Дед Мороз.

Я посмотрела на него. Он стоял, чуть опустив руки, но не отводил взгляда.

— Ладно, раз ты устроил мне самое странное утро в жизни, — пацан после моих слов побледнел ещё больше и даже отшатнулся. Ага, значит я попала в цель. Это его проделка. — Тогда ты должен мне все рассказать, — и по-доброму улыбнулась. Раз уж попала куда-то, то нужно все разузнать и найти способ вернуться.

Он не улыбнулся в ответ, но в его глазах — я точно видела — мелькнуло облегчение.

— Разумеется, леди Трент, — ответил он важно и серьезно.

Прелесть какая…