Сбежавшая жена. Вторая жизнь попаданки

19

Утро я начала с ревизии. Джонас, как нерадивый хозяин, наверняка еще дрыхнет без задних ног в своей постели. Да и пара пустых бутылок неизвестного пойла, оставленных на столе после вечернего разговора, наводила на мысль, что мужчины проснутся еще не скоро.

Кладовая встретила меня слоем пыли на полках и паутиной в углах. Хотя все же несколько горшочков с неизвестным содержимым мне удалось наскрести.

В одном горшочке был мед. Темный, засахаренный, но источал волшебный аромат луговых цветов.

В другом, в рассоле между зонтиками укропа, плавали квашеные огурцы.

В третьем нашлось пахучее золотистое масло.

В шкафу, на нижней полке, я отыскала несколько мешочков с крупой и горохом. Последний был основательно погрызен мышами, что означало одно - живность здесь все же водится.

Кое как разожгла дровяную плиту. Заметила, как вчера Джонас чиркал кресалом, выбивая искры. У него это ловко получилось. С первого раза поджог растопку их соломы. А мне пришлось основательно помучиться, чтобы вспыхнул огонек.

Но зато сколько было у меня радости, когда щепки занялись огнем и чугунная поверхность начала нагреваться.

Я нашла ковшик, в котором поставила вариться кашу из толченой пшеницы. А в котелок налила воды для чая. В кладовке, подвешенными веревкой к потолку я заприметила пучки трав. Растерев в пальцах, в одном из них я узнала мяту. А висевшие рядом кустики с жухлыми желтыми цветами напоминали зверобой.

Когда завтрак был готов, я поднялась в свою комнату. Сильвия только проснулась и сладко потягивалась, лежа в постели под одеялом.

- Как спалось? – спросила, присаживаясь на край постели. Провела рукой по ее волосам.

Их давно следовало помыть. Но мои тоже не лучше. Как пакля. Спасала только туго заплетенная коса.

После недели дороги нам всем следует помыться. И постирать одежду. А еще где-то раздобыть новую. Надеюсь, в этой дыре найдутся лавки готового платья и белья.

- Мы здесь останемся жить? – сморщив носик, спросила Сильвия.

- Тебе здесь не нравится?

- Здесь холодно, грязно и плохо пахнет.

Жаровня давно погасла. Через мутное окно пробирался сквозняк, свободно гуляя по полу. Да и постель, в которой мы спали, явно не первой свежести.

- Пока ничего лучше у нас нет. Но мы можем навести здесь порядок.

- И ты будешь работать здесь кухаркой? – нахмурилась Лия.

- Нам же нужно на что-то жить…

- Моя мама никогда бы не стала кухаркой. И никогда бы не стала жить в такой грязи. Она бы придумала что-то другое…

- Что например? – я невольно повысила голос. Не хочу, но он все же звенит от возмущения.

- Например, нашла бы моего настоящего папу, - выдает Сильвия.

А я застыла, разинув рот.

Не думала, что Сильвия знает, что она не родная дочь Гейлу. И мне никогда не приходило в голову, что у Сильвии где-то есть настоящий отец. Теоретически понимаю, что он есть, но никогда не думала о нем, как о конкретном человеке.

Только кто он? И почему так получилось, что они с Алеаной не вместе? Он бросил ее или Алеана сама выбрала Гейла?

- Ты знаешь, кто он? – спрашиваю осторожно.

- Нет. Мама знала, а ты ничего не знаешь. И я теперь никогда… - Лия всхлипывает, - не увижу настоящего папу.

И я чувствую себя виноватой. Глупо, понимаю. Я же не хотела, чтобы все так произошло. Но я отняла у Сильвии мать. Заняла ее место. А теперь лишила надежды встретиться с настоящим отцом.

- Мне жаль, малышка…

Хочу прижать ее к себе, но Лия уворачивается. Говорит, чуть слышно:

- Ты хорошая, Алена. Но ты не моя мама.

А потом все же оттаивает и тяжело вздыхает, уткнувшись лбом в мое плечо.

Я одеваю ее теплее. Думаю, что надо протопить очаг внизу, а перед сном жаровню в нашей комнате. Но сейчас лучше всего вернуться на кухню. Как следует позавтракать, сидя в тепле, что идет от разогретой плиты.

Пока мы завтракаем, к нам присоединяются мужчины. Оба хмурые и помятые. У Джонаса ярким сливовым цветом расцвел фингал под глазом. Но держутся они вполне мирно друг с другом.

- Что думаете делать дальше? – интересуется Джонас.

- А что думаете делать дальше вы? – я сделала широкий жест рукой, обведя кухню.

- Если бы у меня была такая кухарка как твоя дочь, Томасин, то двери моей таверны открылись сейчас же.

- Моя дочь достойна большего, чем прислуживать в твоей богадельне.

- Стойте. У меня есть предложение получше, - вклинилась я, - я помогу вам навести порядок и сделать таверну «Сытый Джо» лучшей в городе, но при условии…

- Условии? – Джонас оторвался от тарелки с кашей и заинтересовано посмотрел в мою сторону.

- Мы станем партнерами. Не отказывайтесь сразу. Подумайте. Просто я хочу, чтобы эта таверна стала мне… всем нам, не только работой. Но и домом. Признайтесь, наверняка вы думали ее продать?