Салон красоты мадемуазель де Руссо

Глава 6

А потом раненый лег на траву – и то, как он это сделал мне не понравилось. Я ни разу не видела, как ведут себя люди, получившие смертельное ранение. Но когда человек мешком валится на землю, похоже, это оно и есть.

В общем, сейчас этот молодой парень умирал прямо на моих глазах.

И, разумеется, я не могла остаться в стороне!

Я выбежала из-за дерева и осторожно направилась к Шарлю. Фиг его знает, вдруг он от неожиданности шпагу выхватит и наколет меня на нее, словно муху на булавку. Потому я шагов за десять до него подала голос:

- Сударь, я могу вам помочь?

С «месье» я уже косякнула, может хоть сейчас не ошибусь? Вроде, когда этот юноша бросался в атаку, он выкрикнул именно это слово.

Но раненому было явно не до этикетов.

Он с усилием приподнял голову, и тихо проговорил:

- Пожалуй, да, если вы из кармелиток. Лучше было бы конечно получить отпущение грехов от священника, но перед смертью выбирать не приходится, монахиня тоже сойдет.

Я не сразу сообразила, что в своем черном дождевике с капюшоном и правда могла быть похожей на католическую монашку – упоминание про кармелиток было как раз из этой области. Признаться, я удивилась, что реконструктор в таком состоянии продолжает отыгрывать свою роль. Но, с другой стороны, странная эта реконструкция, когда участники действия тыкают друг в друга заостренным железом и при этом совершенно спокойно готовы помереть ради своего исторического хобби.

Трава возле Шарля была уже изрядно забрызгана кровью, которая преимущественно лилась из раны на руке – не иначе, артерия задета. Но, к счастью, Анастасия была педантичным поставщиком, а Галина – действительно хорошей бизнесвумен, которая не жалела денег на обновление аптечки, положенной в каждом косметическом салоне.

Соответственно, такая свежеприобретенная аптечка сейчас лежала в моей сумке. Одна из самых дешевых, но зато ГОСТовская, к которой ни одна проверка не придерется. Такие аптечки комплектуются самым необходимым, в том числе кровоостанавливающим жгутом и стерильными салфетками. А йодовый карандаш и пластиковую карту-спасатель я всегда таскаю с собой и без всяких аптечек.

- Пожалуй, рано вам еще на тот свет, - проговорила я. – И коль уж я здесь, позвольте помешать вам туда отправиться.

Видимо, вид девушки придал раненому сил – мол, негоже дворянину в присутствии дамы валяться на траве как мешок с овсом. Приподнялся, сел – хотя по побледневшему лицу было понятно, что далось ему это не легко.

Я же, усевшись радом с ним на какой-то замшелый камень, вытащила из сумки аптечку.

Потом достала из кармана карту-спасатель, извлекла из нее крошечный, но очень острый нож, и разрезала одежду парня в тех местах, где ее пропорола шпага. Разумеется, измазала руки в крови, но что делать? Я ее не боюсь, наверно при других обстоятельствах могла бы стать врачом. Но, как говорится в народе, что выросло – то выросло.

Рана на руке кровила уже меньше – полагаю, потому, что парень уже был порядком обескровлен, и его бледное лицо это подтверждало. Мысленно обругав себя за то, что делаю всё неправильно, я вытащила жгут из аптечки и перетянула руку выше раны. Надо было, конечно, жгут сначала наложить, и уже потом одежду резать, но что поделать, растерялась я...

Обработав йодовым карандашом края раны, я наложила на нее стерильную салфетку и закрепила бинтом. После чего занялась пропоротым боком юноши.

Тут рана оказалась менее серьезной – шпага просто разорвала кожу. Крови вытекло прилично, но сейчас она почти остановилась.

Я не стала тратить бинт на фиксацию перевязочного матерала, а просто, сделав надрез, оторвала от плаща юноши длинную матерчатую полосу. После чего обработала йодом края второй раны, также наложила на нее салфетку, и зафиксировала ее, затянув узлом длинный кусок ткани на талии парня.

- Ловко вы всё это проделали, - проговорил Шарль. – Если выживу, сделаю вашему монастырю хорошее пожертвование. Конечно, когда на него заработаю.

- Вы выживите сначала, - посоветовала я, вытирая окровавленные руки об его плащ. – На коня взобраться сможете?

- Конечно, - пожал плечами раненый, при этом чуть не рухнув в траву.

В общем, отвязывать коня от дерева пришлось мне.

Животное недовольно храпело, учуяв запах крови, и недоверчиво косилось на меня. Но не ускакало, и даже позволило подвести себя к хозяину. Признаться, раньше я не имела дела с лошадьми, и жутко боялась – вдруг лягнет или укусит? Но, к счастью, всё обошлось.

С моей помощью Шарль с третьей попытки смог взобраться в седло, после чего тут же лег на шею коня – и отключился.

- Зашибись, - пробормотала я.

Получалось, что мне теперь придется сопровождать раненого, следя, чтоб он не свалился с лошади в процессе транспортировки – ибо, полагаю, это было бы последнее падение в его жизни.

Вздохнув, я собрала аптечку, сунула ее в рюкзак, набросила рваный плащ на Шарля, взяла коня под узцы – и пошла в том направлении, куда ускакал дуэлянт, ранивший моего подопечного.

...Конь оказался умненький. Понял, что хозяину, мягко говоря, нездоровится, и шел тихо, стараясь лишний раз его не потревожить. Хотя крови боялся жутко: фыркал, косился на испачканную ею одежду Шарля, отворачивал нос от моей руки – хоть и вытертой, но всё равно наверняка пахнущей неприятно для животного. Однако, тем не менее, дело своё делал исправно. И даже помог мне, когда я вышла из леса и оказалась на перепутье двух дорог.