Салон красоты мадемуазель де Руссо

Глава 9

Графиня проконтролировала, чтобы ее сына разместили в его комнате, и, увидев, как я его перевязала, уточнила:

- Ваша работа?

Я кивнула.

- Думаю, вы спасли ему жизнь, - проговорила она. – По крайней мере, надеюсь на это. Пока мы ждем лекаря, прошу вас проследовать в мой кабинет.

Признаться, я была поражена самообладанием этой женщины, сын которой балансировал на границе между жизнью и смертью. Она лишь слегка побледнела, но это, пожалуй, было единственным, что выдало ее волнение.

...Кабинет графини представлял собой комнату, ожидаемо обставленную в традициях того времени. Массивный резной стол, за которым наверно удобно писать подметные письма, влияющие на историю государства. Не очень удобные, но, несомненно, красивые стулья со спинками, украшенными затейливыми завитушками. Картины на стенах, изображавшие расфуфыренных дам и галантных кавалеров, как пешком, так и на конях. Ну и, разумеется, множество дамских мелочей на полках и тумбочках, без которых не мыслят своего существования и многие современные женщины – статуэтки, флакончики, вазочки, и так далее, и тому подобное...

Подойдя к столу, графиня села в глубокое кресло, и приглашающим жестом указала мне на стул, стоящий напротив.

Понятно.

Таким образом мне вполне доходчиво указали, кто тут босс. Ладно, мы люди не гордые, и на стуле посидим.

Графиня уставилась на меня пронизывающе-изучающим взглядом, но я глаз не опустила. С чего бы? Если она решила таким образом меня психологически продавить, то не на ту напала - я про такие приемы знаю с тех пор, как в институт поступила и пришла на первый экзамен.

Поизучав меня примерно с минуту, хозяйка дома проговорила:

- Я понимаю, почему вы не желаете говорить откуда приехали. Никогда не видела такого материала, из которого сшита ваша одежда, да и дорожный багаж у вас упакован в весьма странную сумку. Но вы можете быть хоть английской шпионкой, мне всё равно. Жизнь сына для меня главное. Вы попытались ее спасти, тем самым оказали услугу лично мне. А я не привыкла к бесплатной помощи, которая, не будучи вознагражденной, превращается в одолжение.

С этими словами графиня открыла ящик стола, достала оттуда кожаный мешочек, из которого высыпала на стол монеты, после чего пододвинула это всё ко мне.

- Не сочтите за оскорбление столь незначительную попытку отплатить вам добром за добро. Судя по вашему виду, вы нуждаетесь в деньгах. Здесь пятьдесят серебряных су, очень скромная плата за услугу, которую вы мне оказали. Но наша семья далеко не самая богатая в Париже, к тому же я не уверена, что мой сын выживет. Поверьте, если небеса смилостивятся, и он останется жив, я приложу все усилия, чтобы найти вас и вознаградить достойно.

Если вы читаете эту книгу без качественных иллюстраций и движущихся кинофрагментов, значит вы читаете пиратскую версию данной книги. Богато иллюстрированная версия этого романа, в том числе, с движущимися картинками, находится только на сайтах Литнет точка ком и Литгород точка ру

Дама эта была, конечно, кремень! Ее сын лежал при смерти в соседней комнате, а он уже всё просчитала, определила ценность и стоимость моей услуги, а также составила прогноз на тему второй части оплаты в случае, если всё закончится хорошо. Вот бы кому бизнесом заниматься в моё время!

Я, конечно, понимала, что деньги мне в этом мире понадобятся. Но по чисто моральным соображениям я не могла принять плату за то, что спасла человека от смерти. Дура? Возможно. Но у каждого из нас есть свои заскоки, и этот был одним из моих.

О чем я и сказала.

- Простите, сударыня, но я не могу принять оплату за доброе дело, совершенное по велению души. Буду искренне рада, если ваш сын останется жив. А сейчас пойду я, пожалуй.

Я поднялась было со стула, но графиня сделала неуловимый жест рукой, остановивший мое движение на середине. Ну надо же, а? Как она это сделала? Легкое движение пальцев, и я зависла в воздухе, после чего шлепнулась на стул обратно.

- Погодите, прошу вас, - голосом продублировала свой жест хозяйка дома. – Кстати, как вас зовут?

- Ни... – начала было я.

И осеклась.

Помнится, д`Артаньян сказал «вы не похожи на простолюдинку», и назвал меня «мадемуазель де Руссо»...

Что ж, сейчас у меня был выбор.

Сказать правду? Так никто ж не поверит, просто сочтут сумасшедшей. Не знаю, есть ли в Париже семнадцатого века дурдом, но по-любому моя правда ничем хорошим для меня не закончится.

Назваться простолюдинкой?

Вариант немногим лучше моей правды. Если мне не изменяет память, в те времена отношение аристократии к человеку из народа было немногим лучше, чем к рабочей лошади...

Потому я решила отыгрывать роль небогатой дворянки. Если вести себя соответствующе, никто не должен заподозрить во мне самозванку.

Только вот как быть с именем?

«Нина де Руссо» звучало тупо. «Нинон де Руссо» - не совсем верно, ибо во французском языке «Нинон» это уменьшительно-ласковое от «Анна». Стало быть...

- Анна де Руссо, - проговорила я.

Моя собеседница слегка приподняла бровь, но ничего не сказала, из чего я сделала вывод, что моя интерпретация собственного имени прокатила.

- Как я уже говорила, меня зовут Шарлотта де Сен-Пуант, для вас просто Шарлотта, - проговорила графиня. – К слову, Шарль приходится мне пасынком, но я отношусь к нему как к собственному ребенку. Причем довольно взбалмошному. Представьте: он уже успел сбежать из дома, побывать на войне, повоевать с испанцами, и даже захватить в плен самого губернатора Сальс-ле-Шато. В связи с этим сам кардинал Ришелье приказал незамедлительно отправить моего сына в Париж для личной аудиенции, и даже выделил сто пистолей на дорожные расходы, чтобы ускорить их встречу. Представляете какая карьера ждала бы моего мальчика, если б не эта проклятая дуэль?