Салон красоты мадемуазель де Руссо

Глава 19

Не успела закрыться дверь за принцессой и ее спутником, как графиня быстро подошла ко мне с горящими от любопытства глазами.

- Ну, рассказывай, о чем вы говорили?

- Ни о чем интересном, - пожала плечами я. – Обсуждали какой цвет волос, губ и ногтей лучше ей подойдет.

- Да, я заметила, что ты покрасила её волосы, хоть Луиза и поспешила спрятать их под капюшон. А сколько она тебе заплатила?

- Десять золотых экю. Но это за два заказа – сегодня вечером должна прийти еще одна дама на обработку и покраску ногтей.

Про перстень я решила ничего не говорить. Коль принцесса велела молчать о том, откуда он у меня, соответственно, оптимально будет вообще о нем не упоминать, спрятав подальше.

Услышав об уплаченной сумме, графиня ахнула, картинно прикрыв рот ладонью.

- Десять экю! Да это же целое состояние!

И тут же ее голос стал немного заискивающим.

- Послушай, солнце моё, - проговорила Шарлотта. – Ну, ты же понимаешь, что за клиентов, которых я к тебе привела, мне причитается доля.

- Конечно, - кивнула я. – И какая доля тебя устроит?

Графиня замялась.

- Ну, давай так. С учетом твоего проживания, питания, и предоставления места под салон меня бы устроила половина твоих доходов.

С одной стороны, предложение было грабительским. С другой – я никого не знала в Париже, а у Шарлотты в высшем обществе, похоже, были неплохие связи. Потому я не стала торговаться и кивнула.

- Хорошо, пусть будет половина. Но при этом у меня будут две просьбы.

Шарлотта удивленно приподняла намейкапленные брови.

- Каких?

- Ты не будешь присутствовать в комнате во время моей работы, а после не станешь расспрашивать, о чем говорили клиенты. Пойми правильно: мне трудно сосредоточиться, когда за мной наблюдают, и моё воспитание не позволяет передавать третьим лицам то, что было сказано только для меня.

- А как же посплетничать? – искренне удивилась графиня.

- Получается, никак, - улыбнулась я. – Прости, но я так воспитана. Кстати, вот твоя доля.

Вытащив из кармана мешочек с деньгами, я отсчитала пять золотых и протянула их Шарлотте.

При виде денег глаза графини заблестели.

- Хорошо, будь по-твоему, - с притворным недовольством проворчала она, забирая монеты. – За такие деньги я готова поумерить свое любопытство. И, кстати, что за дама, о которой говорила де Конти? Я ее знаю?

- Понятия не имею, - пожала я плечами. – Принцесса сказала, что та должна прийти вечером – и только.

В это время в дверь постучали.

- Интересно, кто бы это мог быть? - проговорила Шарлотта. – Я никого не жду. Может, это та дама, что должна прийти вечером? Если это так, то она рановато заявилась. Жаклин, отопри дверь, посмотри, кто там.

Служанка расторопно выполнила приказ – и невольно отшатнулась, когда порог стремительно перешагнула женщина в черном плаще, сапогах, и широкополой шляпе того же цвета, украшенной вороновым пером.

Я заметила, как увидев ее, Шарлотта заметно побледнела. Но при этом, сделав усилие над собой, сохранила самообладание, надменно произнеся:

- Каким ветром вас занесло в мою скромную обитель, графиня Карлайл?

На что женщина, резким движением швырнув шляпу служанке, произнесла:

- Тем же, что недавно внес к вам принцессу де Конти, дорогая Шарлотта. Париж полон слухов о том, что вы приютили у себя редкую искусницу, способную творить чудеса. Вот я и решила заглянуть к вам, подправить ногти, пока у ваших дверей не выстроилась очередь из невзрачных светских дам, желающих превратиться в ослепительных красоток.

И, безошибочно определив, кто из присутствующих в коридоре есть та самая искусница, повернувшись ко мне, добавила:

- Ну что, дорогая моя, пойдем и приступим к делу, а то у меня очень мало времени.