Школьный заговор в городе солнца

Глава 10. Глобальное потепление

Притихшая, почти замершая на время зимних каникул школа солнца постепенно вновь наполнялась шумом, голосами учеников, эхом шагов. Оживали коридоры, студенческие спальни, каминные залы, в которых ребята, вернувшись из разных уголков обычного мира, собирались, чтобы поделиться впечатлениями о прошедших праздниках. Из школьной столовой потянулись аппетитные запахи специй и ароматы свежей выпечки.

Праздничная елка во внутреннем дворе по-прежнему была опутана гирляндой и вечерами светилась всеми оттенками радуги, но разноцветные огни уже не вызывали того волнения, присущего ожиданию праздника, не будоражили воображение в предвкушении новогоднего волшебства. Многочисленные лампочки мигали и переливались, привлекая внимания ровно столько, сколько красочная рекламная витрина в большом городе.

Вернувшихся к новому семестру учеников в городе солнца встретила по-весеннему ясная погода. Золотое светило, что с каждым днем отвоевывало себе новые сантиметры высоты на небосводе, ярко сияло в синеве, и казалось, что вот-вот защебечут птицы и по всем окнам школы пойдет перестук апрельской капели. Давненько здесь не бывало такой теплой погодки зимой. Снег стал мягче и начинал почавкивать под ногами, грозясь вскоре превратиться в кашицу. Большинство ребят уже со спокойным интересом, не мигая и не щурясь, смотрели на солнце, умело преломляя его лучи и вбирая их в себя, не теряя возможности потренироваться вне полигона. За подобные шалости не наказывали. Кто может запретить смотреть на солнце?

Команда под предводительством Гая почти полным составом встретилась на берегу речки. Под яркими лучами лед, сковавший ее, потемнел и истончился, в некоторых местах чернели полыньи. Из ребят не хватало только Руди: он пока еще не вернулся из обычного мира, собираясь прибыть аккурат к началу занятий.

– Мог бы и пораньше приехать, – сварливо заметил Гай, обводя товарищей смеющимся взглядом. Настроение у него было лучше некуда. Разъезжались они на каникулы глубокой зимой, а вернулись почти в весну! А ведь это была всего лишь середина января. Конечно, зимой тоже бывают оттепели, но все-таки перемены погоды очень обнадеживали. Не зимнее это было солнце. А это значило, что, скорее всего, у них получилось.

– Да уж, – хмыкнул Пиро. – Это же все благодаря ему происходит! Если бы Руди печь не нашел, нас бы до сих пор снегом засыпало. А он даже не видит результаты!

– Я бы, конечно, не стал раньше времени обнадеживаться, – едва сдерживая радость в голосе, сказал Гай. – Но все-таки похоже, что мы справились.

Он чуть не подпрыгивал на месте: ему не терпелось сообщить друзьям важную информацию, которую узнал от дяди Бэррола. Но все-таки разум возобладал, и Гай решил хотя бы немного подождать и убедиться в том, что все идет правильным путем.

– Давайте еще понаблюдаем, а затем я расскажу о наших дальнейших действиях. Я там на каникулах не баклуши бил, между прочим, – добавил он с гордостью. – Мы почти все время с дядей провели, столько всего обсудили!

Бывший заключенный Бэррол поведал племяннику, как можно вычислить местонахождение остальных важных вещей. А еще сообщил очень и очень печальную новость, и Гай пока не знал, стоит ли передавать ее команде. Вдруг это подорвет их настрой, боевой дух и веру в общее дело? Хотя, если они действительно сдвинули снова с места эту ужасную смену сезонов, то ни одна самая горькая весть не должна остановить их. Даже весть о трагической потере основателей их освободительного движения. Оказывается, несколько месяцев назад при попытке побега из заключения погибли двое самых опасных узников стихийной тюрьмы: прежний директор школы дождя Янус и его правая рука Гектор.

Информация о тюрьме была на удивление скудной. Тему эту предпочитали обходить стороной, да и заключенных там содержалось совсем немного. В городах стихий очень редко кто отваживался преступить закон. Для этого хватало и обычного мира, а в магический попадали достойные люди, несущие на своих плечах хрупкое равновесие, хранящие жизненный баланс. В стихийную тюрьму заключали лишь магов, нарушивших внутренние законы, о которых на Земле даже не догадывались. Но таких случаев было очень мало. За последние годы история с бунтом в школе дождя оказалась единственной. Она получила резонанс, и преступники понесли наказание. Жизнь городов стихий вошла в новое русло, вернув себе все прелести смены погодных явлений.

Мелких подельников постепенно выпускали, а главные зачинщики бунта были осуждены на пожизненное заключение. Опасности они не представляли. В этой тюрьме не было решеток и колючей проволоки. Но узников охраняли с помощью магии, и их путь на волю преграждали несколько барьеров, созданных и удерживаемых сильными магами, в совершенстве владеющими каждый своей стихией. На месте всегда присутствовал полный состав охранников.

Даже если заключенному удалось бы подчинить собственную стихию и разрушить границу, через остальные пройти ему было не суждено. В юности, когда происходили распределения по магическим школам, еще можно было выбрать явление природы, с которым хотелось бы работать, хотя обычно поместить ученика по его желанию удавалось лишь за крупный вклад. Деятельность тоже можно было сменить в начале пути, переключив свой дар, хотя это требовало очень много сил и от ученика, и от учителей, и руководство школ обычно шло на такие уступки с большой неохотой. Но с годами и постоянной магической практикой сменить стихию становилось все сложнее, и чем больше человек работал, к примеру, с дождем, тем сильнее отдалялась от него способность к управлению солнцем, ветром или снегом. Не теряли этот дар лишь маги, отмеченные всеми стрелами стихий, но таких были единицы.