Шишли-мышли

И жила она долго и счастливо...

Рождество уже отгремело, но большой универмаг на Пич-стрит был по-прежнему празднично украшен и радостно светился изнутри и снаружи, призывая покупателей на новогодний шопинг.

Пятилетняя Бетси с матерью замешкались возле стеклянных дверей, стряхивая снег с капюшонов. Канун Нового года выдался по-настоящему сказочным – у крыльца намело метровые сугробы, и работники магазина в весёлых синих жилетах резво работали лопатами. Но снег всё валил и валил, словно решил перевыполнить годовой план за одну ночь.

– Ух! Ну и погодка, – выдохнула мама Бетси, молодая привлекательная женщина тридцати пяти лет, и тут же достала зеркальце, чтобы проверить, не поплыл ли макияж. Найдя, что всё в полном порядке, а морозный румянец придал её свежему лицу ещё большее очарование, она довольно улыбнулась своему отражению и убрала пудреницу обратно в сумочку.

– Мы с тобой безумцы, Бет, что выбрались из дома в этакую пургу. Как бы не было заносов на дороге...

– Ну мы же должны купить подарок бабушке Олив, – напомнила малышка.

– Да... к сожалению, я и забыла про эту старую каргу, – вздохнула мама, но тут же прикусила язык. Негоже ребенку знать истинное отношение матери к родной тётке отца, тем более что тётка эта волей-неволей с детства заменяла ему родителей после того, как они погибли в автокатастрофе. В девять часов вечера тётушка явится в компании других родственников на ужин. Ох, хоть бы она не смогла приехать из-за разыгравшейся метели – вот это было бы настоящим новогодним подарком!

– Ты не замёрзла, Бет? – меняя тему, спросила мама, прикидывая в уме, как бы побыстрее разделаться с подарком для старой девы. Какой-нибудь чайный сервиз?.. Нет, она и так дарит ей сервизы каждый год, нужно выбрать что-то оригинальное, хотя сама тётя Олив ежегодно, не балуя разнообразием, вручает всем членам их семьи собственноручно связанные свитера и шарфы жутких оттенков. Какая же это скучная обязанность – покупать подарки людям, которые тебе безразличны! Слава Богу, тётушка хотя бы не приезжала на Рождество и не испортила им два праздника подряд, как в прошлом году.

– Нет, мам, – Бетси от нетерпения подскакивала на одной ножке: она обожала выбирать подарки независимо от того, кому они предназначались.

– Не прыгай, а то вспотеешь и затем простудишься, – машинально заметила мать, окидывая взглядом отделы универмага и размышляя, с которого лучше начать. Надо ещё успеть вернуться домой и до прибытия гостей поставить в духовку картофельно-мясную запеканку, а также сладкий пирог...

– Мама, а можно купить для бабушки Олив котёнка?

– Не болтай ерунды, – рассеянно откликнулась мама, но тут же удивлённо уставилась на дочку.

– Что ты сказала? Котёнка? Да зачем он ей?

– Она же живет совсем-совсем одна. Ей, наверное, скучно и страшно по вечерам, – простодушно объяснила Бетси. – А котёнок будет мурлыкать и петь ей песенки, она станет о нём заботится, наливать ему в мисочку тёплое молоко...

– Хм... В любом случае, в этом магазине котята не продаются. Да и не считаю, что разумно навязывать тёте Олив живое существо, – мама подумала, что едва ли старуха похожа на человека, который искренне способен хоть о ком-то заботится. «Пожалуй, не сервиз, но фарфоровый сливочник... Да, на днях я видела симпатичный, кремового оттенка с розовыми цветочками – это будет неплохо», – решила она про себя и, удовлетворённая пришедшей в голову идеей, устремилась к посудному отделу, уповая на то, что сливочник ещё не купили. Хотя вообще-то в праздничные дни с прилавков сметалось буквально всё, так что...

– Мам! Ой, смотри, смотри!!! – завопила вдруг Бетси и дернула мать за рукав, тыча куда-то пальцем.

– Не кричи, – одёрнула женщина и перевела взгляд в указанном направлении, – в чём дело?

Возле одной из новогодних декораций на складном стульчике сидела аккуратная старушка в смешном берете, из-под которого задорно выбивались пепельные кудри, а вокруг неё толпились ребятишки. Старушка что-то увлечённо рассказывала и показывала детворе. С первого взгляда могло показаться, что по её коленям скачут миниатюрные зверюшки, но, присмотревшись, можно было понять – они не настоящие, а игрушечные. Цыплята, зайчики, белочки, мышки, медвежата, ещё какая-то пушистая мелюзга... Старушка ловко орудовала всей этой гвардией, пищала и разговаривала за всех одновременно, перемещала их по своей широкой длиннополой юбке, отчего дети заливались звонким хохотом.

Бетси прикипела взглядом к этому необычному представлению и, когда мама потянула её за собой, устремила вверх умоляющие голубые глазёнки:

– Ма-а-а... Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, можно я ещё посмотрю?..

Матери жалко было терять время, но она видела, что дочка реально заворожена.

– Если хочешь, я схожу за подарком для бабушки Олив сама, – милостиво предложила она. – Но пообещай мне, что ты не сделаешь в сторону ни шага и будешь ждать меня на этом самом месте.

– Обещаю, обещаю! – горячо закивала Бетси, уже вплотную приближаясь к старушке, чтобы получше рассмотреть игрушечное выступление.

***

Когда мама вернулась, весьма довольная (фарфоровый сливочник – вот удача! - никто до неё не купил, а значит, одну заботу с плеч долой!), она обнаружила, что дочка полностью поглощена старушкой и её волшебным зверинцем. Детвора почти вся уже разбежалась, и только Бетси невозможно было оттащить от старушкиных коленей. Заинтересованная женщина подошла поближе и склонилась, чтобы лучше разглядеть игрушки. У неё невольно вырвался возглас восхищения: