Шпионка для менталиста. Любить (,) нельзя (,) убить!

Пролог

Была ли у вас когда-нибудь мечта, дающая силы двигаться вперед несмотря ни на что? Всегда завидовала людям, у которых она есть.

Стоя у окна, я мрачно смотрела, как проезжают мимо экипажи, прорываясь сквозь стену проливного дождя. До оскомины знакомый пейзаж опустел от непогоды, и все же оставался слишком живым для меня.

Дверь за спиной тихо скрипнула, и слух уловил легкую поступь, владелицу которой мне не составляло труда узнать по одному только звуку.

На плечо осторожно легла девичья рука, и только тогда я резко обернулась, оставив руки сложенными на груди.

— Дэйдре, — негромко произнесла моя единственная подруга, девушка, с которой мы делили эту комнату вот уже семь лет, а дружили и того больше. — Тебя вызывают к управляющей.

Молча кивнув, я подошла к кровати и запустила под нее руку, чтобы найти ботинки.

Кто бы мог подумать, что в орденском пансионе мне доведется встретить человека вроде нее? Лирайна не подходила этому месту, про таких говорят — тонкая и звонкая, даром что всегда лучшая на занятиях по самообороне и на очень достойном уровне владеет несколькими видами оружия. Ни такие навыки, ни все остальное, чему нас учили, не сделали из нее жесткого и тем более плохого человека.

У меня мечты не было, поэтому Лирайна когда-то давно поделилась со мной своей. Семь лет назад мы усмаслили Каргу, управляющую пансиона, и та позволила нам жить вместе.

С тех пор, клянусь, буквально каждую ночь мы засыпали, фантазируя, какой будет жизнь после окончания контракта. Когда мы отдадим долг ордену, получим свои подъемные и будем жить как обычные люди.

Однако, как бы ни была глубока наша связь, даже ей я так и не смогла рассказать о своей тайне. О кошмаре, который месяц назад сделал мою и без того не слишком ценную жизнь полностью никчемной.

Лира думала, что я переживаю о предстоящем задании, и мне не хватило характера объяснить настоящую причину, по которой я теперь не сплю ночами.

Не дождавшись от меня ни слова, Лира тяжело вздохнула, перекинула через плечо внушительную русую косу и прислонилась спиной к стене.

— Дэя, ты лягушку проглотила? — она поморщила точеный нос. — Правда хочешь уехать вот так, не поговорив нормально?

Сев на кровать, я надела ботинки и принялась их сосредоточенно шнуровать, не поднимая взгляда.

— Не о чем нам разговаривать. Если вернусь, тогда и поговорим.

Лирайна не выдержала, и резким шагом пересекла нашу скромную комнатушку, оказавшись рядом.

— Дэйдре, ты боишься? Ты же знаешь, что можешь рассказать мне все.

Все да не все. Хотя месяц назад и было так, как она сказала.

Удивительно, как сильно все может изменить одно проклятое утро.

— Боюсь, но не задания, — я подняла на подругу взгляд. — Мне надо идти, иначе с Карги станется отыграться напоследок за опоздание.

Лира поджала губы, но знала, что управляющую нашего чудесного учебного заведения действительно лучше не злить. Вновь вздохнув, она мягко сжала в своих ладонях мои.

— Ты вернешься, Дэя, никаких «если». Просто помни, что ты в десятке лучших, а еще, что у тебя есть я.

Губы невольно тронула улыбка, хотя мне казалось, что я уже никогда не буду на нее способна.

— В десятке — это не на первом месте, как ты, — я встала с кровати. — Но да, не переживай, я помню, что у нас большие планы.

— Вот это больше похоже на мою Дэйдре, — улыбнулась Лира. — Все у нас будет хорошо, надо только постараться немного.

Только Лирайна могла определить пятнадцатилетний контакт как «немного», но за этот оптимизм, наверное, я и ценила ее долгие годы.

Дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге выросла фигура старшей гувернантки.

— Эшфорд! К управляющей, живо, — сухо произнесла она. — Я не пойму, тебе особое приглашение требуется?

Официально после церемонии выпуска, которая прошла вчера, она над нами власти больше не имела, но годы муштры брали свое, поэтому я рефлекторно склонилась в почтительном полупоклоне.

— Уже иду, дама Фелиция.

Разогнувшись, я решительно направилась к выходу, и сухопарая женщина отошла в сторону, чтобы дать мне дорогу.

Я не стала оборачиваться, только чувствовала спиной, как провожают меня два взгляда, один с тоской, другой — с колючей внимательностью.

В кабинете управляющей как и всегда пахло ладаном, после визита в это место у меня всегда болела голова. Однако войдя в него в этот раз, я и думать забыла о любых неудобствах, о своей проблеме, вообще о чем-либо, кроме человека, что сидел за столом управляющей, тогда как сама она почтительно стояла рядом.

Сердце учащенно забилось.

— Граф Варинтон, — я склонилась в глубоком поклоне. — Для меня честь снова встретиться с вами!

— Дэйдре Эшфорд, — произнес он мягко, — ты больше не пансионерка, выпрямись.

Спина в ту же секунду разогнулась, будто по команде, но внутри все онемело от дурного предчувствия. Что за задание меня ждет, если в пансион явился лично граф Корвин Варинтон, глава ордена, тот, кого весь наружный мир считает мертвым?

Для него посетить столицу — страшный риск, и все же, он сидел прямо передо мной.

Безупречный, с хищным орлиным носом и низко посаженными бровями, почти такой же, каким я запомнила его в детстве. В тот день, когда этот человек подобрал меня с улицы и привез в этот пансион.

— Присядь, — граф указал на стул, стоявший прямо напротив массивного дубового стола.

Не чувствуя ног, я подошла и села, куда велено. Внутренности скрутил липкий страх: вдруг он знает?

Однако граф Варинтон ни о чем не догадывался, он лишь протянул мне массивную стопку бумаг, сверкнув перстнями в свете шаросветов.

— Здесь все, что тебе необходимо знать к завтрашнему утру, Дэйдре. Если вкратце, тебе необходимо проникнуть в резиденцию любого из дияров, собрать его генетический материал и… — он сделал паузу и извлек из кармана маленький пузырек, — протестировать вот это.

Смятение отступило перед тем, к чему меня готовили много лет. Распрямив плечи, я взяла бумаги и флакон.