Салон красоты мадемуазель де Руссо

Глава 18

- Как прикажете вас постричь и накрасить? – спросила я.

Принцесса задумчиво смотрела в зеркало, словно впервые видела в нем свое отражение.

- Знаешь, милая, у меня будет к тебе необычная просьба, - после минутной паузы произнесла Луиза Маргарита. – Сможешь сделать меня неузнаваемой? Не похожей на себя?

Просьба и правда была странной. Мне даже показалось, что я ослышалась.

- Простите, Ваше Высочество, я правильно вас поняла? Вы хотите изменить свою внешность?

- Ты правильно поняла меня, Анна, - усмехнулась принцесса де Конти. – Ты не поверишь, но Ришелье дал приказ не выпускать меня из Парижа, и стража на выезде из города предупреждена об этом. Приказ, разумеется, неофициальный, но, если я попробую сбежать, мою карету вежливо развернут обратно. Это еще не арест, но он в любой момент может произойти, как только блоха сомнения в моей благонадежности решит укусить кардинала за давно не бритую макушку.

Это было, конечно, неожиданно. Но, с другой стороны, Франция того времени давно стала страной постоянных войн и дворцовых интриг, потому ничего удивительного в просьбе принцессы не было.

Что ж, как говорила Галина, желание клиента – закон, а законы нужно соблюдать неукоснительно. Особенно если они приносят тебе хороший доход.

- Можно было бы покрасить ваши волосы в черный цвет, удлинить и накрасить ресницы...

Тут я замялась.

- Продолжай, разрешаю, - кивнула Луиза Маргарита.

- Также я попробовала бы приглушить морщины и изменить цвет лица – оно у вас слишком аристократически бледное...

- В молодости меня при дворе прозвали за него «Парным молоком», - улыбнулась принцесса. – Сейчас же оно похоже на лик, который мастера выбивают на мраморных надгробиях. Действуй, девочка, и да помогут тебе небеса. Если у тебя всё получится, наградой ты останешься довольна.

И я приступила.

Просить самую настоящую принцессу отвернуться мне было неудобно, потому я начала работать под ее пристальным взглядом, отраженным от металлической поверхности зеркала. Вымыла тонкие белесые волосы, просушила их как могла полотенцами, и аккуратно наложила краску – благо в сумке-рюкзаке имелись два флакона. Не особенно востребованный цвет, девушки чаще предпочитают становиться блондинками, но запасливая Галина всегда предпочитала иметь про запас всё необходимое под любые запросы.

Пока я работала, пришла мысль, что, наверно, моя работодательница считает меня редкой сволочью, скрывшейся с целым ворохом недешевой профессиональной косметики. Но тут уж ничего не поделаешь. Разве что остается засунуть в бутылку записку с надписью «Галя, я не виновата!», и закопать ее где-нибудь в надежде, что послание найдут через четыреста лет и доставят адресату.

Я усмехнулась своим мыслям, и это не осталось незамеченным.

- Завидую я тебе, девочка, - проговорила принцесса. – Ты не разучилась искренне улыбаться своим мыслям. Вижу, что пока грязь этого мира не коснулась твоей души, слишком уж у тебя чистый взгляд. Но поверь, это ненадолго. Париж заставляет взрослеть очень быстро, так что будь всегда начеку. Обслуживая меня, ты уже вступила в игру, результат которой может оказаться очень непредсказуемым. Но я надеюсь, что у тебя всё получится в лучшем виде.

- Я невезучая по жизни, - с улыбкой покачала я головой. – Так что вряд ли ваше предсказание сбудется.

- Везения не существует, - фыркнула Луиза Маргарита. – Есть только два варианта. Или жизнь выжмет тебя, как хозяйка половую тряпку, и забросит в дальний темный угол – или же ты возьмешь ее за горло, и вытрясешь из этой надменной дамы всё, что тебе положено по праву. Остается только выбрать какой из вариантов тебя больше устраивает. Кстати, многие выбирают первый – тихо плесневеть в полумраке забвения гораздо проще, нежели решительно добиваться своих целей.

Надо признать, говорила принцесса убедительно. Но при этом меня не оставляла мысль, что таким вот вытрясателям плюшек из жизни порой приходится менять внешность для того, чтобы неузнанными сбежать из города...

Провозилась я с Луизой Маргаритой довольно долго. Но когда закончила, та лишь восхищенно покачала головой.

- Потрясающе! А теперь мне надо переодеться, чтобы преобразиться полностью.

С этими словами она, нисколько не стесняясь, сняла с себя одежду, открыла саквояж, оставленный Жерменом, достала из него платье, расшитое жемчугом, переоделась, а также сменила серьги на более подходящие к этому наряду. Признаться, я сама удивилась – сейчас передо мной стояла совершенно другая женщина - яркая брюнетка, совершенно не похожая на бледную принцессу, вошедшую в этот дом пару часов назад.

- Великолепная работа, дитя, просто великолепная! – проговорила Луиза Маргарита, поворачиваясь перед зеркалом и так, и эдак. - Не буду спрашивать где ты научилась такому искусству. Да ты и не говори про это никому - есть тайны, которые лучше оставлять при себе. Главное результат, который меня полностью устраивает.

С этими словами принцесса сняла с пальца перстень и положила его на столик.

- Возьми, это тебе за работу. Мне он больше не нужен, так как по нему меня могут опознать стражники. А с такой внешностью я получила реальный шанс покинуть Париж неузнанной.

- Но я не могу принять столь дорогой подарок... – начала было я, но была одернута довольно грубо.

- Я не привыкла обсуждать свои действия с кем-либо! - отрезала принцесса, и я прикусила язычок – в гневе эта дама могла быть царственно-прекрасна, но смотреть на такую красоту мне как-то не хотелось. – И не вздумай никому сказать откуда он у тебя!

- Благодарю вас, Ваше Высочество, - пискнула я, на всякий случай поклонившись.